Глория Эймс – Жена приговорённого (страница 52)

— Можете не упирать на это, — снисходительно ответил Гоубер. — Мы в курсе, что вы не знали.

— На всякий случай уточнил, — признался Хигар, украдкой взглянув на меня. — А то подозревают неизвестно в каких грехах... Так, что тут у нас... - он провёл узловатым пальцем по строчкам. — Ретони. Похоже, фамилия даснеларская. Они довольно сильные менталисты!

— Стереотипное мнение о даснеларцах, — возразил Брилеус. — Во всех королевствах магия разнообразна, уж поверьте, я хоть и молод, но много ездил и много повидал.

— Остыньте, юноша, я говорю о клане Ретони, — отмахнулся Хигар. — У нас работала пожилая магисса из клана Ретони, когда я пришёл в Альчу. Очень сильная. Помню, замужем была за этим, как его... Доссе. Её сын Алзейн до сих пор у нас работает.

— Погодите, вы об Алзейне Доссе? — спросила я, чувствуя, как сбивается дыхание, а в голове будто молотком стучит — Травник Алзейн Доссе?

— Да. Точно. Девичья фамилия матери Алзейна — Ретони, — ответил магистр Хигар.

Глава 42. Засада

Почти всю дорогу до дома я молчала, напряжённо обдумывая услышанное. Гоубер, Хигар и Брилеус обсуждали, как правильнее подступить к Алзейну, чтобы проверить без скандала. В конце концов Ретони — распространённая в Даснеларе фамилия, и Алзейн мог не иметь отношения к Ретони из Берфена.

Гоубер был раздосадован: он лично проверял биографию Алзейна, когда тот впервые прибыл к королевскому двору, но в тот момент совершенно не обратил внимания на фамилию матери. Вдвойне его одолевала досада ещё и потому, что в министерстве он считался самым въедливым сотрудником, доходящим до самой сути. Итут — промах, да ещё и такой нелепый.

Я же размышляла над своими действиями. Что делать мне?! Если я сейчас поделюсь подозрениями с Алзейном, он может обидеться на недоверие. А если мы сразу предъявим обвинения, а он окажется невиновен?

— Ты почему такая мрачная? — спросил Брилеус. — Если это он, мы его выведем на чистую воду!

— Не всё так просто... Понимаешь, я... мы... сегодня он сделал мне предложение, и я согласилась.

В глазах Брилеуса появилось выражение, с которым смотрят на безнадёжноумственно отсталых. Выдержав паузу. Он выдохнул:

— Умеешь ты вляпываться, подруга:

— А что мне было делать?! — чуть не со слезами воскликнула я. — Рандал предал меня, охотники разбежались, а поддержку я получила только от Алзейна.

— Да, конечно, ведь нам всем решительно наплевать на тебя, — сыронизировал Бри.

— Извини. Я не это имела в виду.

— А я это имею в виду! Пока я лежал с пробитой головой, ты успела найти себе кучу новых приключений. От тебя что, вообще ни на шаг отходить нельзя?!

— НУ, извини, Бри! Просто он был рядом в самый трудный момент.

— Который сам же и организовал, — хмыкнул Брилеус.

— А если это не он — четвёртый из ковена?

— Я ему скажу «ну, извини», — едко заметил Брилеус. — Это же так работает, да?

В этот момент экипаж остановился возле дома. Мы прошли в дом и сели в гостиной.

Повисло напряжённое молчание. Сумерки обступили дом, я зажгла свет:

— Он вообще собирается сегодня вернуться? — спросил Гоубер. — Мы не можем вечно так сидеть.

— Он вернётся, я знаю.

Я действительно чувствовала, что Алзейн уже близко, но его приближение не пугало меня — наоборот, я ощущала радость от того, что он скоро войдёт в дом. Нет, не может быть, чтобы он был замешан в заговоре и похищениях! Такой утончённый и воспитанный маг.

Но тотчас помимо воли перед глазами мелькнуло две картины из памяти: Джормит нежно прикасается кончиками пальцев к моему лбу... Джормит одним движением хладнокровно перерезает горло ночному гостю... Нет, ни в ком нельзя быть уверенным, пока не найдёшь неопровержимых доказательств.

Мы продолжали сидеть в напряжении.

— Устал я что-то, — зевнул Хигар. — Не те уж годы. Вы простите, пойду, прилягу ненадолго. Разбудет, как он появится.

Не дожидаясь ответа, он встал и ушёл в другую комнату, откуда вскоре раздалось похрапывание. Гоубер тоже начал клевать носом, и только я хотела тихонько указать на него Брилеусу, как обнаружила, что тот давно уже спит.

И тут по спине побежали мурашки: точно так же внезапно уснули все в таверне перед нападением проклятых воинов.

— Бри, очнись! — я встряхнула друга за плечи, но его голова безвольно повисла.

В отчаянии я ударила его по щеке. Ничего не поменялось. Неодолимый сон уже полностью охватил его.

За дверью раздались шаги.

Встав посреди комнаты, я приготовилась отразить нападение.

Дверь открылась, и вошёл Алзейн. Он был спокоен и невозмутим:

— Привет, милая! Очень устал... Бротод просто вымотал своими придирками.

Поедем ужинать в таверну?

Его будничный тон выбил меня из колеи. Он или не он напустил сон? Я растерялась, не понимая, что происходит.

— Алзейн, у нас гости

— Вижу. Тоже устали с дороги? Пусть спят. Ты готова?

— Я... не знаю.

— Ну а кто знает? — он подошёл и обнял меня, снова заставляя мурашки удовольствия разбегаться по телу. — Давай, собирайся. Будем кутить сегодня Король расщедрился в кои веки.

— Подожди, — я обхватила его лицо ладонями. — Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Я люблю тебя, — он поцеловал меня, лишив возможности думать на несколько секунд.

— Это хорошо, но я хотела спросить... Девичья фамилия твоей матери — Ретони?

Руки Алзейна на моих ключицах заметно напряглись, и в ответ я невольно вжала голову в плечи. Движение не ускользнуло от мага. Усмехнувшись, он сдвинул руки подальше от горла.

— Так лучше, милая?.. Да, Ретони. Докопалась, значит.

Вот почему в первый момент его лицо показалось мне знакомым! Фимильные черты клана Ретони теперь явственно проступили в нём. Как я раньше не заметила?!

— Он предпочёл умереть, но не выдал тебя, — сказала я.

Алзейн усмехнулся:

— Кузен всегда был слабее меня — и магическими силами, и духом. Он боялся меня с тех пор, как я ещё подростком показал себя на шабаше в Топи.

Вот почему Алзейна не было в списках подозреваемых студентов! Он тогда ещё не учился в Альче, только жил в академии вместе с матерью!

— Выходит, это не он, а ты всё устроил? Зачем?

Мы так и стояли — в обнимку, напряжённые до последнего нерва, готовые применить магию в любой момент:

— Затем же, зачем всё происходит в мире, — спокойно ответил Алзейн. — Власть, сила — ничего оригинального.

Я смотрела в глаза Алзейна, теряясь под его невозмутимым взглядом. Ни смущения, ни сомнения — он был уверен в своей правоте. Победитель по натуре.

Страшно, когда такой человек переходит на сторону зла.

— Скажи честно, это ты наслал сонный морок, когда в Веоте нас атаковали проклятые воины?

— А есть сомнения? — Алзейн с улыбкой указал взглядом на спящих магов.

— Ты — Великий Верравен?

— Не стану скромничать, великий так великий.

— Когда к пещере прилетал верравен.

Да, это был я. Наблюдал за тобой всё время с того момента, как ты себя выдала, открыв портал. Подозревали нескольких икстермий, но правда очень быстро выплыла наружу. У Вороньей пещеры впервые разглядел тебя, как следует.