Герман Романов – На пути к победе (страница 10)

— Ладно, поехали. По машинам!

Отдав приказ, Григорий Иванович пошел к бронетранспортеру — БТР-152 наконец начал массово поступать в войска, причем производство будет порядком увеличено. Пять месяцев, с января этого года, после злосчастного «новогоднего боя» линкоров, в Мурманск не приходили конвои, а тут сразу два пришло в подряд. В США не только выполнили заказ на две тысячи укороченных шасси, но и увеличили его вдвое за вынужденный «простой». А еще доставили полторы тысячи укороченных шасси «шевроле» для бронировки БТР-40. Он сам изменил индекс машин на привычный в его реальности. К тому же разницы никакой, если не считать что оба бронетранспортера на самом деле должны появиться через пять лет, но теперь история внесет коррективы. А сейчас нужно поспешать в занятый танкистами Черняховского Миргород — маршал понимал, что немцы приложат все силы для деблокирования окруженной группировки 6-й полевой армии и 4-й танковой группы. Странно, но именно они в реальной истории угодили в Сталинградский «котел», вот только Паулюс фельдмаршалом не стал, погиб прошлым летом — Харьков оказался заклятым местом и для германской армии…

Эти боевые машины не успели на Великую Отечественную войну, на опыте которой и создавались. До них тогда «руки не дошли», как частенько и бывает…

Глава 13

Война оставила на земле ужасающие следы, с которыми, пожалуй, только пресловутое «Батыево нашествие» могло в какой-то мере сравниться. А тут не конница, многотонные танки несколько раз прошлись, и не мелкими группами — полнокровными бригадами, атакуя и контратакуя, сходясь в беспощадные схватки, расстреливая друг дуга так, что черные дымы, перемешанные с клубами густой пыли, заволокли степь… Сражение пошло исключительно маневренное, везде виднелись остовы грузовиков, искореженные бронетранспортеры, обгоревшие «туши» танков, некоторые до сих пор чадили. Жара несусветная, солнце припекало, запах гари и начавшие пованивать трупы отравляли воздух, «сладость» вызывала тошноту. Из сгоревшего Т-34 МК вытаскивали обугленные тела танкистов — маленькие, будто детские — таков огонь, никого не жалеющий своим пламенем. И хотя маршал привык видеть картины смерти, но отводил взгляд от жутких зрелищ — все же нервы не железные, не стоит лишний раз их трепать. Но советских танков было относительно немного, где-то с батальон, танков противника подбито вдвое больше, ведь на дворе сейчас стоит лето сорок третьего года, не сорок первого. А это сразу видно — немецкой бронетехники пожгли немало, чему способствовала скверная бортовая защита «панцеров» — всего тридцать миллиметров на средних танках и штурмовых орудиях, а на «хетцерах» и того меньше — двадцать. Правда, там есть еще пятимиллиметровый «экран», но они легко сшибались попаданиями фугасных снарядов, даже близкими разрывами. И само поле недавнего сражения о многом говорило маршалу, Григорий Иванович «читал» его как увлекательную книгу.

Страсти здесь два дня в подряд кипели нешуточные — подошедшая германская танковая дивизия попыталась прорваться к Миргороду извне, нанеся деблокирующий удар, только на пути ее встала вовремя выдвинувшаяся гвардейская мотострелковая дивизия, принявшая первый и самый сильный удар. У гвардейцев было, судя по обозначенным позициям и вырытым окопам где-то два часа на подготовку обороны, и они успели, благо земля не каменистая, а украинский жирный чернозем. Противотанковой артиллерии теперь хватало — в каждом мотострелковом полку дюжина сорокапяток, по четыре на батальон, и втрое больше противотанковых ружей. Плюс американские базуки — поставив шесть тысяч в прошлом году, американцы на этот раз не стали прекращать ленд-лиз, наоборот, значительно увеличили, а скоро и нормальные гранатометы в войска пойдут — свои будут, хорошо зарекомендовавшие себя в будущем времени РПГ-7. Но и базуки в пехоте уже полюбили, и они в широком ходу — в американских дивизиях инфантерии их шесть сотен по штату, в советских соединениях на порядок меньше — всего два десятка на полк. Мало до обиды, но хоть что-то, чем ничего — базуки в основном в противотанковые бригады идут, в роты «истребителей танков» приданного пехотного батальона.

