Глеб Лютаев – Параллельный фарватер. Присный курс. Том 1 (страница 1)
Глеб Лютаев
Параллельный фарватер. Присный курс. Том 1
Благодарности
Не секрет, что большой роман сложно написать в одиночку. И речь идёт не о соавторстве, а о сборе информации, консультировании по разного рода вопросам, в которых автор может не разбираться, или быть не достаточно осведомлённым.
«Параллельный фарватер. Присный курс» — большая книга. Уважаемый читатель, ты держишь в руках только один из трёх томов. Работа над романом длилась не один год и потребовала от меня не только усидчивости, но и поиска людей, которые могли вовремя подсказать те или иные медицинские термины, проанализировать: реалистичны ли описываемые события и персонажи.
В связи с этим хочу выразить благодарность Постарнакову Тимофею Сергеевичу — врачу-психиатру Психиатрической клинической больницы №4 имени П. Б. Ганнушкина. Долгими томными вечерами мы обменивались голосовыми сообщениями, обсуждали психические заболевания и симптомы, указывающие на них. Если я всё правильно понял, читатель поверит в то, что написано в романе. А ещё, Тимофей, сам того не подозревая, надоумил меня сделать один из самых значимых сюжетных поворотов и я безмерно рад, что это произошло вовремя.
Спасибо Виту — автору телеграм канала «Логово холостяка» за то, что свёл меня с вышеуказанным доктором. Сам бы я искал специалиста в области психиатрии гораздо дольше.
Алексею Родину — врачу-хирургу высшей квалификационной категории, кандидату медицинских наук, — безмерная благодарность за «аудит» книжного медицинского учреждения, в котором волею судьбы оказались главные герои романа. Я стараюсь избегать посещения клиник, особенно психиатрических, и как там всё устроено лучше узнать от профессионалов. И речь не о психиатрии, а о медицине в принципе.
Мой друг и по совместительству главный критик моего творчества Кирилл Ямковой традиционно попадает в раздел благодарностей за токсичный бета-ридинг романа. Он привычно кидал едкие замечания почти в каждой главе и выписал итоговое заключение, что книга плохая и автор я никакой. Естественно, конструктивно объяснил каждый пункт своей позиции. Именно такие люди на стадии написания романа и нужны.
Огромная благодарность моему бессменному редактору Алинде Ивлевой. С ней работаем уже над третьей книгой и я ясно осознаю, что романы получаются гораздо,
Спасибо Татьяне Поповой. Там где ничего не смутило Алинду, увидела нечто непонятное Таня, жанр хоррор в обычных условиях обходящая стороной за три версты.
Лиза Глум усердно корпела над корректурой. Со всеми этими запятыми, точками, тире и прочими знаками препинания я не то что бы на «вы», но всё равно не очень тесно связан. А Лиза общается с ними на одном языке.
Ну и в заключение спасибо моей семье. Супруге за то, что терпит моё сомнительное увлечение писательством, а сыну за его незамысловатую фразу: «Папа, я хочу почитать эту книгу, когда ты её напишешь». Он бросил эту фразу с заднего сиденья автомобиля в нашей совместной поездке в соседний город. По обыкновению я делился задумкой «Фарватера» с женой ещё до начала работы над книгой, хотел знать её мнение. Сын подслушал и так увлёкся, что невольно стал первым восторженным пусть не читателем, но хотя бы слушателем короткого пересказа сюжета, что на этапе вынашивания идеи очень вдохновляет.
Пролог
— Стас, глуши вертикальные двигатели. Глубже пока не надо.
— Готово.
Судно закончило погружение, и Кирилл с облегчением выдохнул. Это далеко не первый его спуск и не самый глубокий, но первый в тропических водах.
— На какой мы глубине? — поинтересовался Специалист. Сильно изогнувшись, чуть ли не на четвереньках, он протиснулся в тесном пространстве аппарата к одному из трёх иллюминаторов и жадно прильнул к стеклу.
Кирилл с подозрением относился к странному пассажиру. Его отправили с ними на такое опасное задание с неясной целью. Когда Кирилл хотел возразить, командование чётко дало понять, что этот человек обладает неоспоримым авторитетом в экспедиции, игнорировать его требования и вопросы недопустимо, кроме тех, которые будут угрожать личному составу и самому аппарату гибелью.
Взглянув на глубиномер, старший гидронавт ответил:
— Тысяча пятьсот восемьдесят метров. До дна ещё пятьдесят, но пока не обнаружим объект, глубже погружаться не стоит. — Словно в подтверждение своих слов Кирилл вгляделся в экран монитора, где наружные камеры, установленные на корпусе аппарата, передавали чёткую картинку. Собственный голос немного расслаблял и позволял на время забыть о чудовищной массе воды, нависшей над ними и давящей на прочный корпус судна.
