Глория Эймс – Жена приговорённого (страница 51)

— Нет, — резковато ответил он. — Прости, никак. Тебе лучше побыть дома.

Мучительно не хотелось расставаться, тянуло снова и снова целовать его, но тревога в глазах Алзейна заставила согласиться. Неужели что-то прояснилось насчёт неизвестного сообщника Лирне?

Улёгшись в гостиной на софу, я взяла книгу, но строчки прыгали перед глазами, не складываясь воедино. Мысли отвлекали меня, и за пару часов я не смогла прочесть, и страницы. А Алзейн всё не возвращался.

Затем меня начало клонить в сон, и мне несколько раз казалось, будто вокруг дома кто-то тихо ходит, причём даже не один, а несколько человек.

Вдруг в дверь постучали... Зная, что у Алзейна свой ключ, я вскочила, ощутив прилив необъяснимой тревоги. Но выглянув в окно, я увидела знакомый экипаж и немного успокоилась. Открыла дверь, радостно шагнула навстречу:

— Так рада тебя видеть, Бри! Ты в порядке?

Но Брилеус выглядел очень встревоженным:

— Тиенна, ты очень нужна нам! Кажется, мы нашли настоящую зацепку.

Замерев на пороге, я вгляделась в черты Брилеуса.

— Прости, но когда в прошлый раз ты так резко позвал меня с собой, то оказался не ты.

Брилеус улыбнулся

— Всё в порядке. Спрашивай, что хочешь.

— Что ты разрешил сделать в случае, если начнёшь нести всякую чушь?

— Вскипятить мои мозги. Ещё вопросы?

— Нет, я верю. Идём?

— Эх, могла бы спросить, что мы на первом курсе варили под вязом, когда Амриэле стало плохо, — вздохнул Брилеус, направляясь к экипажу. — Вечно тебя на любовную тему тянет. Кстати, как Рандал?

— Всё кончено.

— В смысле?! — Брилеус остановился. — Он что, умер?

— Нет, что ты, — поспешила я поправиться. — Между нами кончено.

— Да ладно, как так? А свадьба?

— Не могу сейчас рассказывать, а то снова плакать начну. Просто у него была другая девушка всё это время.

— Вот дела... — Брилеус растерянно посмотрел на меня. — Даже не знаю, что сказать.

— Ничего не говори. Я справлюсь.

Мимо понеслись полуосыпавшиеся деревья. Удивительно, как недавно было лето, и его наполняли совсем другие мечты и надежды.

— Куда мы?

— В королевский архив. Гоубер нарыл-таки нужные документы. Сейчас перепроверяем. Я мог бы на словах передать, но хочу, чтобы ты тоже их прочитала.

Может, заметишь что-нибудь интересное.

— Хорошо, прочитаю... - ответила я, поражаясь своему спокойствию.

Теперь мне было почти всё равно, найдётся ли неизвестный сообщник Лирне, и сколько багейнов ещё бегает на свободе. Прошла тревога и страх, осталось сплошное сожаление.

Было обидно, что охотники обманули моё доверие. Было грустно, что один из похищенных магов так нелепо погиб в Веоте. Было тоскливо, что Рион Молд заплатил жизнью за неосторожные слова. Сколько всего случилось: разлука, предательство, гибель Акутты, смерть магиссы в Альче, горе её жениха... Даже убитых в бестиарии багейнов стало жаль — всё-таки вымирающий вид существ. И Рандал.

Мне было искренне жаль Рандала. Столько времени скрывать свои настоящие чувства, стараясь получить выгоду от удачной женитьбы — достойно сожаления.

Что же, всё произошедшее — отличный опыт, который помог вывести мне свой дар на новый уровень. И теперь, когда Бротод имел наглость думать, что уничтожил последнюю королеву икстермий, я смогу противостоять ему.

Нужно рассказать Алзейну всю правду о себе до конца. А затем я отправлюсь в Верхние земли, чтобы принять корону. Пусть дальше продолжаются интриги в Лагледоре, я выхожу из игры.

Моя решимость крепла с каждой минутой. Когда за окном показались башни королевского дворца, я спросила:

— Бри, можешь сделать мне документ для беспрепятственного проезда через все земли Лагледора?

— Могу. А куда собралась?

— На север.

