Гоблин MeXXanik – Медведев. Книга 6. Противостояние (страница 57)

— Дай ему время, — ответил я. — Через несколько дней придёт в норму.

— А если нет? — повернувшись ко мне, уточнила Марина.

— Тогда придется приехать обратно к Инге, — пожал я плечами. — Пусть она его расколдует.

Сестра фыркнула:

— Или ещё больше очарует.

Мы помолчали, глядя на пляшущие языки пламени. Было что-то успокаивающее в этом танце огня, в тихом потрескивании дров. А затем я вздохнул:

— Пора спать. Завтра тяжелый день.

От этих слов улыбка мигом слетела с губ сестры. Она застыла, затем растерянно кивнула:

— Да. Поездка домой.

— Хоть посмотрю, что там изменилось, — ответил я, стараясь придать голосу уверенности.

Девушка подняла на меня растерянный взгляд

— А если… — начала было она, но я быстро ее перебил:

— Тогда мы не договоримся. Выдавать тебя я не стану. Может попробовать прислать дружинников и увезти силой. Только теперь у меня тоже есть дружина. И целое княжество.

Марина грустно улыбнулась:

— Ты изменился, братец, — покачала головой она. — Раньше ты бы так не сказал.

Я задумался. Она была права. Еще несколько месяцев назад я бы не смог даже представить, что пойду против отца. А теперь…

— Северск меняет людей, — просто сказал я. — Быстро и надеюсь, неотвратимо. Потому что мне нравится тот человек, которым я здесь стал.

Мы ещё немного посидели у камина, потом я поднялся:

— Пора отдыхать. Завтра предстоит очень тяжёлый день.

Марина встала, подошла, обняла:

— Спокойной ночи, — прошептала она.

— Обещаю, — ответил я и поцеловал ее в лоб.

Поднялся к себе, быстро разделся, лег в постель. Усталость навалилась сразу, и я почти мгновенно провалился в тяжелый сон, в котором я снова оказался в лесу. Вокруг царила абсолютная тишина. не было слышно ни шороха листвы, ни пения птиц, ни дуновения ветра. Словно весь мир замер в ожидании чего-то очень важного. Чего-то, что решалось прямо сейчас. Осмотрелся по сторонам. пытаясь понять, где очутился.

Передо мной расстилалась широкая, залитая лунным светом поляна, в центре которой стоял огромный раскидистый дуб. Усмехнулся, понимая, что будет дальше и произнес:

— Выходи, хватит прятаться. Не просто так ты пригласила меня в гости

За стволами окружающих поляну деревьев послышалось довольное хихиканье, а через мгновение из-за густых теней вышла девушка в белом платье. Светлые волосы развевались, хотя ветра не было.

— Всё-то ты знаешь, мудрый князь Северска, — лукаво произнесла она, пристально глядя на меня бездонными глазами.

Рядом с ней бесшумно возник огромный бурый медведь, с глазами цвета янтаря. Он подошел к ее ногам, лег и и положил морду на лапы, глядя на меня с невозмутимым спокойствием.

— Ты правильно догадался, — продолжает девушка, проводя вручную по шерсти зверя. — Пришлые хотят попасть в Северский лес, чтобы найти места силы. И ради этой цели они не остановятся ни перед чем.

Я нахмурился:

— Зачем им это?

— Власть, — просто ответила она. — С источниками силы эти люди получат власть, которая не снилась моему отцу…

Медведь глухо зарычал, как бы подтверждая ее слова. Я же хотел было уточнить, кто же отец этой таинственной незнакомки, но благоразумно помолчал. Северск научил меня не задавать вопросов любопытства ради. Многие знания — многие печали.

— Ты стоишь на распутье, Николай Арсентьевич, — продолжила незнакомка. — Одна ведет назад, в прошлое, к отцу и семье. Другая — вперед, в будущее. Тебе решать, каким оно будет. И оба эти пути касаются не только тебя, но и всего края.

— И путь я должен выбрать сам? — догадался я и незнакомка кивнула:

— Я не могу его сделать для тебя. Никто не способен принять это решение за тебя Но знай: любой путь потребует жертв. И только ты решишь, какую цену готов заплатить.

Я помолчал, вспоминая видение, которое мне было когда я только приехал в Северск. Горящий лес и мечущиеся силуэты.

