Герберт Уэллс – Утопия-модерн. Облик грядущего (страница 121)
Таким образом, мировую сцену подготовили к трехсторонней драме конца ХХ и начала XXI века, где реакция в тысяче форм и организация Современного государства в одной-единственной форме боролись друг с другом ради подчинения или ассимиляции более или менее пассивного человеческого большинства.
Здесь мы ведем рассказ, описывая происходившее в общих чертах. В элементарной истории возможно преподнести читателю только основные строки. Когда мы увеличиваем масштаб наблюдений, широкие деления на карте исчезают, становясь холмами, долинами, зданиями, лесами и дорогами. Ступая на землю, мы уже можем разглядеть камни, гальку, цветы и травинки. Так и это грубое распределение человечества на три смешанных и интенсивно взаимодействующих множества на самом деле квалифицировалось миллиардами индивидуальных сложностей.
В целом содержание человеческих умов тогда было гораздо более замысловатым, чем сейчас. Об этом никогда не следует забывать тому, кто изучает историю. Интеллектуальный прогресс представлял собой непрерывное распутывание и упрощение на пути к расширению возможностей. Эти последние десятилетия Эпохи разочарования все еще оставались, по сравнению с нашим сегодня, временем неопределенности, неточностей, смешанных мотивов, иррациональных сюрпризов и горького позднего осознания. Едва ли в мире нашелся бы хоть один неквалифицированный труженик, который действительно был бы кем-то большим, чем пассивный комок в руках эксплуататоров. Едва ли нашелся бы реакционер, который в какой-то мере не стремился бы к опрятности и эффективности. И, наоборот, едва ли нашелся бы Собрат в организации Современного государства, мужчина или женщина, у которого не обнаружилось бы спазмов острого эгоизма и тщеславия и который не мог бы стать доктринером, нетерпимым и мстительным. Это могло бы произойти, если бы в душе Собрата взыграли сентиментальные и эстетические ценности старого порядка. Среди Собратьев встречались такие, кто не только не любил, но и не реагировал на множество людей, неизлечимо сформированных по образцу вечного недовольства.
Новая художественная литература восьмидесятых и девяностых годов чрезвычайно озабочена универсальной битвой идей и ментальных привычек. И более простые прежние романы, и более утонченные современные повествуют об индивидуальном характере в решающей битве между добром и злом в мире неоспоримых стандартов, но в давних произведениях о социальном конфликте повествование касается дикой путаницы между двумя видами хорошего и двумя видами плохого, а также врожденного характера, искаженного тысячью способов. Это был трудный возраст. В жизни все еще присутствуют двусмысленность и бесконечная ирония, но они ничто по сравнению с тем, то приходилось испытывать человеку в 1970 году.
Глава 8
Вторая конференция в Басре, 1978 год
На Вторую конференцию в Басре съехались многие из тех, кто побывал там в 1965 году. Тем не менее, ассамблея сильно отличалась от предшественницы и по масштабу, и по духу. Оказалось, что это – собрание пожилых людей. По словам Амена Рихани, средний возраст поднял планку на целых десять лет! Молодые люди по-прежнему в изобилии вступали в Братство, но также случались и так называемые приращения, – к сожалению, не всегда полезные. Речь шла о престарелых радикальных и революционно настроенных лидерах военного периода. Жизненный опыт сформировал в них саморазрушительную тягу к безответственному сопротивлению. Психика оставалась деструктивной, критически настроенной и непокорной. К тому же у многих отсутствовал технический опыт, и они склонялись к тому, чтобы придавать школам и пропаганде анархистский оттенок.
Более того, великий план Современного государства утратил к тому времени свою первоначальную убедительную свежесть. У «молодежи за 65» накопилось более десяти лет ответственной административной работы. Реальность в деталях оказалась очень суровой. Многие обобщения Де Виндта пришлось изменить, поэтому грандиозное великолепие проекта слегка потускнело. Ослабели профессиональный дух и доверие другу к другу, а ведь именно с этого начиналось великое приключение Современного государства. Многие из управленческого аппарата женились на женщинах старой социальной традиции и сформировали новую систему удовлетворения и дружбы. Они перестали быть восторженными молодыми людьми и превратились в отпрысков окружающего мира. Последовавшая за этим утрата четкого подхода к основным вопросам проявилась особенно очевидно на первых заседаниях.