Но и без базук, сорокапяток и ПТР, в каждой стрелковой дивизии есть, чем немцев встретить — имеется дивизион «гадюк», а тем «наплевать» на лобовую броню всех вражеских средних танков и штурмовых орудий. Да оба артиллерийских полка, гаубичный и легкий пушечный с ЗИС-3, выкатили на прямую наводку. И подошла противотанковая бригада одним дивизионом, и вовремя. При этом комдив, старый его знакомец по боям в Испании в Университетском городке Мадрида, тогда капитан, а сейчас генерал-майор, действовал грамотно и умело — пушки поставили «кустами», целой сетью опорных пунктов, обход которых приводил к тому, что вражеская бронетехника поневоле подставляла борта под убийственный орудийный огонь. Наползающие «четверки» и «тройки» вышибали сразу же, борта бронебойные болванки ЗИС-3 совсем не держали. «Гадюки» встречали исключительно огнем в лоб, к тому имелись подкалиберные снаряды, предназначенные для «тигров». Вышибали не только танки, но и остальной парк бронетехники, очень пестрый — «штурмгещютце», «хетцеры» и похожие на гробики с передней парой колес угловатые бронетранспортеры. «Тележка Харона», среди солдат на их счет ходила такая мрачная шутка. А вот «тигров» с «леопардами» было не видно, как Кулик не вглядывался, но новых танков он так и не заметил. Хотя пару «панцер-ягеров» на шасси Pz-II разглядел — те еще встречались на фронте, но с каждым месяцев становилось все меньше и меньше по вполне понятным причинам. Их производство давно прекратили, в вермахте пошла замена на «хетцеры» которую вызывали жуткую ненависть у советских танкистов — низенькие угловатые машины с 75 мм «пакостью» стали опасным противником, частенько действуя из засад. Этих самоходок становилось все больше и больше с каждым месяцам — дешевую и не менее эффективную замену дорогим «штургещютце» начали выпускать на чешских заводах в больших количествах, вызывая затейливую ругань по адресу «братушек»-чехов. А сам маршал был недоволен больше всех — ведь эта машина появилась на фронте на полтора года раньше. И если ее выпуск доведут до одной тысячи штук в месяц, то потери у РККА в танках резко увеличатся, так как вражеская пехота получит подвижное и хорошо забронированное со лба противотанковое средство, причем массовое, придаваемое дивизиям.

— Ага, а это штурмовики поработали, — Кулик хмыкнул, разглядывая искореженные взрывами легкие 105 мм гаубицы. Теперь борьбу с вражеской артиллерией вела авиация — треть от всех дивизий были штурмовыми, по сотне самолетов в каждой — два полка на ИЛ-2, и один на истребителях «як» — эти предназначались исключительно для сопровождения, других задач им не ставили, только уберечь «горбатых» от «мессеров».

Колонна прошла мимо огневых позиции артполка, отброшенной от города на два десятка километров панцер-дивизии. Немцам крепко досталось — атаковав с фронта окопавшуюся пехоту, они нарвались на сильный фланговый удар мехкорпуса Полубоярова, которого поддержал командарм 2-й ТА генерал-полковник Лизюков, бросивший в обход с противоположного фланга танковую бригаду с мотоциклетным полком.

Понесшая потери в предшествующих боях панцер-дивизия с «несчастливым» 13-м номером, быстро откатилась от Миргорода, местечка, когда-то воспетого одним известным писателем, и сейчас сильно пострадавшего от войны. Немцы сопротивлялись отчаянно, гарнизон практически весь уничтожили мотострелки Черняховского. Затем их выбили фрицы, но подошедший мехкорпус восстановил «статус кво». И вот очередная попытка, противник дошел до предместий, только на этот раз подошел авангард 2-й танковой армии, и «кольцо» сомкнулось, а в нем оказалось что-то около десятка пехотных дивизий, и вроде три танковых, но уже хорошо потрепанных…

Этот танк, первый ОБТ, опоздал на войну, хотя опытные образцы были сделаны в победном 1945 году. А вот средние Т-44, как и тяжелые ИС-3 в боях не участвовали — сотни изготовленных новейших машин, великолепно забронированных, по решению Ставки «придержали» в тылу…

Глава 14

— Как только 1-я и 3-я панцер-группы закончат сосредоточение, я немедленно прикажу наступать на Миргород и пробивать «коридор». Из «котла» им навстречу ударит 4-я танковая группа — в ней осталось около трехсот танков, в каждой из окруженных дивизий примерно по два батальона, кроме 13-й, понесшей значительные потери — генерал-полковник Рейнгардт просто поторопился, нельзя вводить в сражение танковые соединения по частям. Всего у меня полторы тысячи танков, вполне достаточные силы для нанесения решающего удара, вы не находите, Эрих?

«Шнелле-Гейнц» пребывал в состоянии лихорадочного возбуждения, правда, в душе, внешне это никак не проявлялось, за долгие годы службы он хорошо научился, и сдерживать, и скрывать обуревавшие его эмоции. И сейчас отчетливо понимал, что судьба предоставила ему самый замечательный шанс, наступил тот самый «звездный час», которого ждет каждый военачальник, который обессмертит его имя в веках, как случилось со знаменитым Ганнибалом в сражении при Каннах. То, что предстояло сделать, станет намного более значимым, чем все окружения и «котлы», которые ему удавалось провести раньше, а их было немало. Еще в тридцать девятом ему удалось со своим моторизованным корпусом провести операцию на окружение одной польской дивизии в «коридоре», а другую оттеснить на север. Затем последовало наступление, вернее прорыв из Восточной Пруссии до Бреста, уже фактически ничего не решающий, польская армия хотя и сопротивлялась, но уже рассыпалась. А в самом Брест-Литовске он провел парад, показав вступившим в город большевикам силу германских панцерваффе.