Gina Wolzogen – Под лапкой королевы (страница 6)
Рыцарь Норка поспешила к Лекарю Лосю, который убирался в шатре.
– Знаешь, за пару дней до турнира Рыцарь Храбророг вёл себя как-то странно… нервно, – пробормотал Лось, поглаживая свои рога, как будто вспоминая недавний случай.
Встревоженная, Норка решила, что Шпион Ушастик может слишком долго пробыть в башне мага, и пошла в лес – словно её направляла сама Сияющая Лапка, влекла внутренняя уверенность. Лес встречал её тишиной, только где-то далеко слышался глухой рёв, напоминающий мычание. Морская свинка напряглась, сердце забилось быстрее; она достала меч и, осторожно ступая по шорохам листвы, направилась к звуку.
Подойдя ближе, она увидела Рыцаря Храбророга. Он был жив, но держал в копытах сломанные рога, его взгляд был печален, как у героя, потерявшего честь.
– Рыцарь Храбророг! – позвала она, убрав меч и подойдя ближе. – Вас все ищут! В королевстве думают, что вас съели рыцари-рептилии. Что с вами? Почему вы не на турнире?
Храбророг прижал уши, избегая её взгляда и с горечью покачал головой.
– О… извини, Рыцарь Норка… – пробормотал он, голос его дрожал от сдерживаемых слёз. – Не хотел подводить вас всех. Но я не могу показаться на турнире в таком виде…
– В каком «таком»? – удивилась Норка, не понимая, почему он так опечален.
Олень поднял глаза, печально посмотрев на сломанные рога в своих копытах.
– Мои рога… – простонал он. – Когда Лекарь Лось приветствовал меня, боднув, он так сильно ударил, что мои рога не выдержали. Они отвалились за день до турнира! Теперь я опозорен! В Лесной Республике меня будут высмеивать.
Морская свинка никогда бы не подумала, что всё дело в рогах. Наверное потому что её народ не придаёт такой мелочи значение.
Она улыбнулась, видя его смущение, и, подмигнув, произнесла:
– Всё из-за рогов? Не переживайте, Рыцарь Храбророг. У меня есть одна идея.
***
Рыцарь Норка вернулась к Леди Лапке как раз вовремя – в королевстве начали ходить зловещие слухи. На этот раз все обвиняли Кудесника Кабака, подозревая, что именно он мог скрыть рыцаря, плести свои странные чары или затеять какую-то опасную шалость. Норка попросила Леди Лапку поговорить с ней наедине. Откровенный разговор развеял сомнения Лапки, и вскоре они вдвоём направились в башню волшебника, чей силуэт выделялся тёмным шпилем среди холмов. Возле входа в башню их ждал Рыцарь Храбророг. В башне их встретил сам Кудесник Кабак, слегка раздражённый, ведь Шпион Ушастик недавно выведывал у него, где он был всё это время. Хотя все видели, что он был некоторое время на турнире, но, как объявили перерыв перед выходом последнего рыцаря из Лесной Республики, он отправился на обед, а после понял, что турнир отменили, и ушёл к себе спать. Выслушав всю историю, он не имел права отказать.
Кабак тихим шёпотом произнёс заклинание, и его лапки засияли мягким светом, которым он осторожно коснулся рогов Рыцаря Храбророга. Нежные лучики волшебства обвили сломанные рога, скрепляя их, словно нити света связывали их, возвращая оленю его утраченную гордость.
Когда послы Орешек и Квакша увидели Храбророга живым и здоровым, они недоверчиво переглянулись. Виноватые взгляды метнулись друг к другу, и послы, зардевшись, принесли извинения. Белка-посол Орешек кланялась с изяществом лесных народов, жаба Квакша кивала, прижимая лапки к груди в знак уважения. Однако было решено по просьбе Рыцаря Храбророга отменить турнир, дав ему время оправиться от волнений и подготовки. Турнир назначили на несколько месяцев позже, оставив в тайне, примут ли снова участие те же самые рыцари.
Леди Лапка, оценив решительность и верность Рыцаря Норки, объявила её победителем дипломатии. Белка-посол наградила её ветвью лавра, а посол Квакша, излучая редкую улыбку, поддержала награду громким: «Ква-ква». Рептилии, которых так незаслуженно подозревали, стояли рядом, громко поддерживая победу Норки.
Вечером того же дня Норка в одиночестве пришла в храм Сияющей Лапки. В свете заходящего солнца её доспехи мерцали нежным золотом, и она преклонила колени перед статуей, вознося благодарственную молитву. Лапка, которая всегда вела её, в этот раз тоже не оставила её, направляя на верный путь. Ещё чуть-чуть – и два великих королевства могли бы превратиться в заклятых врагов, а несчастный Кудесник Кабак оказался бы в кандалах, отданный на милость обвинений. Но Сияющая Лапка оберегла её, и Норка с благодарностью вздохнула, ощущая спокойствие, подобное нежному прикосновению звёзд.
========== Нашествие саранчи ==========
Леди Лапка шагала по замку, высоко подняв голову и задумчиво щуря глаза, словно великий философ. Она вновь подумывала о новом законе – ведь её идеи были полны размаха и фантазий, однако, увы, они не всегда находили понимание у подданных.