— Не сидится тебе, — дружелюбно проворчал Брилеус. — Сделаю, куда деваться.

Вот и приехали!

В архиве Гоубер корпел над разложенными пожелтевшими листами. Судя по следам от креплений, это была часть толстой подшивки, которую аккуратно разобрали для удобства чтения.

— Добрый вечер, — сказала я.

— Виделись, — усмехнулся маг — Подходите, не стесняйтесь. На этот раз действительно важное нашли.

— Было подшито в документы по студенческим делам! — торжествующе сообщил Брилеус. — Ковен не существует, поэтому в списке ковенов не упоминался.

На столе лежали списки нарушений академии Альчи, совершённые студентами полвека назад. Описание одного события, которое чуть не привело к отчислению студентов, было изложено на трёх листах, которые Гоубер выложил один над другим.

Я переходила от листа к листу, всё больше понимая ценность находки. Четверо молодых магов создали объединение, освоившее древнюю магию Гнилой Топи, связанную с существами. Впечатлённые легендой о Великом Верравене, они назвали себя «Ковен Глухого Ворона». Главной целью участников было постижение магии обращения верравенов. Насколько они продвинулись — неизвестно, но одного из студентов-первокурсников, что состоял в ковене, обнаружили мёртвым после очередной встречи магов на краю Топи.

Расследование привело к другому участнику, студенту-старшекурснику. Угрозы отчислить и прочие меры развязали ему язык, но не успел он произнести название своего объединения, как упал замертво. Тогда-то и выяснилось, что участники связаны нерушимым обетом молчания. Узнать удалось только название и количество участников.

Имена двух других долгое время было трудно установить, и только когда магистр Ретони покинул Альчу, чтобы работать в Берфене, выяснилось, что он имел какое-то отношение ко всему произошедшему. Но доказать, что он был участником ковена, так и не удалось.

— Нужно найти последнего участника, — сказал Гоубер. — Теперь круг подозреваемых сузился. Мы проверяем списки студентов и всех магов, что работали тогда. Уйдет какое-то время, но мы точно на верном пути.

— Скажите, кто приказал прекратить расследование, когда мы уже были на пути в Альчу? — спросила я, вспомнив о приписке Гоубера к официальному письму.

— Его величество лично приказал, — ответил Гоубер. — Причины мне неизвестны. Но сейчас расследование охотно возобновили.

— Лично я считаю это типичным примером самодурства, — встрял Брилеус.

— Или мы чего-то не знаем, — задумчиво возразил Гоубер.

Он посмотрел на часы:

— Что-то Хигар опаздывает.

— Великий магистр Альчи тоже здесь? — удивилась я.

— Он обещал привезти ещё несколько списков преподавателей того времени, что работали в Таспи, но вели выборочные лекции в Альче. Составил по памяти, старый плут. Просто нашёл повод прокатиться в столицу, полагаю, — ухмыльнулся Гоубер.

— А всли этот четвёртый из ковена — Лирне? — предположила я. — Тода мы опять упускаем сообщника.

— Нет, точно не он. Мы перепроверили все списки — Лирне в ту пору вообще не было в Альче и даже в Таспи. Он проходил стажировку в Теспоре.

— Почему же Хигар ничего нам не сказал ещё тогда, в Альче?

— Он наверняка не знает. Судя по датам, он прибыл из Таспи и заступил на должность Великого магистра через год после событий. Расследование держалось в строжайшем секрете, чтобы не опорочить честь академии.

— А мне постоянно казалось, что он знает больше, чем говорит... - с сомнением сказала я.

— Не переживайте, найдём четвёртого — и весь клубок распутается, если правильно потянуть, — пообещал Гоубер.

Брилеус молча воздел вверх скрещенные пальцы. Мы снова просмотрели все документы и даже остальные списки нарушений за ближайшие годы, но ничего указывающего на четвёртого участника не нашли.

Наконец, в архиве появился магистр Хигар. Он выглядел намного бодрее, чем в прошлый раз — сказалось освобождение от магической привязки, что вытягивала силы. Вручив с порога Гоуберу довольно объёмный свиток, Хигар прошёл к столу.

— О, да вы неплохо потрудились. Жаль, прежний Великий магистр не оставил мне никаких сведений на этот счёт.