Гоблин MeXXanik – Медведев. Книга 5. Союз (страница 11)

Девушка остановилась в нескольких шагах от нас и улыбнулась, поправляя выбившуюся прядь:

— Добрый вечер, Марина Арсентьевна, — вежливо кивнула она.

Сестра ответила ей тёплой домашней улыбкой:

— Добрый вечер, Вера.

— Что случилось? — уточнил я.

— Курьер привёз протокол сегодняшнего заседания? — ответила секретарь. — Перепечатка уже завершена, договоры на указанные в протоколе артели составлены. Осталось только подписать. Бумаги на вашем столе.

— Хорошо, — ответил я и прошел к камину. — Я подпишу документы. Дайте мне минутку.

— Конечно, — улыбнулась Вера.

Секретарь развернулась и направилась к лестнице. Я же сел в кресло, и заметил на столе исходящий паром чайник и пару чистых чашек. Рядом стояло блюдо с маленькими пирожками, которые Никифор обычно готовил только для самой Веры. Видимо, она уговорила его выделить и мне порцию вкусностей. Или это было угощение для Марины.

— Спасибо, — поблагодарил я, решив не уточнять, ради кого старался домовой.

Вера остановилась, обернулась:

— Не за что, Николай Арсентьевич. Я подумала, что напиток должен вас согреть после дождя.

Вера проговорила спокойно, но в её голосе было что-то… почти заботливое. Едва уловимое. Марина заметила это. Её взгляд скользнул от меня к Вере и обратно. И я почувствовал, как в воздухе на мгновение вспыхнуло тонкое, но ощутимое электричество, в котором чувствовались любопытство, осторожность, оценка.

— Спасибо, Вера, — повторил я. — Мы сейчас как раз собирались согреться.

Секретарь легко поклонилась:

— Если что-то понадобится — позовите, — произнесла она и поднялась на второй этаж, оставив нас с Мариной вдвоем. Сестра проводила её взглядом, затем хитро сощурилась и посмотрела на меня:

— Интересная у тебя команда, братец.

— Она просто отлично делает свою работу, — устало заметил я.

— Угу, — многозначительно кивнула сестра, уселась в кресло у камина, вытянула ноги и блаженно закуталась в плед. — Ну да, ну да. Работу.

Я промолчал, глядя на огонь. Дрова в камине тихо потрескивали, будто рассказывая какую-то историю. Тепло медленно растекалось по гостиной, разгоняя остатки сырости, притаившейся в одежде.

Марина разлила по чашкам чай. И я заметил, что пряди ее волос впитали влагу, становясь чуть волнистыми.

— Держи, — произнесла она, протягивая мне чашку.

— Спасибо, — ответил я.

Марина улыбнулась. Взяла посуду, сжала ее в ладонях, вдыхая аромат. Сделала глоток. А затем уточнила:

— А эта… Вера.

Я поднял взгляд от чашки, ожидая продолжения.

— Она… давно с тобой работает?

Я пожал плечами, глядя на огонь:

— Не очень. Но она ответственная. Очень способная. И… да, внимательная к мелочам.

— Внимательная, — эхом повторила сестра, и в её голосе мелькнула тень усмешки. — Да, я заметила.

Я поднял бровь:

— Что именно?

Марина качнула головой, спрятав улыбку в уголках губ:

— Ничего такого. Просто… Она заботится о тебе.

— Это часть её обязанностей, — парировал я слишком быстро.

Марина вздохнула:

— Нет, братец. Забота — это не обязанность.

Она откинула голову на спинку кресла и добавила почти шёпотом:

— Забота — это выбор.

Я замер. В камине послышался треск полена, словно подчёркивая эту паузу.

Марина же с интересом наблюдала за моей реакцией.

— Я… не уверен, что она обо мне заботится, — медленно произнёс я. — Скорее… просто очень хорошо выполняет свою работу.

Марина едва заметно, улыбнулась уголками губ, но промолчала. Я же встал с кресла и поставил на стол чашку:

— А мне нужно подписать документы

Марина улыбнулась:

— Понимаю. Княжеские дела и забота о Северске.

В ее голосе я уловил едва заметный сарказм. Но притворился, что ничего не заметил. Просто направился в сторону своего кабинета.

Прошёл по коридору, чувствуя, как тёплый огонь камина остаётся позади. Остановился двери кабинета, толкнул створку и вошел в помещение.

На столе лежала аккуратная стопка договоров. Я вздохнул, сел в кресло, вынул из подставки ручку и принялся перечитывать бумаги, с удивлением отмечая, что все составлено четко, каждый пункт соглашения был прописан. Мне оставалось только расставлять подписи в отмеченных карандашом местах.

Раздался короткий стук. В кабинет заглянул Морозов.

— Не помешаю? — спросил он и тут же переступил через порог.

По-хозяйски прошелся в угол, откуда извлек бутылку с янтарной жидкостью, которой поил меня в день приезда.

— Не возражаете? — уточнил он.

Я молча вынул из ящика стола тяжелый стеклянный стакан и подвинул его к краю.

— А вы? — удивился мужчина. — Неужто не замерзли после того, как под дождь угодили?

— Сейчас мне нужна свежая голова, — отмахнулся я. — Но вы угоститесь настойкой.

— Не откажусь, — довольно крякнул мужчина, плеснул в стакан немного горячительного и устроился в кресле напротив моего стола. — Я нечасто себе позволяю глоток-другой. Но иногда хочется согреть желудок.

— Не осуждаю, — пожал плечами я. — К тому же вы явно не злоупотребляете.

— Так и есть, — мужчина покачал головой и вдруг выдал, — Знаете, я ведь не пьянею. Организм не поддается этому… — он указал на бутылку. — Такая вот особенность моей породы.

— А зачем тогда вы это пробуете? — удивился я.

— Чтобы напомнить себе, что я человек, — произнес он, глядя в окно. — Иногда мне это становится нужно.

— Вы ведь не из старшего народа, — заметил я и неожиданно поймал себя на мысли, что ничего толком не знаю о Морозове. Он вполне мог оказаться кем-то большим, чем просто человеком.

Кажется, Владимир догадался, какие мысли меня посетили и решил не нагнетать жути. Потому спокойно подтвердил:

— Я из людского племени.

— Да… в общем мне и не… — смешался я, не зная, как правильно оправдаться.