Гера Фотич – Фабрика поломанных игрушек (страница 46)

Червонцев не сдержался:

– Берите, берите! Не стесняйтесь, здесь всё ваше.

Галина в детской комнате тут же схватила куклу и стала оправлять на ней платьице, что-то приговаривая, позвала сестру.

Но Мария увидела, что Червонцев освободился, и подошла к нему, повела к дивану, тихо заговорила:

– Виктор Иванович, вы должны нам помочь. Я ведь согласилась на вашу просьбу завлечь маньяка. А теперь ваша очередь!

Червонцев удивился, но сразу пообещал:

– Конечно, Машенька, что в моих силах и не только в моих, – вспомнил, что она где-то провела две ночи, – что-то с родителями случилось?

Маша покрутила головой:

– Нет, с родителями всё в порядке. Вы должны помочь нам с сестрой уехать… в Израиль.

Червонцев в недоумении уставился на девочку, не знал, что сказать.

Мария потянула его, усадила на диван и села рядом:

– Только не расспрашивайте меня ни о чём. Всё так запутанно. Просто помогите, деньги у нас есть! – она достала портфель Галины и открыв показала Червонцеву.

Тот нехотя заглянул внутрь, и его прошиб пот.

Внутри портфеля лежали банковские упаковки долларов и рублей. Столько денег видеть ему не приходилось. Он поднял изумлённый взгляд на Марию:

– Это тебе родители дали?

Мария недовольно поморщилась:

– Будем считать, что родственники, так… не надо меня расспрашивать, Виктор Иванович, просто помогите! Мне сказали в консульстве Израиля, что я могу вернуться, если родителей не найду, а вот Галя?

Червонцев автоматически посмотрел на сестру Марии, заметил в кухне пар. Вспомнил о чайнике, выскочил из гостиной, выключил конфорку и вернулся, забыв о чаепитии.

Решил выполнить просьбу Марии – не расспрашивать:

– Понимаешь, без родителей здесь не обойтись – она же совсем маленькая! Нужна доверенность от них, чтобы в твой заграничный паспорт вписать. С кем она живёт?

Мария погрустнела:

– Ни с кем она не живёт, это круглосуточный интернат с воспитателями.

Червонцев, наоборот, воспрянул духом:

– Так ты же совершеннолетняя – можешь опеку над ней оформить официально. Давай завтра займёмся этим делом. Конечно, лучше бы нашлись родители, тогда вопросов вообще бы не возникло.

Лицо Марии снова нахмурилось:

– У меня же фамилия придумана и отчество другое.

– Ах, да, – кивнул Червонцев, – нужны настоящие документы на общую фамилию, или вы не родные?

Мария с укором посмотрела на него:

– Родные, родные… я же просила!..

Червонцев смутился:

– Ну ладно, больше не буду. Давай рассказывай всё, что хочешь, будем думать вместе…

Глава 30. Заложники

Когда бандитский кортеж проехал Всеволожск, Вениамин понял, что путь их лежит к дому Виктора Ивановича.

Не отвлекаясь от вождения, Щербаков несколько раз попытался дозвониться с радиостанции в управление, но трубки никто не брал. Даже дежурного на месте не оказалось. Так, держась на расстоянии от бандитов, он и доехал до дома Червонцева. Здесь «мерседес» и джип припарковались на обочине. Из седана вышли трое и направились в дом. Четверо парней из джипа остались курить, поглядывали вокруг, рассматривали убогие деревенские дома, шутили. Марии было не видно, возможно, она оставалась в машине.

Щербаков напряжённо думал – что ему делать? Табельное оружие при нём, но что он может сделать против семи крепких натренированных бандитов? Судя по тому, что четверо оставались около машин – вооружённого налёта не ожидалось. Быть может, Кастет приехал поговорить, но, безусловно, дело касалось Марии.

«Графиня» продолжала беседу с Червонцевым, когда неожиданно хлопнула уличная дверь, в прихожей что-то загромыхало, послышались тяжёлые шаги, в гостиную вошли Кастет с Вадимом и верзила-охранник.

В руках Кастета и Вадима красовались блестящие пистолеты.

Увидев мирную картину общения дедушки с внучкой, они убрали оружие.

Кастет остановил свой взгляд на Марии, растянул губы в улыбке:

– Ну, привет, «графиня»! И куда это ты пропала? Даже спасибо не сказала за гостеприимство, – кивнул на Червонцева, – а это кто с тобой – твой новый сутенёр?

Мария, окаменевшая от страха, собралась с силами, еле прошептала:

– Это мой дедушка.

Кастет усмехнулся:

– Какой ещё дедушка, если у тебя родителей никогда не было!

Голос Марии окреп:

– А вот дедушка есть.

Кастет посмотрел на Червонцева:

– Что-то мне твоё лицо знакомо, дедуля. Бизнесом у меня не занимался – кому платил?

Червонцеву лицо Кастета тоже показалось знакомым. Подумал – где-то пересекались, но объясняться не стал:

– Я никому не платил, мне платили.

Кастет усмехнулся своей подтвердившейся догадке, кивнул на Марию:

– Так теперь нельзя, девочки деньги тебе собирают, а ты никому не платишь! И много у тебя таких работниц? – оглядел комнату и, пододвинув себе стул, сел, положил ногу на ногу.

Его подчинённые тоже сели.

– Мои девочки деньги не собирают, – резко ответил Червонцев.

Кастету тон старика не нравился, он начинал злиться:

– Чего базарить? Для начала верни то, что эта шлюха забрала у моих друзей!

Червонцев посмотрел на Марию. Он понял, что деньги в портфеле имеют отношение к бандитам. На всякий случай обнял «графиню», притянул к себе. Решил проверить гостя на причастность к похищению, пожаловался:

– Что эта бедняжка может забрать? Девочку похитили, продали в Израиль, вот только приехала, родителей своих ищет.

Кастет неожиданно рассмеялся, он понял, что девчонка не только его обманула:

– Это она тебе такое рассказала? Ну даёт! Родителей ищет! Да она никогда их и не знала, в детдоме проституцией занималась, а потом попросилась за границу на заработки – вот я и помог… Что… забыла? – он повернулся к Марии.

– Неправда! – закричала она. – Ты меня насильно вывез. Напоил какой-то гадостью и вывез, там продал!

Кастет ухмылялся:

– Да никто тебе насильно в рот спиртное не лил. Забыла, как ты бухала?

Червонцев в недоумении переводил взгляд с Кастета на «графиню» и обратно.

Мария расплакалась, наклонилась, опустила лицо в ладони, через пальцы бормотала: