Герштеккер Фридрих – На Диком Западе. Том 2 (страница 105)

Горман взял письмо, которое мексиканец достал из своего сомбреро. На узком конверте не имелось адреса.

Бумага была толстая, плотная. Почерк — женский. Он стал читать при свете спички:

— «Уважаемый господин Горман. Не можете ли вы встретить меня завтра утром у ручья Сладкой Воды? Я постараюсь быть там в десять часов, но могу опоздать. Это свидание для меня крайне важно, и я уверена, что вы не сочтете свое время потерянным. Не можете ли ответить с посланным? Пожалуйста, не говорите никому ничего до тех пор, пока мы не объяснимся. Поэтому я и посылаю Мигуэля, вместо одного из своих ковбоев.

Сэлли Декстер».

При свете нескольких спичек Горман прочел письмо дважды. Сердце его забилось. Сама форма письма была ему приятна. Сэлли назначила ему свидание, тайное свидание, значит, она не ненавидит его. Но не будет ли это изменой другу? Напротив, как друг Джима, который сказал, что не может жить без девушки, Горман должен повидать ее.

— Передай пославшей тебя, что я согласен, — сказал он Мигуэлю.

Глава VIII

Мексиканец бесшумно исчез, поглощенный ночным мраком. Горман прислушивался некоторое время к замиравшему стуку копыт его лошади, потом вернулся к больному. Около полуночи Марсден внезапно проснулся. Рана его открылась и нагноение вышло наружу вместе с кусочками кости, оставшимися в теле. Горман промыл и перевязал рану.

— Ну, ты скоро поправишься, Джим! Примочки «джепи» сделали свое дело. Теперь можно залечивать снаружи.

— Да ты настоящий доктор, Джордж… Уф, какое, облегчение! А то я чувствовал себя, словно раздутый пузырь!

В общих словах Горман рассказал ему о бегстве Лоу, но умолчал о полученной им записке. Мисс Декстер просила его хранить тайну. Однако впервые за время их дружбы Джордж чувствовал себя неловко перед Джимом.

Дождавшись, когда больной уснул, Горман взял одеяла и отправился к подножью холма, где и проспал до рассвета. Утром он взял на себя обязанности управляющего, распорядился насчет дневной работы и сообщил ковбоям приятную новость о здоровье хозяина. Потом навестил Джексона, который все еще пребывал в удрученном состоянии.

— Ребята рассказали мне, что ты постоял за себя, — сказал Горман, и искренность его тона сразу подбодрила молодого ковбоя. — Но впредь будь осторожнее, не схватывайся с противником, который тяжелее тебя. Все же нос ты ему здорово расквасил.

— Я убью его, — проворчал Джексон. — Он первый полез за револьвером. В следующий раз и я буду вооружен, и посмотрим, кто скорее спустит курок!

Горман кивнул головой одобрительно:

— Сделай мне одолжение и не торопись слишком! Мне думается, что Лоу может ответить на несколько интересующих меня вопросов. А как труп он и не красив, и бесполезен. Когда настанет время его захватить — твоя очередь первая, в этом даю тебе слово! — Потом, переменив разговор, он спросил: — А что, много шакалов убили близ фермы за последнее время?

Джексон посмотрел на него с удивлением:

— Шакалов? В этом году ни одного, насколько я помню.

— Гм… Не знаешь ли, кто хранит яд, не Лоу? Джексон начал понимать.

— Нет. Яд для шакалов всегда хранился у хозяина, только за последнее время и у него ничего не было. Я знаю потому, что нам как-то понадобился мышьяк для чистки шкуры, но на ферме не оказалось ни крупинки.

— Я нашел вот это в столе, в конторе, — сказал Горман, показывая Джексону пустую коробку, на дне которой были следы беловатого порошка. На крышке, с названием единственного в Доги аптекарского магазина, была надпись: «Мышьяк. Осторожно. Яд». Магазин обязан вести точный учет покупателей мышьяка, — продолжал Горман, — если Лоу купил яд, то, наверно, сказал, что это для шакалов, и аптекарь, зная, что он управляющий на ферме Марсдена, не имел никаких оснований ему не поверить. Мне бы хотелось узнать, какого числа яд был куплен, и кто расписался в получении. Если Лоу — то что он с ним сделал. В этой коробке достаточно мышьяка, чтобы отравить целое стадо. Я рассчитываю проехать в Доги сегодня вечером. Поедешь со мной?

— Конечно. Только захвачу на этот раз револьвер.

— Правильно. Я тоже не забуду своих кольтов. А пока что пойдем завтракать.

Ковбои встретили их дружескими замечаниями, как будто вчера ничего особенного не случилось. Поев, Джексон повеселел; разговор перешел на драку, и, по замечаниям товарищей, Джексон увидел, что они считают его поведение правильным и что стыдиться своего поражения ему нечего.

