Глеб Кащеев – Уровень 2 (страница 56)

Семен подошел к сестре.

– Возьми ее за руку и думай о том, как согреваешь ее, но не тело, конечно. Попробуй передать через руку свою любовь и заботу.

Снежана положила руку на лоб Юлии. Та растеряно оглядывалась, совершенно не понимая, что происходит. Такое внимание со стороны кучи незнакомых людей уже начало ее пугать.

У Дина почему-то сердце начало отбивать пульс в ритме рейва. Он сам не понимал, отчего так переживает, но происходило сейчас явно что-то важное.

Илья резко вздрогнул и уронил руки:

– Есть! Она прошла к своей памяти! Монстра больше нет. Он тут же исчез!

Семен, закусил нижнюю губу так, что казалось сейчас кровь потечет, вглядывался в лицо сестры, пытаясь уловить хоть какие-нибудь признаки изменения. Та стояла с закрытыми глазами и слегка покачивалась

Снежана, таинственно улыбаясь, отошла и села обратно за стол рядом с Даной.

– Как же долго я спала… – тихо сказала Юлька.

– Юля! Юленька! Юлька! – прошептал Семен, обхватив ее лицо руками.

– Что, Семушка? – она открыла глаза.

– Пламя! Оно вернулось! – неожиданно сказала Снежана, увидев ее взгляд, – все получилось!

– Где я, Сема? – Юлька растеряно оглянулась, – помню, как прекрасная женщина сказала идти в туман, который окутал все на улице. А сейчас я где? Где наш дом?

– Ты дома, Юля, дома. Теперь он здесь, – несмотря на улыбку, сиявшую на лице Семена, глаза Дина невольно наполнились слезами. Да и Ханка, как он заметил, тоже промокнула уголки глаз полотенцем.

Семен неожиданно подскочил к Илье и со всей силы обнял его. Тот даже крякнул от неожиданности и растеряно и смущенно слегка похлопал Семена по спине.

– Спасибо брат! Спасибо! – горячо воскликнул тот и повернулся к остальным, – Спасибо вам, ребят, счастье то какое!

Глава 36

Дана

Она сама чуть не разревелась, глядя на эту сопливую идиллию. Завидно было очень. Не было у нее ни брата, ни сестры, чтобы вот так к ней относились. Семен, казалось, воскресшую сестру готов был на руках носить. Еще бы – сколько она почти растением была? А тут вдруг вылечили как по щелчку пальцев волшебника.

Может они действительно умерли, и это загробный мир, Вальхалла, где раны, в том числе душевные, зарастают на героях сами собой? Как там было в мифах: весь день в своем суровом северном раю викинги пируют и бьются насмерть, но с восходом солнца их раны зарастают и все начинаются заново. Тут тоже трупы сами пропадают по утрам.

От этой мысли по спине пробежал нехороший холодок.

Если она мертва, то зачем ей каждую ночь снится один и тот же кошмар, как ее запирают в зеркальном отражении? Это персональный ад такой?

Чтобы отвлечься от дурных мыслей, она спросила сидящую рядом Снежану:

– Что за пламя, о котором ты говорила?

Та вздрогнула, отвлеклась от Семена с сестрой, посмотрела на Дану своими ледяными глазами и ответила:

– Когда я была бесплотным приведением, то научилась видеть в людях внутренний огонь. Знаешь, часто говорят, что кто-то силен духом, а кто-то слаб. Вот я с тех пор ощущаю это в виде пламени в чужих глазах. Тот, кто устал и от жизни ничего особо не хочет, кроме как пожрать, да поспать – у него огня вообще нет. У того, кто жаждет изменить весь мир – наоборот, бушует просто.

Семен невольно услышал их разговор и подошел ближе. Снежана продолжила:

– В этом мире у большинства взрослых пламени почти нет, за редкими исключениями в виде Эрлика, мастера, да ведьмы твоей. Видимо сюда попадают только те, кто от жизни уже ничего не хотел. Неприкаянные, как Алекс сказал. У детей, которые уже здесь родились, часто бывает иначе – вон у Ханки все нормально с внутренним огнем. Ну и у Алекса… было. Детям еще не все равно, но этот испорченный город и их тоже рано или поздно тушит.

