Гера Фотич – Фабрика поломанных игрушек (страница 44)

Щербаков очнулся, не дал договорить:

– Конечно, конечно. Да нет, ты не думай, это так, по работе, девочка пропала, понимаешь, ищем…

Наталья после паузы продолжила:

– Ты ведь знаешь, что алименты перестали перечислять – Сашке исполнилось восемнадцать…

Щербаков вспомнил, что забыл посмотреть в бухгалтерский квиток, почему прибавили зарплату, – теперь уже надо. Услышал в голосе бывшей жены тревогу. Облегчённо вздохнул:

– Да, я вам вышлю, конечно, сколько надо?

Голос Натальи стал твёрже, почти чеканила:

– Деньги нам не нужны, твой сын идёт в армию. Ты это понимаешь?

Щербаков опешил – как он забыл об этом, что мальчики в восемнадцать лет идут служить? Стал перебирать в памяти свои знакомства, решил успокоить:

– Я понял, конечно, идти в армию неподходящее время, Чечня, Таджикистан, у меня есть связи в военкомате, вы там же прописаны – в Гатчине? Я заеду к военкому…

Наталья снова прервала бывшего мужа, интонация голоса стала нервозной:

– Да ты не понял… твой сын берёт в институте академку и собирается идти в армию. Я его отговаривала, но он – ни в какую! Хочет служить на границе – как… его отец!

Щербаков ощутил, что голова пошла кругом. Вспомнил Сашку подростком, играющим в футбол на площадке под окном. Как сам сидел у кровати смертельно больного отца. Держал его сухую обессиленную родную ладонь в своей руке. В глазах защипало.

Наталья продолжала, но уже гораздо мягче, точно уговаривала:

– Я хочу, чтобы ты пришёл его проводить. Понимаешь? Ему это очень надо, ведь я не знаю, куда он попадёт, видишь, какое время… – в трубке послышался тихий плач. – Я отговаривала, у него в институте есть кафедра. Но он такой же безголовый, как ты, такой же упёртый…

Вениамин глубоко сглотнул, взял себя в руки:

– Успокойся, милая, не плачь, я обязательно буду. Когда проводы?

Сквозь всхлипывания едва расслышал:

– Сегодня в шестнадцать у военкомата.

В трубке зазвучали гудки.

Вениамин нажал пальцем рычаг телефона, подумал – как сразу всё навалилось. Почувствовал в услышанной новости неведомую, но ощутимую опасность для себя. Показалось, что рушится какая-то привычная жизненная колея. И эта просьба жены, точно неуправляемый трактор, пропахала перед ним землю, создав контрольно-следовую полосу, выровняла удобные углубления, заграждения и теперь предлагает идти вперёд, как по минному полю во весь рост, не выбирать место, чтобы поставить ногу. Необходимо вновь приспосабливаться. Разум противился, желал вернуться к чему-то привычному, найти надёжную опору, защиту, преграду.

Силой воли Щербаков заставил себя снова думать о Марии. Набрал телефон Червонцева.

Виктор Иванович был дома.

– Что новенького? – спросил он.

– Даже не знаю, с чего начать, – Вениамин был в растерянности, – только что сообщили о похищении девочки из интерната в Красногвардейском районе. Якобы повезли в сторону Невского лесопарка. Ещё один маньяк?

Некоторое время в трубке была тишина. Затем раздался голос Червонцева:

– Я так не думаю, может, совпадение. А что Башмаков?

– Послал весь отдел перекрывать подходы.

– Ну, тоже правильно, – согласился Червонцев, – а что по Марии? Не звонила? Ох уж эти детки!

– Ох уж эти детки, – повторил Щербаков, – мне первая жена только что звонила, сына в армию сегодня провожают.

– Сына в армию, это надо обязательно, – тон Червонцева стал укоризненным, – мужчина у тебя вырос без тебя. Исправлять надо положение. Скажи ему что-нибудь настоящее. Мужик Родину идёт защищать!

– Ладно, подумаю, – с досадой отозвался Щербаков, поеду, проверю адрес – куда Мария могла пропасть.

– Удачи! – пожелал Червонцев.

Вениамин подумал: хорошо бы взять напарника, но весь отдел занят, просить у Башмакова разрешения, чтобы кого-то забрать с собой, – бесполезно. Решил действовать самостоятельно. Решил одеть форму – в ней будет безопасней.

