Goblins – Стальное сердце. Часть 1 (страница 11)
— Не хами мне. Тебе стоило проявить уважение хотя бы к девушкам. Ты слышал меня? Забирай свою тарелку и вали отсюда.
— Чего? Кого здесь уважать? Этих? Или тебя? — он с пренебрежением оглядел мою небогатую одежду — Нищеброды грязные, уважения требуют, надо же… Он снова принялся за еду — Отвали, я тебе сказал, недоумок!
Ненавижу такое хамоватое быдло. Всегда из себя выводили такие вот «золотые мальчики», думающие, что раз папа у них чиновник или из благородных, то жизнь удалась, они все могут и вообще, бога за яйца держат.
— В каком хлеву ты вырос, что не знаешь как себя вести в приличном обществе?
— Что ты сказал про хлев? Ну–ка повтори? Поганый нищеброд, вот доем, и оторву тебе язык!
— Хината–тян, ты будешь доедать свою порцию? — тарелка у девочки была почти полной, она ничего так и не съела.
— Нет, Наруто–кун, не буду…
— Тогда, разреши мне ее взять?
— Да, бери, конечно…
— Спасибо, Хината–тян — а теперь отведайте лапшички, благородный господин!
С этими словами я нахлобучил тарелку с лапшой на башню этому уроду.
От такого поворота событий парень малость охренел — ну не ожидал он, наверное, такого с собой обращения — видимо, по его мнению, мне полагалось знать кто он такой, и после состоявшейся беседы быстренько свалить в направлении отсюда. Он медленно повернулся ко мне, и на его роже, помимо стекающей с башки мясной подливы, присутствовала целая гамма эмоций — обида, потом удивление, потом злоба. С глубокой тарелкой на голове со свисающей из–под нее сероватой лапшой и стекающей по лицу коричневой подливой он был похож на старого злобного сборщика риса, который к тому же неудачно упал лицом в удобрения — а о том, на что похожа густая подлива, стекающая по его личику, я не замедлил ему сообщить. Это его доконало — парень бросился на меня с кулаками.
Яростный порыв начистить мне циферблат успехов ему не принес — от размашистого удара в челюсть я увернулся — просто чуть отклонился назад, пару–тройку ударов по корпусу принял на выставленные вперед локти, а от прямого удара ногой в живот чуть скрутился влево, убирая свое любимое пузо с траектории удара, и тут же пробил прямой справа навстречу. Есть попадание — прямо в хобот, да к тому же уронил его — парень то на одной ноге в это время стоял (вторая летела мне в организм). Этот олух сразу же вскочил, но только затем чтобы обрести тяжелый боковой удар голенью в бедро своей левой ноги и хлесткий левый хук, прилетевший ему куда то в район правой скулы — что заставило паренька снова присесть на пол. Продолжить дальнейшее ознакомление этого перца со своими достижениями в области рукопашного боя и мелкого членовредительства мне не дали — на мне повисли сразу трое девчонок, верещащих мне прямо в уши:
— Наруто прееекрааати неееемедлеееенно!!! Хватит его бить!!!
— Наруто–кун, не наааадо!!!
— Хваааатит!!!
— Ну почему все парни такие дурные???
— Вам лишь бы подраться!!!
— Испортили нам первый день в школе!!!
— Деритесь после уроков, сколько влезет!!!
— Два дурака!!!
(да когда ж вы, наконец, охрипнете…)
Ну а Юки удерживал на полу моего оппонента, жаждавшего немедленного реванша. Визг девок терзал мои уши, но вопли поверженного вражины о неизбежности отмщения и последующих карах вселяли в душу веселье и уверенность в том, что день прожит не зря.
— Что здесь происходит? — это Ирука Умино протиснулся сквозь окруживших место сражения учеников.
— Э–э–э-э… Ничего особенного, Ирука–сэнсей — я одну за другой отцеплял от себя девочек — Просто объяснил одному хаму, как надо вести себя со своими товарищами.
— Узумаки, это никуда не годится — начинать знакомство с драки. У вас будет возможность решить свои разногласия в поединках на полигоне, во время занятий тайдзюцу. Ты меня понял? Я хочу поговорить с вами обоими. Наедине. Учиха — иди и приведи себя в порядок, а ты, Узумаки, следуй за мной. Учиха — умоешься, и подойди в мой кабинет тоже.
— Да Ирука–сенсей, проскрипел парень, и похромал выскребать лапшу из прически и умывать побитую рожу.
— А ты иди за мной — это учитель уже мне.
А весьма просторен кабинет у Ируки, видать большая шишка здесь. Хотя, может быть — это общий?
Я обозревал просторное помещение, в которое мы пришли, после недолгого путешествия по коридорам академии. Вдоль стен стоят шкафы, набитые книгами и свитками, на стенках — разнообразное оружие (для ближнего боя, но есть и пара арбалетов), несколько картин — пейзажи в основном. Посреди комнаты находился большой овальный стол, с расставленными вокруг него стульями — на один из этих стульев мне было предложено садиться, Ирука уселся напротив.