– Почему испорченный?

– Потому что его искалечили и залечиться не дают. Мне кажется, что башня с каждым слоем пытается вырастить что-то правильное, но люди каждый раз все портят.

– Да ты о чем вообще?

– Мне проще показать. Пойдем? – заговорщески подмигнула Снежана.

– Погоди… про пламя, – неожиданно произнес Семен, – а мне его можно научиться видеть?

Снежана растерялась:

– Я не знаю. Наверное можно, я же научилась. Только вот мой рецепт тебе вряд ли подойдет. Я не знаю, как этому учить.

– Как ты это видишь? Мне кажется, что я тоже что-то такое почувствовал в Юлькиных глазах.

– Да просто взгляд стал осмысленным, – ухмыльнулась Дана, столкнулась глазами с его сестрой и добавила, – прости Юль.

– Нет… что-то такое… иное, – Семен замахал руками в воздухе, подбирая нужное слово.

– Давай выйдем на улицу, – сказала Снежана.

Дана последовала за ними.

– Вон видишь парень идет. Помощник фонарщика: масло для лампад разливает в лавке, – Снежана показала на щуплого юношу с большой канистрой в руках, – Эй, Сигурд! Продашь мне масло? – окликнула она его.

Паренек, не торопясь, стараясь ступать как можно более важно, подошел к ним.

– Тебе сколько и что дашь взамен? – равнодушно спросил он.

Вместо ответа Снежана посмотрела на Семена:

– Вот у него пламени нет. Вообще. Видишь?

Семен вперился в юношу так, что тот смутился.

– Какое пламя? Пламя мне не надо. Масло загорится, – пробормотал тот.

– Не вижу, – выдохнул Семен, – чувствую! Холод, как от Юльки был.

Он порывисто взял парня за руку прежде, чем тот успел сообразить, что происходит.

Дана, как ни старалась, не могла заметить разницы между взглядом этого местного и того же Семена. Ну да, видно, что парню все пофиг и ничего от жизни не надо. Зачем тут выдумывать какое-то пламя? Это любая девчонка за пять секунд в мужчине распознает. С кем можно мутить, а с кем только плесенью покроешься. Такие как этот – для уродин, на которых никто больше и не взглянет. С ним вся жизнь потом будет —только пожрать, да тюленить на диване после работы.

Парень наконец выдернул руку из ладони Семена и, опасливо оглядываясь, спешно пошел прочь.

– Надо же! У тебя получилось! – восторженно прошептала Снежана.

– Да, я тоже почувствовал: он согрелся, – растерянно произнес Семен, глядя вслед уходящему юноше.

– Что получилось то? – не выдержала Дана.

– Он зажег огонь его души. Раздул из угольков. Как раньше мог нагревать предметы, теперь так же зажигает души, представляешь?! – широко и счастливо улыбаясь ответила Снежана.

– Мне просто захотелось сделать как с Юлькой: согреть внутри, – словно оправдываясь, произнес Семен.

– Да супер же! Обалдеть! – воскликнула Снежана и неожиданно обняла Семена, – значит работает!

– Что работает? – опять спросила Дана.

– Лабрис. Я не была уверена, но теперь точно знаю. Он трансформирует ваши способности во что-то новое. Вот у Семена смотри, какая фантастика получилась!

Дане показалось, что ее разыгрывают. Никаких внешних изменений в удаляющемся парне она не видела.

– Ладно, а мне то ты чего хотела показать? – нетерпеливо спросила она. Ее эта тема с лабиринтом ужасно раздражала. Дана его почему-то побаивалась, но и то, что к другим их дар вернулся, пусть и в странном виде, ее тоже не радовало: она то до сих пор ничего не могла. Дана уже начала скучать по своим копиям.

– Да, пойдем, – бодро сказала Снежана и кивнула Семену. – Мы прогуляемся ненадолго. Ты иди в дом. Потом поговорим.

– А вы куда? – подозрительно спросил он, – далеко?

– Да.

– Может проводить? А то и Алекс предупреждал, что девушкам одним ходить не стоит, да и на тебя уже нападали…