Георгий Зотов – Сыщики преисподней (страница 50)

Люди из Управления наказаниями сражаются с нарушителями, как гладиаторы, но силы слишком неравны просто потому, что китайцев ОЧЕНЬ много. Невозможно уследить за всеми трупами. Это никогда не произносилось вслух, но все отлично знают: нужна доза героина, водка, сушеная кровь, девочка, «самиздатовская» книжка – надо ехать к китайцам.

С самого раннего утра квартал кишел людьми – народ завтракал в подпольных закусочных, поглощая пряную лапшу. Малинин с трудом нашел место, чтобы припарковать машину у кромки тротуара – оттуда им пришлось идти еще минут двадцать. Достигнув одного из неприметных ресторанов, откуда доносился тошнотворный запах очертевших fish and chips, Калашников принялся нажимать на медный звонок в виде иероглифа. Три коротких, четыре долгих, один короткий – новый пароль этой недели.

Дверь открыли мгновенно.

– Завтракать, господина Калашников? – вежливо осведомился представительный швейцар в шелковой синей ливрее, расшитой летающими драконами.

– Ага, – подтвердил Алексей, перешагивая через порог. – Давай, Ху, сообрази-ка нам что-нибудь быстренько и вкусно, на пару золотых. Мы ужасно торопимся.

Через пятнадцать минут в потайной комнате ресторана приятели наслаждались кисло-острым супом. Из глаз текли слезы, губы щипало, во рту горело – но это было безумно вкусно. Буквально вылизав тарелку, Малинин принялся за уничтожение поджаренной рисовой лапши с креветками.

Промокнув салфеткой рот, Калашников встал.

– Посиди тут чуток, братец. Я к Вонгу загляну – буквально на минуточку.

У кабинета Вонга стоял охранник, сложив руки на толстом животе. По виду явно из недавних членов триады – китайской мафии, убитых в земных разборках. Точно, на шее толстяка виднелась ярко-красная полоска – свежий след от удушения проволокой.

– Сюда нельзя, – просипел толстый. – Господина Вонг отдыхает.

– Нихао[13], – ответил легким поклоном Калашников. – Доложи Вонгу, что Леха пришел и хочет его видеть. И давай не задерживай меня в коридоре, а то он рассердится.

Толстяк исчез за дверью. Выйдя обратно, он сделался намного любезнее.

– Простите, господина, я здесь новенький, – закланялся он, коверкая трудные русские слова. – Пожалуйста, проходите внутрь. Господина Вонг вам очень рад.

Заглянув в комнату, Алексей понял причину занятости китайца. Вонг лежал на животе, еле прикрытый полотенцем, а его спину тонкими паучьими пальцами разминала голая молоденькая китаянка. Владелец подпольного ресторана довольно кряхтел, полуприкрыв глаза. Услышав скрип двери, он повернул голову в сторону входящего.

– О, господин штабс-капитан, какая честь для моего заведения. Присядьте. Что желаете выпить? Не стесняйтесь – мне только что привезли чудесный французский коньяк.

Во рту Калашникова еще стоял вчерашний привкус теплой малининской водки, который, как оказалось, не так-то уж легко перебить даже горячим супом.

– Спасибо, Вонг. Лучше зеленого чаю, если это возможно.

Через минуту с неохотой слезшая с Вонга, но так и не потрудившаяся одеться китаянка водрузила на костяной столик рядом с Калашниковым изящный дымящийся чайник и фарфоровые чашечки. Он поблагодарил, но девушка не ответила.

– Не обращай внимания, – рассмеялся Вонг. – Она новенькая, только позавчера утонула в Гонконге. По-русски еще не говорит, с завтрашнего дня на курсы.

Китаец сел, обернув вокруг жирного тела яркое махровое полотенце.

– Так что привело тебя ко мне? Мне сказали, что ты звонил ночью, хотел со мной поговорить. Извини, был очень занят – встречал товар. Вернулся всего час назад. Устал, решил немножко расслабиться. Может, позвать и тебе массажистку?

Вонг хлопнул в ладоши, но Калашников отрицательно покачал головой.

– Лучше в следующий раз я попрошу сразу двух, тем более что у тебя неплохой вкус, – вежливо улыбнулся он, прихлебывая ароматный чай. – Но сейчас я пришел по важному делу, так что девочки потом. Мне необходимо срочно обсудить один вопрос.

Вонг нахмурился и тяжело вздохнул.

– Так я и знал. Нашего поставщика в Управлении все-таки вычислили? Что ж, придется на какое-то время исключить из меню ресторана кисло-сладкую свинину.

Он потянулся к телефону, но Калашников придержал его руку.

– Нет-нет. Я по другому поводу. Я знаю, что моя просьба прозвучит неожиданно, но… Короче, Вонг, мне нужно знать, через кого в ваш квартал попадает особо важная контрабанда. Самый эксклюзивный товар, который стоит миллионы.

На лице Вонга отразилось недоумение, тут же сменившееся безудержным весельем.