И словно прочитав мои мысли, медведь медленно поднялся на лапы, отряхнулся и подошёл ко мне. Остановился так близко, что я чувствовал его горячее дыхание. Зверь посмотрел мне прямо в глаза. И в этом взгляде я заметил древнюю мудрость, которая не могла быть у простого зверя.

— Помни, — прошептала девушка. — в Северске ничто не бывает случайным. И твой приход сюда тоже…

Деревья вдруг резко качнулись, и холодный порыв ветра выдернул меня из сна, выбросив из леса в чернильную пустоту. Я открыл глаза, тяжело дыша и глядя в потолок, обдумывая видение. Затем встал с кровати и подошёл к окну. На небе только появились первые бледные проблески рассвета, окрашенные в нежные розовые тона.

Внизу, на выложенной тротуарной плиткой дорожке, стоял дворовой, заставляя опавшие листья кружиться в танце и падать в одну кучу. Рядом с ним стоял Никифор, что-то ему рассказывая. Судя по оживленным жестам домового, разговор был очень серьёзным. Дворовой важно слушал, время от времени понимающе кивая.

Я несколько мгновений постоял у окна, с улыбкой наблюдая за ними, потом быстро оделся и спустился вниз.

В гостиной было тихо и прохладно. Камин уже погас, оставив после себя лишь покрытые золой едва тлеющие угли. Я прошёл на кухню, поставил на плиту пузатый медный чайник, и ожидая пока закипит вода, открыл дверцы висевшего на стене шкафчика. Удивленно потер пятерней затылок, взъерошив и без того растрёпанные волосы. Потому что на меня смотрели с десяток стеклянных банок со сборами. Выбрал одну наугад, засыпал большую щепоть в заварочный чайник и залил кипятком.

Вернулся в гостиную, устроился в кресле у потухшего камина. Налил отвара в чашку, обхватил ее ладонями, вдыхая пар. Сегодня я возвращаюсь в отчий дом.

Эта мысль тяжёлым грузом лежала на сердце. Я откинулся на спинку и попробовал представить, как пройдёт встреча, что скажет отец, что отвечу на это я. Но у меня не получалось спрогнозировать предстоящее. Арсений вряд ли изменился. А вот я поменялся. И сильно.

Сделал глоток отвара. Горячий, с легкой горчинкой, напиток обжигал горло, помогая прогнать остатки сна и сосредоточился.

— Вы ведь ненадолго уезжаете? — послышался тихий голос за спиной.

Я обернулся, заметив стоящую на пороге гостиной Веру Романовну. Она казалась непривычно бледной, волосы были собраны в небрежную косу и перехвачены лентой. На ее плече устроился сонный бельчонок, который смотрел на меня со странный ожиданием. Словно и ему было важно, чтобы я вернулся пораньше.

— Мой дом здесь, — ответил я уверенно. — И я вернусь сразу, как поговорю с отцом.

— Хорошо, — кивнула Вера и погладила зверька. — Берегите себя.

— Буду, — пообещал я и в груди вдруг потеплело.

Девушка задержала на мне потемневший взгляд. Мне вновь показалось, что она собирается сказать что-то важное. Но слов не последовало. Девушка развернулась и направилась в кабинет. Бельчонок с тоской смотрел через ее плечо на чашку в моих руках.

— Мастер-князь.

Знакомый голос послышался от порога. В дверях стоял Морозов, уже одетый, готовый к дороге.

— Пора выезжать, мастер-князь, — произнес он. — Если мы хотим добиться в столицу днем.

Я сделал еще глоток и кивнул:

— Да, — пробормотал я. — Едем.

Воевода вышел из гостиной. Я же посидел еще несколько минут, допивая отвар и глядя на потухший камин.

— Легкой дороги, мастер-князь.

Я поднял взгляд. В дверном проеме стоял Никифор. В руках домовой держал большой термос:

— Вот, вам в дорогу, — просто сказал он, подходя ко мне. — Час назад заварил, уже должен настояться. Хороший сбор, с редкими лесными травами. Помогает сохранить ясность мысли. Это мне у Митрича выменять довелось. У молодого-то лешего снега зимой не допроситься. Не жалует он старший народ, который в ладу с человеками.

Никифор фыркнул и покачал головой:

— Спасибо, — с улыбкой ответил я, принимая посуду. — Такое мне точно не помешает.

Домовой кивнул, но не ушел. Просто стоял, внимательно разглядывая меня. Вид у Никифора был таким, будто он со мной прощался.

— Что-то не так? — уточнил я, поднимаясь с кресла.