— Как далеко мы от нужного места? — не унимался Специалист.
Кирилл покосился на нежеланного спутника, облизнул кончиком языка пересохшие губы. Злился.
— На том исследовательском судне, на «Янтаре», гидролокаторы точно определили местонахождение затонувшего корабля. Судя по их данным и тем, что мы имеем сейчас, нам осталось около трёх кабельтовых, то есть примерно пятьсот метров. Повезло, что буксир затонул здесь, на относительно равнинном участке, а не затерялся среди хребтов или не лёг на дно Аравийской котловины. Её глубина более трёх тысяч, и поиски были бы не то чтобы бессмысленными, но как минимум затруднительными. Сейчас чуть подрулим и направимся непосредственно к объекту наших поисков. Давай туда. — Кирилл указал путь, обращаясь ко второму члену экипажа и ткнув пальцем в монитор.
Получив команду, Стас взял курс левее.
— Держи скорость в один узел, — сказал Кирилл.
— Понял.
Стас — надёжный напарник. Понимал с полуслова, никогда не возражал и, как Кирилл, тонко чувствовал аппарат, словно был с ним одним целым.
Носовые прожекторы образовывали светлый клин, взрезавший темноту на тридцать метров вперёд, где изредка мелькали дивные глубоководные обитатели, шарахающиеся от непривычного для них яркого света. И гидронавты, и Специалист завороженно наблюдали за живностью, способной существовать в суровых условиях. Казалось, подводные твари совершенно не чувствуют ту нагрузку, что оказывает на них полуторакилометровая масса воды и отсутствие света. В первую очередь Кирилл думал о выполнении задания, но не мог не восхищаться удивительной выживаемостью обитателей океана, их многообразием и поразительным умиротворением, царящим здесь, в тиши морских недр.
Неожиданный писк сонара заставил мужчин отвлечься от созерцания глубоководной фауны.
— Что это? — с невозмутимостью в голосе поинтересовался Специалист, оторвав от иллюминатора одутловатое лицо. Капли пота на нём напоминали стразы, отражая свет мониторов и множества подсвечивающихся кнопок. Специалист в упор уставился на Кирилла.
— Всё в норме, какой-то выступ на дне. Сейчас обойдём.
В подтверждение его слов писк затих, и восьмиметровое громоздкое судно неторопливо продолжило движение по заданному курсу в относительной тиши.
— Что у вас там, «Консул»? — раздался прерывистый голос в наушнике.
— «Янтарь», всё в порядке, — ответил Кирилл, потрогав мочку уха, будто это могло помочь улучшить связь.
— Что с приборами? — не унимался любопытный бас, принадлежавший одному из членов команды, ответственных за успешное выполнение операции и находящихся сейчас на борту судна-носителя, с которого «Консул» был спущен в воду.
Кирилл пробежался взглядом по приборной панели, в уме сверил показатели с нормой.
— Сонар запищал, на дне выступ, но уже прошли его. Температура, внутрикабинное давление, подача кислорода и поглотители двуокиси углерода в порядке. Визуального контакта с объектом пока нет.
Кирилл ждал новых вопросов, но услышал лишь «конец связи», чем был приятно удивлён. Расспросы сильно отвлекали и мешали. Однако того требовали подробные и выученные наизусть инструкции — игнорировать их нельзя.
Кирилл сверился с данными и отдал указания:
— Осталось меньше одного кабельтового, Стас, сбавляем ход.
Младший гидронавт выполнил команду, в то время как сам Кирилл принялся выискивать корабль на видеомониторе.
— Александр Юрьевич, — обратился он к Специалисту, — если увидите объект в иллюминаторе, сообщите.
— Конечно, — ответил тот и, громко вскрикнув, резко подался назад, врезавшись спиной в Стаса. Аппарат повело в сторону и качнуло, Кирилл выругался. Стас попытался выровнять аппарат, оттолкнув от себя неловкого Специалиста.
— Какого хрена?! — озлоблено возмутился старший гидронавт, схватившись за пульт управления и помогая коллеге стабилизировать ситуацию.
Специалист пришёл в себя. Побледнев, вцепился в ближайшую рукоять на корпусе. Стараясь держаться подальше от иллюминатора и приборов, сказал:
— Там что-то было, — он явно пытался унять дрожь в голосе.
— Где? — рявкнул Кирилл.
— За окном… За иллюминатором!
— Что было?
— Что-то крупное.
— То, что мы ищем?
— Нет. Кто-то проплыл рядом, за стеклом.
— Александр Юрьевич, — Кирилл злился, но пытался говорить как можно сдержаннее, — будьте аккуратнее. Мы находимся в очень глубокой жопе, и если, не дай бог, с аппаратом что-то случится…
— Я знаю! — резко оборвал его Специалист. Растерянности как не бывало. — Больше не повторится. Но там промелькнуло нечто большое.