– Неужели? – захохотал Вонг. – И только-то? Леша, ты что – коноплей обкурился с утра пораньше? Да? Послушай, где ты берешь столь классную траву – я тоже такую хочу! Ты приходишь ко мне и с ходу говоришь, чтобы я тебе за здорово живешь сдал свои главные каналы, оставшись у разбитого корыта? Да что с тобой?

– Я тебе сейчас объясню, что со мной, – голос Калашникова из любезного сделался ледяным, и Вонг сразу прекратил смеяться. – Ты, конечно, в курсе, что последнюю неделю происходит в городе? Газеты читаешь, телевизор смотришь – думаю, сообразить можешь. Ангел Смерти за неделю грохнул уже шесть человек, двое пропали без вести. Так вот, я тебя порадую – вещество, которым он убивает людей, кто-то доставляет с Земли. И не исключено, что это делается через ваши контрабандные каналы. Хочешь, чтобы я с ребятами разгромил тут весь квартал? Мамой клянусь, Вонг, я это сделаю.

– Ужас какой… – побледнел китаец. – Неужели эту дрянь делают не здесь? Газетчики опубликовали утечку данных из Учреждения. Говорят, что вещество – специфическая разновидность святой воды. Но разве святая вода может проникнуть в Ад?

– Это не совсем святая вода, – Калашников налил себе вторую чашку. – Но в любом случае она не местного производства. В основе ее компонента – натуральная крысиная кровь. Вещество готовят и смешивают где-то на Земле, а потом уже везут сюда. Фокус вот в чем: из-за наличия крысиной крови святая вода становится оскверненной, плюс что-то блокирует в ней молекулы серебра – скорее всего, туда добавляют азот, который растворяет металл, делая его «мертвым». Из-за этого вещество не засекают датчики на Адских Вратах. Короче, сия жидкость, как просветил меня вчера один сведущий химик, фактически является сильно облегченной версией святой воды – именно поэтому Ад от нее и не рушится, как ему положено. Но чтобы превратить в прах грешную душу – этого вполне достаточно. Хватит и капли, чтобы прекратить существование любого из нас.

Вонг помертвел настолько, насколько это может позволить себе уже мертвый человек. Не отрывая глаз от Алексея, он потянулся за спасительной пачкой сигарет. Иногда хорошо быть трупом – можно курить сколько хочешь, не опасаясь рака легких.

– Тот парень, что задумал такую штуку, – мудрец почище старика Конфуция, – произнес он, колечками выпустив изо рта дым. – Настоящий маньяк. Ну что ж, мне лично все ясно. У него определенно имеются свои люди и на городской таможне, и в транзитном зале. Как он их завербовал – не знаю. Но кто-то из высоких чинов там работает на него.

– Ангелов среди нас нет, – согласился Калашников. – Но неужели найдется тот, кто рискнет связываться с таким типом, даже за хорошие бабки? Я бы лично не рискнул. Потому что, может, этот чувак и Конфуций, но с головой у него точно не в порядке.

– Ты что, вчера умер? – изумился в ответ Вонг. – Например, на Земле через любую таможню можно провезти даже атомную бомбу – были бы деньги. А здесь работают точно такие же люди – разве что мертвые. Говорю тебе точно, факт, что связи на таможне этот Конфуций нашел. Никаких обходных путей в город у него нет. Он шлет с Земли «осликов», груженных товаром. Нужный человек опознает их по специальным меткам в транзитном зале и отправляет на таможню «черным» коридором – без регистрации. Души курьеров учитывает только автоматический счетчик на Адских Вратах. Говорят, за ОЧЕНЬ большие деньги из транзитного зала можно даже в Рай попасть нелегально, минуя Главный Суд, но я не проверял. Другой человек, уже на таможне, помогает «осликам» миновать обязательный личный досмотр – он забирает у них товар и передает убийце. Просто, как три копейки, Леша. И ты не догадывался об этом? Возьми-ка меня в свою контору консультантом. Я тебе всех преступников за пять минут переловлю.

Вонг расхохотался, раскрыв рот, полный золотых зубов.

– Ты знаешь, кто конкретно берет взятки на таможне? – сухо сказал Калашников.

– Скорее так – я не знаю тех, кто не берет, – парировал китаец. – Это же таможня Ада, я правильно понимаю? Так что найти ТОГО САМОГО тебе будет безумно сложно… Ну, скажем, шесть человек сидят на самых важных сменах, их задача – отслеживать контрабанду в ночное время. Есенин, Антропов, Лебедев, Лумумба, Луи де Фюнес и какой-то неизвестный мне тип из Бирмы. Фюнес в последнее время в отпуске за свой счет – у него какие-то проблемы с лицом. Так ты что – арестуешь всех сразу?

– Не думаю, – поднялся с кресла Калашников. – Дела тут простые, Вонг. Известно время, когда совершены убийства: наверняка киллер выполняет заказ на следующий день после получения вещества, которое ему передают раз за разом мелкими дозами. Стоит выяснить, кто дежурил в ночь, после которой происходило новое убийство. Круг подозреваемых заметно сузится – и вот тогда можно спокойно вычислять личность этого парня. Хорошо бы успеть взять его сейчас, вот-вот начнется новая серия убийств.