Более того, атмосфера собрания 1965 года была наполнена духом Современного государства. Проявляли антагонизм только российские политические представители. Большинство собравшихся являлись членами Братства и горячо приветствовали его цели. Спустя тринадцать лет возрождающийся национализм, возрождающиеся социальные и коммерческие интересы умирающей системы Старого Света остро осознали огромное значение событий в Басре, и туда отправились орды репортеров, искателей приключений, друзей и последователей орденов всех мастей, намного превышающие по численности истинных Собратьев. Оппортунисты заполонили гостиницы Контроля, расположенные вокруг аэродрома, вторглись в принадлежащие Контролю офисы и резиденции. В окрестностях среди финиковых пальм и рисовых полей выросла сеть частных отелей и ресторанов. Загруженность и оживленность оказались беспрецедентными. Кого-то даже пришлось размещать в палатках, плавучих домах и корпусах пассажирских авиалайнеров тридцатилетней давности. Наблюдателям вспомнился туристический период Эпохи всеобщего процветания, когда незваные гости привлекли к сборищу торговцев багдадскими коврами и арабских кочевников.
Вероятно, в Басру потянулось бы гораздо больше людей, если бы Транспортный Контроль вовремя не осознал социальную и гигиеническую опасность слишком большого скопления народа. Он стал отказывать в проезде и ограничивать бронирование. Перестали пускать к месту сбора как одиноких путников, так и целые группы пеших пилигримов.
Самыми агрессивными среди прибывших являлись следственные делегации, направленные разбуженными суверенными правительствами старого порядка. Это были своего рода дипломатические экспертные группы с объявленным намерением бросить вызов деятельности органов Контроля на нескольких территориях. Оппортунисты предложили узаконить и урегулировать Контроль, но у них отсутствовал официальный статус на Конференции. Они пригласили самих себя и уведомили организаторов о своем прибытии.
«Лучше сейчас, чем позже», – объявили представители Современного государства.
Они приняли заявку и предоставили прибывшим жилье.
«Нам следует с ними разобраться», – написал Уильям Капек в адрес Изабель Гарден (Письма Капека – Гарден, серия «Исторические документы», Басра II, 9376).
Помимо «старых правительственных» агентств существовал ряд партий, претендовавших на то, чтобы представлять различные новые бизнес-объединения, которые вступали в открытую конкуренцию с монополиями Контроля. Старые юристы резко контрастировали и были враждебно настроены по отношению к молодым законникам новой американской школы. Капек подробнейшим образом описал различия двух типов: старший – пышность и уловки, а младший – искренность и наука.
Для всех посетителей, которые могли бы претендовать на тот или иной представительский статус, было опубликовано печатное уведомление следующего содержания:
«Эта Конференция является собранием по научным и коммерческим коммуникациям. Обсуждаемые на ней вопросы схожи с теми, что обсуждались здесь же в 1965 году. Обсуждения открыты только для Собратьев факультетов Современного государственного Братства. Дискуссии не являются публичными, доклады предназначены исключительно для Собратьев. Но с нашей стороны было бы неискренним отрицать, что принятые решения могут серьезно повлиять на общее благосостояние человечества, и поскольку вы пришли, чтобы выступить с критикой, высказать претензии и выдвинуть предложения, комитет по организации Конференции сделает все возможное, чтобы провести встречи между вашими группами и затронутыми факультетами. К сожалению, условия для проведения заседаний в Басре будут сильно ограничены потребностями самой Конференции, и комитет мало что может сделать для организации конференций между огромным разнообразием аккредитованных органов; тем более для организации развлечений и удобств в период проведения ассамблеи. Комитет сожалеет, что не рассматривает предложение комитета граждан Багдада, утверждающего, что представляет правительство Ирака, о проведении этой неожиданной Всемирной выставки с участием трехсот арабских полицейских, верблюжьего корпуса из семидесяти девяти человек, вооруженных шестью пулеметами, как нечто практически осуществимое. Он совершенно безболезненно сможет перенести это интересное мероприятие в удобные помещения на острове Ормуз, а Полиция Воздушных и Морских путей будет в одиночку нести ответственность за поддержание порядка в древней провинции Бассора».
Далее следует подробная информация об информационных бюро, госпитальной организации, снабжении и доступном жилье.
Трудно представить, как иначе Центральный Контроль мог бы справиться с этим неожиданно обильным извержением старой системы, но различные делегации заявили, что крайне возмущены таким приемом. Они располагали настолько разными и непохожими ценностными представлениями, что им казалось невозможным быть включенными в какую-либо комбинированную схему действий. Поскольку их теория сводилась к тому, что Контроль и Современное государство – это не более чем своего рода всемирное кооперативное общество, никто из них не мог вести себя как дипломатическая миссия суверенной власти. И, следовательно, они не могли рассматривать друг друга как дипломатические миссии. Полномочия оказались слишком размытыми и неопределенными. Вежливый отказ властей Конференции предоставить посторонним места для встреч и выражения своей позиции, кроме весьма ограниченного права пользоваться телефонной и радиосвязью, чрезвычайно их оскорбил.