«А что, если издать указ, чтобы каждый житель Свинарнии носил какой-то особый знак преданности королевству?» – подумала она, останавливаясь у витражного окна.
Опустившись за старинный письменный стол из тёмного дерева, который блестел в свете утреннего солнца, Леди Лапка аккуратно взяла в лапку перо, окунула его в тёмные чернила и замерла, словно медля с великим решением. Вдохновение кружило вокруг неё, как лёгкий ветерок, но, увы, реальность часто разочаровывала. Совсем недавно она издала один из таких законов: «Во всех тавернах действует тариф на дневной сон, который составляет не более половины стоимости стандартного вечернего тарифа». Но никто не воспринял его всерьёз и обитатели Свинарнии продолжали спать в любое время дня и ночи, не взимая друг с друга и половинки монетки. Законы о дневном сне так и остались на бумаге, вызывая у королевы лёгкое раздражение.
Только она собралась написать очередное гениальное постановление, как из дверей тронного зала, хрипя и тяжело дыша, вбежал крестьянин. Вся его шерсть стояла дыбом, а глаза испуганно блестели. Упав перед Леди Лапкой на колени, он потупил взор и, прижимая лапы к груди, молил о милости.
– Так и быть, что случилось, мой подданный? – с лёгким раздражением отложив перо, Леди Лапка уставилась на трясущуюся, лохматую свинку в грязной рубашке и потрёпанных оборках.
– Ваше Свинячество! Леди Лапка! Наши посевы… Наши поля в страшной беде! – пропищал крестьянин, задыхаясь. – Саранча налетела, как чёрная туча, и всё пожирает, что взойдёт! Спасите нас!
Леди Лапка немного помедлила, изящно подёргивая усом. В такие моменты она любила подать себя величественно и немного таинственно, давая подданным почувствовать её королевское могущество. Затем она с лёгкой улыбкой повернулась к крестьянину:
– Что ж, хорошо. Я пошлю к вам Шпиона Ушастика. Пусть разузнает, что у вас там происходит.
***
Шпион Ушастик стоял в своей лаборатории, в полумраке и полном тишины шпионского корпуса, где из-под редких свечей поблёскивали разноцветные стеклянные колбы. Сквозь густой запах трав и смол струился едва заметный аромат таинственного зелья, над которым кролик кропотливо трудился. На этот раз он пытался сварить «сыворотку правды» – зелье, заставляющее любого, кто его выпьет, разоткровенничаться. Но пока, увы, удача не была на его стороне: при прошлой попытке зелье лишь вынудило пирата-выдру затянуть неуместную песню, не принеся Шпиону Ушастику никаких ответов.
Его пушистая лапка осторожно покачивала в круглом стеклянном сосуде синий, сияющий, как вечернее небо, раствор. Ушастик замер, сосредоточенно глядя на жидкость, которая мирно переливалась в колбе, отражая свет свечей холодным серебром. Он медленно поднёс узкий стакан с прозрачной, светящейся жидкостью, словно собираясь добавить последний ингредиент в своё творение.
Вдруг послышались шаги позади и кролик, чутко вздрогнув, поставил колбу на стол. Мгновением позже он развернулся в воздухе, легко как тень, и, выхватив клинок, приготовился защищаться. Однако перед ним оказался всего лишь стражник из тронного зала, пыхтящий и тяжело дышащий от спешки.
– Шпион Ушастик, вы – настоящий мастер своего дела! – восхитился стражник, не скрывая улыбки. – Но поберегите свои навыки, пожалуйста! Леди Лапка велела передать вам поручение.
Шпион Ушастик, медленно убирая клинок, наклонил голову и, в упор глядя на взволнованного стражника, вопросительно поднял бровь.
– И какое же задание на этот раз? – его тихий голос прозвучал с металлической ноткой.
– Вам приказано отправиться в деревню Коготок и выяснить, что там происходит, – с видом великой важности объявил стражник.
Шпион Ушастик бросил взгляд на шкаф, где на полках в строгом порядке стояли бутылочки и склянки со зловещими ярлыками: «Сонный порошок», «Яд лисьего хвоста», «Туманное зелье». Он улыбнулся краешком рта, слегка прищурив глаза, предвкушая новое приключение.
«Что ж, не знаю, что ждёт меня там, в далёкой деревне, но без тщательной подготовки я туда не сунусь», – подумал он, пробежав взглядом по припасам.
***
Шпион Ушастик добрался до деревни Коготок и его сердце сжалось от увиденного. Там, где раньше волновались густые зеленые поля, кормившие весь край, теперь чернела туча ненасытной саранчи, словно тяжёлое грозовое облако, спустившееся к самой земле. Чёрные, блестящие насекомые плотной завесой облепили каждый росток, каждую травинку, поедая поля как алчное, жужжащее море. Земледельцы, измученные и потерявшие надежду, отчаянно поливали посевы чем-то, что наверняка считали спасением, но в ответ саранча лишь злобно взвивалась, нападая на самих крестьян, заставляя их пятиться назад с испуганными криками.