Глава 28. Противостояние

Через полчаса машина Щербакова уже была припаркованной в Лисьем Носу. Незаметно стояла в тени растущего у обочины кустарника, так, чтобы из кабины были видны ворота особняка Кастета. Вениамин продолжал раздумывать – что делать? Просто позвонить в ворота и спросить у Кастета, где Мария? Быть может, за радостью от встречи она просто забыла отзвониться и сообщить. Сидит в обнимку с матерью – рассказывает о своих приключениях. А если это засада и он уже убил девочку? Скажет – не знает такую, и уже будет в курсе, что милиция её ищет!..

Периодически Щербаков выходил из машины, прогуливался вдоль забора, искал какую-нибудь зацепку, но ничего не находил, и дабы не пугать редких прохожих своей формой, возвращался в салон.

Полный обход коттеджа тоже никаких идей в голову не принёс. Высоченный кирпичный забор рассеивал все иллюзии на его преодоление…

Начальник охраны Вадим открыл заднюю дверь «мерседеса».

Из дома вышел Кастет и направился к машине, бросил недовольный взгляд на своего подчинённого, поинтересовался:

– Выяснил, что это за мент вокруг дома шарился?

Вадим угодливо улыбнулся, постарался сказать как можно беззаботнее:

– Скорее всего, пожарник или по сигнализации. Наверно, снова хотят что-то предложить, денег попросить – у них скоро профессиональный праздник, в прошлом году тоже просили денег на корпоратив. Сейчас пропал куда-то.

Кастет сел на сиденье:

– Может, оперативники окружают?

Вадим усмехнулся, деланно хохотнул:

– Оперативник в форме подполковника? Это несерьёзно, – он захлопнул дверь и поспешил сесть на водительское сиденье.

Машина выехала из ворот и остановилась, пропуская едущие по проезжей части автомашины.

Кастет тронул Вадима за плечо:

– Адрес во Всеволожске у тебя?

Вадим достал записку из кармана, передавая шефу.

Кастет покрутил головой:

– Она мне не нужна.

Вадим приоткрыл окно и показушно выбросил записку на улицу.

– Мне тоже… я адрес помню, – поднял оконное стекло и включил музыку.

Вениамин подозревал, что уже попал в поле зрения многочисленных камер, и готовился оправдываться в случае задержания и вопросов со стороны охраны.

Конечно, можно было вызвать подкрепление в виде местных оперативников, но что он им скажет? Санкции на обыск нет, оснований для задержания кого-то тоже. Их просто не пустят на территорию. Единственное, что можно было сделать, – это выписать повестку и вручить её Кастету.

Щербаков вернулся к машине и, достав бланк, стал его заполнять. Неожиданно он увидел, как над воротами замигал жёлтый маячок и железные створки начали расходиться.

Появился черный «мерседес» с тонированными окнами, некоторое время постоял, пропуская транспорт, а затем, плавно покачиваясь, выехал на проезжую часть, устремился в сторону Приморского шоссе. За ним пристроился большой чёрный джип охраны.

Щербаков видел, как из окна «мерседеса» вылетела бумажка и упала на гравий. Он подождал, когда скроются машины и сомкнутся ворота. Быстро вылез и подошёл, поднял записку, развернул. Узнал почерк Марии – это был адрес Червонцева.

Надо было срочно принимать меры, но какие? Неужели Кастет поехал к Червонцеву? Ясно одно, что Мария была или остаётся в этом доме – записка оказалась в руках хозяина. Может, он решил отвезти девочку к Червонцеву? С какой это стати – больше заняться нечем? А может, он и есть отец Марии, и теперь едут вместе с ней знакомиться с Виктором Ивановичем, выразить ему свою благодарность? А может, бандит оставил девочку заложником в доме, а сам едет с каким-то предложением?

Голова раскалывалась от догадок. Щербаков решил следовать за кортежем и для начала убедиться – куда они всё-таки едут.

Он завёл машину и тронулся вслед за Кастетом. Легко догнал чёрный джип и пристроился на безопасном расстоянии.

Машины не стали разворачиваться в сторону Питера, а направились к Белоострову.

Щербаков снова заволновался. Он знал только одну дорогу в сторону Всеволожска – из Питера. Тогда, быть может, бандиты просто поехали на пикник или на стрелку с чужой братвой?