Часов около семи утра Горман оседлал одну из лошадей Марсдена, решив сохранить силы своего Негра для поездки в Доги, и направился к ручью Сладкой Воды. Справившись у ковбоев, он узнал, что ручей этот находится милях в двенадцати от фермы Марсдена и милях в четырех от Круга «Д». Очевидно, мисс Декстер считала необходимым соблюсти строгую тайну.

По дороге Горман обдумывал записку девушки и признался, что хотя и не понимает цели свиданья, но, несмотря на свое хладнокровие, волнуется при мысли о новой встрече с ней. В десять часов он уже подъезжал к зарослям камышей, скрывавших ручей. Девушки еще не было, и Горман, плохо зная местность, не решился поехать к ней навстречу. Но в записке было сказано, что она может опоздать. Напоив лошадь, Горман спокойно прождал до одиннадцати. Дольше ждать не имело смысла. Достав записку, он снова прочел ее. Не было ли здесь западни? Казалось невозможным, чтобы такая девушка, как Сэлли Декстер, заставила его приехать сюда из простого дурачества. Для чего понадобилось ей, чтобы он все утро отсутствовал на ферме? Или, быть может, она по-женски захотела ему отомстить за тот случай со шляпой, в их первую встречу?

Нахмурившись, Горман порвал записку и бросил ее по ветру. Потом подобрал поводья и направился к дому. Лошадь, отдохнувшая и поевшая сочной травы у ручья, бежала бодро, и скоро он оказался уже в трех милях от фермы. Внезапно вдали на дороге появился клуб пыли, и Горман различил всадника, несущегося к нему навстречу во весь опор, ведя на поводу свободную лошадь. Это был Джексон, ведущий в поводу Негра.

— Что случилось? — спросил Горман, встревожась.

— Скорей меняйте лошадь. Один из наших видел, как вы поехали в эту сторону, и я поспешил к вам навстречу, едва только услыхал новость.

— Какую новость?

— Почтовая карета подверглась нападению у моста, что находится около Известкового утеса. Один курьер убит, другой ранен. Пассажиры ограблены, и ящик с золотом для Синабарских рудников украден. Разбойники разобрали мост, а из-за поворота кучер ничего не заметил, и лошади мчались во весь опор. Пять бандитов выскочили из кустов и крикнули: «Руки вверх!» Кузнец Ганк только полез за револьвером, как получил в грудь три пули. Убит на месте. Его сосед ранен в ногу. Потом перерезали постромки и удрали с добычей. Карета кое-как вернулась в Доги, и весь город теперь на ногах. Шериф и человек двадцать пустились в погоню, да кого они поймают? Город возбужден, грозятся расправиться судом Линча. Джонс только что вернулся из Доги, говорит, что толпа верхом и в автомобилях собирается разгромить нашу ферму.

— Нашу ферму?

— Бандиты были замаскированы, и клейма на их лошадях — замазаны грязью. Но их предводитель был верхом на черной лошади, держал два револьвера и был одет точь-в-точь как вы. Понимаете? Кучер и пассажиры описали бандита, а услужливые сплетники разнесли по всему городу, что вы предводительствовали бандитами. Лоу, Курчавый, Сим и Кено старались больше других. Толпа легко верит слухам. Вы попали в драку, едва приехали в Доги, вы носите два револьвера. Трактирщик Кено выставил бесплатно угощение, толпа перепилась и требует линчевания. Если только они вас поймают — никакие убеждения не помогут.

— Где находится Известковый утес?

— Миль десять отсюда на юго-восток.

— А я находился миль за двенадцать в противоположной стороне. У ручья Сладкой Воды. Но я не могу доказать этого, Джексон. У меня нет никаких доказательств.

Значит, записка все-таки оказалась западней, средством завлечь его с фермы на несколько часов, в течение которых кто-то замаскировался под него и ограбил почту. Горман знал, кто проделал этот трюк.

— Кому какое дело, можете вы доказать, где вы были, или нет! — воскликнул Джексон. — Они загнали вас в угол, и никакие доказательства теперь не помогут. Толпа перепилась и повесит вас на первом телеграфном столбе. Нужно бежать.

Горман колебался.

— Не сможете же вы справиться с целой толпой, — увещевал Джексон. — А наши ребята задержат их, пока вы не скроетесь. Потом, когда найдут настоящих бандитов, я вас извещу.

— Ты прав, — сказал Горман, — нужно найти настоящих бандитов. Пока они не найдены — за мою голову назначат награду. Но я их найду. Хочешь мне помочь?

Джексон посмотрел на него с удивлением. Горман был совершенно спокоен. Говорил так, словно дело шло о поимке заблудшей коровы. Только губы его сжались и глаза словно потемнели. Он не думал ни о толпе, ни о шерифе, а собирался сам поймать бандитов… Молодой ковбой был восхищен.

— Я готов, — сказал он. — Нужны еще люди? Наши ребята пойдут с удовольствием!

— Нет. Много народу — только испортит дело. Пыль, пальба, шум — а толку мало. Я вижу, что ты захватил с собой еще один револьвер и винчестер с патронами. У тебя мозги хорошо работают, Джексон.