Глория Эймс – Жена приговорённого (страница 33)

И если различия в одежде и вооружении можно было списать на прошлые века, когда в последний раз происходило нашествие проклятых воинов, то разница в магических приёмах казалась необъяснимой.

— Так что, план тот же? — напомнила Идана.

— А есть предложения? — спросил Двен.

— Я считаю, нужно искать в Альче того, кто хорошо знает историю и нашествия существ, и проклятых воинов. Кто-то пытается сбить с толку всех и выдать за повторение легенды какую-то совсем другую затею.

— Ретони погиб, как только назвал Ковен Глухого Ворона, — напомнила я. — Значит, он может стоять за всем этим!

— Если ковен имеет отношение к похищениям, он как-то ещё себя покажет, — ответил Двен. — Но Идана права, будем искать среди историков и бестиарологов. Так хотя бы сузим круг подозреваемых на первое время.

— А счего ты взял, что они должны быть именно в Альче? — спросил Пайтан.

— С того, что как только Гоубер доложил наверх о том, что едет туда, расследование закрыли, — уверенно сказал Двен. — Уж точно не совпадение! Стревид прав, кто-то очень не хочет, чтобы мы попали в Альчу раньше времени. Покушение на Брилеуса и Тиенну тоже имело эту цель — не допустить их выезд.

— Да, именно тогда мы приняли решение ехать! — вспомнила я. — А Гоубер уже доложил о планах.

— Когда вы с Лонкоей выдвинулись в путь, кто-то позаботился о препятствиях. И то, что вы не погибли в старом охранном портале, а смогли попасть в долину — необычайное везение!

— Значит, нам придётся проникнуть в самую цитадель врага, — в голосе Иданы звучало больше предвкушения, чем тревоги.

— Только не надо сразу всем головы рубить, — попросил Ородс, привлекая её к себе.

— Дикая моя.

Идана довольно хмыкнула. Ей нравилось, что охотник ценит её боевые качества. А я смотрела на них с грустью: мне тоже хотелось почувствовать сильную мужскую руку, обнимающую плечи, хотелось, чтобы Рандал вернулся и поцеловал меня, как раньше.

Миновав нас, варселы растворились в тумане, а затем вокруг стало светлее. Мы продолжили путь.

Мне стало легче, чем было до встречи с варселами. Я не переставала надеяться ни на минуту, но иногда сил хватало лишь на мысль «Я найду тебя, любимый»

Теперь моя надежда окрепла. Если воины, напавшие в Веоте, не прошли ментальную очистку, а лишь находились под сильным заклятием, значит, у меня есть шанс вернуть разум моему Рандалу! Он станет прежним, и мы будем вместе всегда, как собирались.

Но сперва я разыщу тех, кто причинил мне и другим невестам столько боли.

Королева икстермий найдёт способ покарать преступников.

Вечером мы достигли небольшого островка, возвышающегося посреди топи. Путь по зыбкой почве дался нам нелегко. Казалось, земля вот-вот уйдёт из-под ног, даже когда мы просто стояли на месте, отдыхая. Лонкою слегка укачало, но она держалась из последних сил. Четверо охотников старались не подавать виду, но тоже изрядно вымотались.

Один только магистр Родрун шагал впереди так уверенно, будто вообще не устал.

Но стоило нам ступить на твёрдую землю островка, как выяснилось, к чему так стремился Двен. Указав нам на вход в пещеру, магистр быстро раскрыл небольшой огненный портал для связи стихийников и вызвал магистра Тарио. Дар всестихийника позволял Айлин связываться с любыми стихийниками через небольшие звуковые порталы, но, как видно, Двен старался не злоупотреблять этой возможностью и за всё время вызвал её впервые.

Не дожидаясь, когда сияющее окно в пространстве разгорится сильнее, он вполголоса жарко шепнул:

— Как ты?

— Пока ничего не поменялось, — раздался издалека голос Айлин. — С девочками всё в порядке?

— Что им сделается, — хмыкнул Двен. — Они любых охотников переплюнут.

— Не сомневалась, — рассмеялась Айлин. — Привет им передай!

— У меня возникла идея... - начал Двен.

Оставаться дольше рядом с ним означало уже нагло подслушивать, и подошла с остальными ко входу к пещере. На кустах вокруг виднелось множество вороньих гнёзд, но все они были пустыми. Скрученные из тонких веток и набитые сухой травой гнёзда выглядели немного пугающе. И хотя я пыталась сама себя убедить, что осенью ворон в гнёздах не застать ни в Имоледо, ни во Фланде, пустые ямки, выстланные пухом, производили гнетущее впечатление.

Казалось, жизнь покинула эти места, и посреди топи больше нет ни обычных животных, ни магических существ. Скрип полусухих деревьев добавлял тоски.

На фоне безрадостной топи размышления об Айлин, о Рандале и судьбе проклятых воинов стали особенно унылыми. Присев на корягу у входа в пещеру, я краем глаза видела, как охотники устраиваются в пещере.

Братья нарезали охапку папоротников и сделали мягкое ложе, укрытое плащами Идана, из-за раны не принимавшая участия в приготовлениях, а только следившая за ними, сидела рядом с Пайтаном. Оба делились история из жизни охотников, и было видно, что Пайтан потеплел к охотнице. Да и она тоже стала дружелюбнее.

— А он начал дергаться, и петля сама затянулась, — со смехом закончила историю Идана. — Шкуру, кстати, нужно выделывать особым способом, тогда можно продать дороже.

— Потом покажешь, какую петлю использовала, — попросил Пайтан.

— Само собой, — она дружелюбно толкнула охотника в плечо, а затем повернулась к подошедшему Двену. — Эй, магистр, костёр-то разводим?

— Обязательно. Но бездымный, — Двен создал несколько языков пламени и поджёг большой пень у входа в пещеру. Развлекайся.

Идана начала нанизывать кусочки хлеба на прут и поджаривать в огне. Вскоре остальные присоединились к скромному ужину из остатков наших запасов.

— Завтра будем ужинать в Тасги, — пообещал Двен.

Было видно, что он пытается нас поддержать, но сам переживает, и отнюдь не из-за скудного ужина. Руки магистра Родруна то и дело окружало едва уловимое свечение, как бывало всякий раз, когда он думал об Айлин. Не пытаясь вывести его на разговор, я просто направила всё своё сочувствие в его сторону, надеясь, что ему хоть немного станет легче.

Быстро стемнело, мы улеглись в пещере. Внезапно свод, покрытый каменными натёками, начал медленно пульсировать над нами.

— Что такое?! — Идана привстала, схватившись за серп.

— Не обращай внимания, здесь всегда так, — уверил Двен. — Болотные газы струятся наверх и создают мерцание.

— Не, я про него, — охотница указала на тень над выступом стены.

Присмотревшись, я увидела к глубине тени блестящие глаза, а затем силуэт огромной птицы.

— Ворон? — спросила Лонкоя, тоже всматривавшаяся в тень.

— Скорее верравен, — уточнил Пайтан. — Существо, что бродит по топям тенью и принимает облик ворона лишь изредка.

Блестящие глаза существа устремились на нас. Хотя я знала, что со мной четверо опытных охотников, сильный огневик и храбрая подруга, по спине пробежал холодок. Взгляд верравена казался слишком человеческим, он проникал в самое сердце, заставляя отпрянуть и плотнее укутаться в плащ.

И через пару мгновений после того, как мы его обнаружили, верравен исчез в темноте. Не было слышно ни шелеста перьев, ни хлопанья крыльев — верравен словно растворился в холодном ночном воздухе. Только жуткое предчувствие разлилось в воздухе, охватывая нас и пронизывая до костей.

Замерев, мы прислушивались к шелесту листьев у выхода из пещеры. Ни одного намёка на то, что здесь только что взлетела огромная птица..

Идана переглянулась с Ородсом, положив ладонь на рукоять серпа.

— Верравен? Ворон-оборотень?! — Лонкоя задумалась. — Мы же читали о них в весеннем семестре! Редчайший вид, и здесь его найти почти невозможно. Магистр Родрун, а вы в прошлых поездках встречали его?

— Ни разу, — Двен покачал головой. — Но время идёт, всё меняется.

— Иногда они меняют гнездовья, — добавил Пайтан.

Завязалась беседа о привычках существ, а у меня в голове неотвязно вертелись слова из детской считалочки: «Ворон скоро к нам придёт и навеки заберёт».

Глава 29. Таспи

Посёлок Тасли на краю Гнилой Топи оказался намного меньше, чем я думала — всего десяток домов, жмущихся друг к другу в страхе перед туманами, приходящими с болота. Зато рядом имелся замок, хоть и небольшой.

Именно замок мы разглядели в первую очередь, когда вечером следующего дня выбрались на твёрдую землю. Всего с двумя башнями, одна из которых была почти разрушена, и с зубчатой стеной, обращённой к топи, он производил впечатление скорее укрепления, чем настоящего замка.

Но после пережитых на болоте тревог мы единодушно решили, что лучше остановиться в замке, тем более что документы магистра Родруна позволяли нам продолжать притворяться студенческой экспедицией.

Подвесной мост без промедления опустился, приветствуя гостей, как только Двен назвал себя караульному.

— Вас здесь помнят? — обрадовалась Лонкоя.

— Ещё бы не помнили, — усмехнулся магистр Родрун. — В прошлую экспедицию я помог им наладить систему огневых потоков под замком. Чувствуете, как тепло, несмотря на сырость?

Действительно, стоило нам попасть во двор замка, как я почувствовала, что усталые замёрзшие ноги окутывает приятное тепло. И оно шло не сбоку, как иногда делали обогрев в замках — сами камни мостовой были тёплыми.

— Из-за того, что замок Таспи примыкает к болоту и при этом отгорожен с юга горным хребтом, тёплый южный воздух минует его и идёт в Альчу, — объяснил магистр Родрун. — Здесь словно холодный провал. Вот я и сделал отопление в прошлый приезд.