Глория Эймс – Жена приговорённого (страница 32)
— А они опасны? — спросила Лонкоя.
— Не более, чем комары, — начал объяснять Двен. — Но я не уверен, что…
Внезапно сплошная мутная пелена разом обрубила солнечный свет, и мы оказались в подсвеченном снизу душном пространстве.
Шедшее от топкой земли свечение делало лица моих спутников землисто-серыми.
Стало тяжело дышать. Двен, не придавая значения происходящему, лишь ускорил движение, и мы старались не отставать.
Затем от сгущающихся теней отделились полупрозрачные фигуры, горестно вздыхающие и тянущие к нам дрожащие длинные пальцы. И хотя я понимала, что самое неприятное, что может произойти — это лишь холодное прикосновение варселы, всё равно было жутковато проходить между ними.
Пропавший среди белого дня солнечный свет так и не появлялся, сколько мы не шли.
— Впервые варселовый туман такой густой, — заметил Двен. — Не поддавайтесь ему, пусть обтекает по сторонам.
Мне и охотникам было легко выдержать его действие, а вот Лонкое пришлось плохо: она то начинала без причины всхлипывать, то едва сдерживала смех, хотя ничего смешного вокруг не появлялось.
Особо настойчивые варселы пытались преградить нам путь, возникая посреди тропинки. Но магистр Родрун всякий раз проходил сквозь них, прокладывая путь остальным. Его плащ на мгновение окутывала тонкая огненная дымка, и варселы рассеивались, превращаясь в капли росы.
— К вечеру мы дойдём до островка в центре Топи, там заночуем, — магистр Родрун отмахивался от варсел, как от мошкары. — Никаких привалов!
Грустно вздохнув, Кирвед сглотнул. Его не отвлекали воспоминания о старых легендах, что бродили в голове дяди Пайтана, и не грела любовь, что кипела в груди Ородса. Догнав Кирведа, я ободряюще коснулась его руки.
— Ничего, потерпим!
— Так-то оно да... Конечно, потерпим, — задумчиво ответил охотник. — Только я вот думаю, что нас при таком раскладе вряд ли радушно встретят в Альче.
— Почему?! — удивилась я. — Ведь это тоже академия! Мы своих не бросаем!
— Если кто-то наверху не хочет, чтобы мы разобрались с этим заговором... — Кирвед развёл руками.
— Нет, академическое братство превыше указаний сверху! — уверено возразила я. — И я своими глазами видела, как первокурсники вступили в противостояние с прежним Великим магистром, когда поняли, что он собирается навредить Хальторну!
— Хорошо, если в Альче тоже так, — Кирвед не стал спорить, но по его лицу я поняла, что он далеко не так уверен в принципах академического братства, как я.
— Нет, послушай, если мы…
— Тс! — Кирвед повернулся, пристально всматриваясь в кусты на обочине.
Только я раскрыла рот, намереваясь спросить, что происходит, как Кирвед махнул серпом и снёс густые ветки, нависавшие над тропой. Раздалось рычание, и на нас уставились горящие глаза небольшого, но явно недружелюбного существа, напоминающего крупную кошку и длинными кистями шерсти на ушах и подбородке.
Лапы хальба, больше похожие на человеческие руки, крепко сжимали когтистыми пальцами толстую ветку, качавшуюся под весом существа.
— Болотный хальб, — констатировал магистр Родрун. — Молодой.
— Он опасен? — Лонкоя выглянула из-за его плеча, но приближаться к твари не рискнула.
— Разновидность лесного хальба. Может запутать странника и заманить в болото, потом дожидается его гибели и питается мертвечиной.
— Вот бы нам в бестиарий академии такого! — Лонкоя уцепилась за рукав Двена, но не теряла здравого смысла. — Но тащить его, конечно, слишком далеко... Он не станет нападать?
— Нас слишком много, и он не хочет рисковать, хотя и следит за нами, — ответил магистр Родрун, на всякий случай зажигая небольшой огонёк в ладони.
Хальб снова зарычал, сверкая глазами и принюхиваясь к огоньку.
И вдруг тварь дико вздыбилась всем телом, затряслась и бросилась прочь.
Мгновение — и перед нами осталась лишь раскачивающаяся над дорожкой ветка.
Охотники переглянулись. Судя по их встревоженным лицам, хальб был существом не робкого десятка, и напугать его могло что-то гораздо более устрашающее, чем маленький огонёк.
Обернувшись, мы увидели неровную волну, наступающую на нас. Понемногу вырисовываясь в тумане, волна распадалась на отдельные фигуры. И через несколько секунд мы разом отпрянули: к нам приближались сотни проклятых.
Они шли, занеся оружие и готовясь к нападению. Мёртвые глаза и подсвеченные туманом лица ничем не напоминали живых людей. Магистр Родрун окружил всех нас огненным кольцом и выступил вперёд, готовясь отразить нападение. Пламя в руках раскрылось, растекаясь по топкой земле и мгновенно высушивая её до хрупкого праха.
Не в силах ни помочь магу, ни помешать врагам, я с ужасом следила за приготовлениями.
Ещё несколько шагов — и он вступит в бой.
Глава 28. Воронья пещера
Чем ближе подходили проклятые воины, тем более странными становились их лица: они искажались, будто оплывая, как оплывает восковая свеча.
Магистр Родрун раскрыл огненную дугу и метнул острое лезвие пламени вперёд.
Оно прошло через строй воинов, как через воздух, и погасло вдалеке.
— Это тоже варселы! — расхохотался магистр Родрун, отирая покрытый испариной лоб. — Какие убедительные! Чуть не перепутал!
Не прикасаясь к нам, варселы текли мимо, глухо гудя и растекаясь по топи. Они взмахивали мечами, поражали друг друга, падали на землю и снова поднимались, раз за разом повторяя момент своей гибели.
— Должно быть, большой отряд проклятых воинов нашёл свою смерть в этой топи, — сказал Двен. — Но прежде я такого не встречал в этих краях.
— Даже не слышал ни от кого, чтобы тут водились варселы-воины, — ошарашенно заметил Пайтан. — Уф! Думал, всё, конец нам.
На радостях Ородс схватил Идану в охапку так сильно, что та ойкнула:
— Вот идиот! Больно же!
— Прости, забыл о ране, — тот оспабил хватку.
Закатив глаза, Идана высвободилась из объятий:
— Ну и каков дальнейший план?
— По-прежнему держим курс на остров с пещерой, — ответил Двен.
— Нет, я о более дальнем плане, — уточнила охотница. — Ты что, не заметил, что они совсем другие, чем те, в таверне?
Так ведь это варселы, — возразил Ородс.
— Что, никто, кроме меня, не заметил? — усмехнулась Идана. — Серьёзно?!
— Я заметила, но не придала значения, — сказала Лонкоя. — Думаешь, это важно?
— Однозначно, важно, — кивнула Идана. — В общем, присмотритесь ещё, кто не видел.
Мы устремили взгляды на бесконечно текущий мимо нас строй воинов-призраков.
Они выглядели почти так же, как тот отряд, что мы встретили в таверне. Почти, но…
Точно! У каждого из погибших в Гнилой топи воинов было что-то вроде светящейся треугольной отметины во лбу. Таких отметин не было у отряда, напавшего на нас в Веоте. Я бы точно их запомнила, если бы увидела.
— Похоже на след ментальной очистки, — заметил Двен. — Во всяком случае, нечто подобное точно сделано.
— Тех воинов было уже не вернуть, даже если бы их невесты разыскали следы, — грустно констатировала Лонкоя.
— Выходит, каждому проклятому воину в предыдущий раз проводили ментальную очистку, — задумался Пайтан. — А этим почему не стали?
Двен ещё раз оглядел воинов.
— И оружие у этих замагиченное, а у тех были обычные мечи. Несовпадений всё больше.
Чем дольше мы смотрели на воинов-варсел, тем больше мелких различий находили. Доспехи сильно отличались от тех, что мы видели на отряде в Веоте.
Мечи покрывал особый узор, которого никто не заметил на веотских воинах.
Магические нити обвивали руки призраков совершенно другим способом, чем мы видели в таверне.