— А теперь я хочу знать, что произошло в столовой. Слушаю тебя внимательно.
— Мы просто общались на тему поведения, Ирука–сенсей. Ничего же страшного не произошло.
— Кто из вас начал драку? — учитель был недоволен, но старался скрыть эмоции.
— Это важно?
— Пожалуй… Нет. Наказаны будете оба. И все же, я хочу услышать причину.
— Он занял мое место без спроса и нахамил.
— А ты?
— А я… Обновил ему гардероб.
— ???
— Ну, надел ему тарелку с лапшой на голову — развеял я Ирукино недоумение — Мне кажется, придурки ведь должны как–то выделяться? А ему почему–то не понравилась новая модная шляпа, ну и полез ко мне драться…
— Не стоит махать кулаками по пустякам, Наруто. — Ирука покачал головой.
— Вы это ему скажите, тем более, я только защищался. И уж порекомендуйте ему, Ирука–сан, чтобы следил за языком.
— Знаешь…У него есть причины быть несдержанным. Веские причины, Наруто. У него было тяжелое детство.
(Ага, расскажи это одержимому демоном сироте, которого ненавидит вся деревня)
— Это повод грубить и нарываться? Кто бы он ни был — он получил то, чего заслуживал.
— Я расскажу тебе, в чем дело. Может быть, тогда ты поймешь, что поступил неправильно. — Ирука посмотрел мне в глаза — Ты знаешь что–нибудь про клан Учиха?
— Нет, Ирука–сенсей, а должен?
— Клан Учиха был сильным кланом и являлся, вместе с Сенджу, одним из кланов–основателей нашего поселения. Членами этого клана были многие славные Шиноби, клан был одним из сильнейших и уважаемых, и имел большое влияние в делах деревни — богатство и сила — это про Учиха. Из них же, в основном, комплектовалась полиция Конохи. Но примерно пять лет назад этот клан практически прекратил свое существование.
— И что с ними случилось?
— Итачи… Учиха Итачи — старший брат Саске — почти полностью уничтожил свой клан. В одну ночь. Всех кто был в деревне. Кроме Саске — того парня, с которым ты подрался сегодня в столовой, и еще нескольких человек, которые находились на задании, в патрулях или просто в отъезде. Они с Саске даже поговорили о чем–то, и Итачи отпустил его живым. И исчез…
Ирука долго еще вещал о тяжкой доле Саске в частности, и клана Учих в общем, а я слушал.
Я слушал внимательно — да, печальная история. И недоговаривает что–то Ирука, ну неужели он сам верит в эти басни? Я вот ни капли не поверил в эту кустистую лапшу, которую он размещает на моих развесистых ушах. Нет, может быть, конечно, когда обкурившийся наркоман, или же одержимый бесом, или просто алкоголик, у которого на почве неумеренных возлияний треснула черепица — вырезают всю свою семью, нападают на окружающих, но тут явно не такой случай. Да и целый клан — это ведь не десяток человек, а несколько сотен, и не все из них старики, женщины и дети! Должно быть много сильных воинов, а иначе клан не считался бы сильнейшим. И этот Итачи один одолел их всех — а ведь после первых убийств, кто–нибудь поднял бы тревогу — это ведь не клан рыболовов или гончаров все ж таки, а профессиональных воинов, и ему пришлось бы сражаться против многих противников сразу, которые к тому же вряд ли были намного слабее его самого! Не верю. Вот не верю, и все. И самое смешное в этой истории — убил всех и оставил живого свидетеля (!!!), еще и поговорил с ним — дескать, вот он я, ловите меня все… Что–то не складывается. А вот, например, в то, что предатель мог открыть ворота нападавшим, и провести их вглубь квартала, не поднимая тревогу, — я поверить могу.
Впрочем, это не мое дело, и свои умозаключения лучше оставить при себе. Уничтожение клана — это дело оставшихся в живых Учих, и только их, пусть у Саске и болит голова на тему мести и тому подобного.
— Ирука–сенсей, я слушал вас очень внимательно — я пристально смотрел ему в глаза — Но я так и не могу понять, в чем же, по вашему мнению, я не прав?
— Ты, наверное, плохо меня слушал.
— Да, я согласен, Учихе пришлось нелегко. Теперь я должен терпеть его хамство и позволять вытирать об себя ноги, так, учитель?
— Дело не в этом…
— Нет, Ирука–сенсей, дело в этом. Я уверяю вас, так я поступать не буду. И если Учихе сегодня досталось мало — он всегда сможет обратиться ко мне за добавкой. Мне плевать, чей он там потомок, какого клана — будь он даже внебрачным сыном Хокаге — да пускай и самого дайме — он будет вести себя со мной вежливо. Раз он достаточно взрослый, чтобы вытянуть язык не по делу — значит достаточно взрослый, чтобы отвечать за свои слова!
— Что ж… Твердость характера — достойная черта будущего шиноби, а у тебя, как вижу, с этим все в порядке. Тем не менее, я прошу тебя — не провоцируй его хотя бы сам — он поморщился — Я не одобряю ваш конфликт. А лучше его прекратить совсем — ты понимаешь меня?