Георгий Юрский – Выстрел по видимой цели (страница 32)

— «Значит, нам туда дорога, значит, нам туда дорога…»[9], — напел Никита песню «Агаты Кристи».

— Ты же вроде только классику слушаешь? — удивилась Зоя.

— Часто приходится ездить с людьми с плохим музыкальным вкусом. Шучу, — он поднял руки, завидев возмущенную реакцию девушки. — Рванем прямо сейчас?

Зоя поджала губы, но кивнула. Мошкович, в свою очередь, самоустранился от поездки в Москву.

— Я тут, на хозяйстве побуду.

Очередной путь Зои и Никиты в Москву прошел без приключений. Хоть и ехали они на «Субару», молодой человек включил почему-то «Наше радио». К концу рабочего дня напарники были у одного из руководителей службы безопасности «Лукойла». Он был более чем любезен и к их приезду уже нашел заезжающий на заправку «Фольксваген Пассат». Его водителем оказался мужчина среднего роста. Он вышел из автомобиля, заправил полный бак, расплатился наличными и купил кофе с хот-догом по акции. Все это время он был в очках и кепке, а судя по длинным волосам, выбивающимся из-под головного убора, еще и в парике. Взгляд при этом был опущен, видимо, чтобы не попадаться в камеры.

— Спасибо огромное. Флешку можем забрать? Надо проанализировать изображение. Может, приметы какие-то обнаружатся. Сутулость там, хромота. Дадите? — спросила Зоя безопасника.

— Ну конечно. Мы же помогаем правоохранителям. — Он был явно из бывших силовиков.

— Слушайте, а можно еще с одной просьбой, — вдруг выпалила девушка. — Тот же день на Ярославском шоссе посмотрим заправочку? Есть точное время.

Никита удивленно смотрел на напарницу. Он вспомнил, что в Ярославль ездил Станислав Тихоновецкий и заправлялся на «Лукойле». Зоя назвала точное время транзакции по карте Тихоновецкого, и безопасник вывел на экран картинку сначала с самой бензоколонки. Там стояла машина Станислава. Затем безопасник переключил на камеру, висящую прямо над кассой заправки.

В момент транзакции, прошедшей по банку, у кассы стояла взрослая женщина, платившая наличными, и молодой человек невысокого роста с курносым носом.

— Ты нашего Станислава видишь? «И я не вижу. А он там есть», — под удивленный взгляд сотрудника «Лукойла» пошутил Никита цитатой из фильма.

— Похоже, нам в Ярославль ехать. Алиби у господина Тихоновецкого пропало. Посмотрите нам, пожалуйста, еще одну заправку, — Зоя повернулась к безопаснику. — Вдруг тут сбой какой-то.

Специалист по безопасности включил камеру с другой заправки. Машина Тихоновецкого там тоже была. Но на кассе опять присутствовал курносый парень. При этом он заказал кофе и в какой-то момент поднял глаза на камеру, высматривая сигареты. Зоя и Никита переглянулись и с чувством азарта перемигнулись.

— Можете эту фотографию распечатать? — попросил полицейский.

— Легко!

Через минуту вручил пару листов бумаги с фотографией курносого.

Зоя и Никита от души поблагодарили лукойловца, в конец запутавшегося, и вышли из офиса.

— Как ты догадалась спросить? — с восторгом спросил Никита напарницу.

— Смотрю, как камера хорошо стоит, думаю, можно алиби проверить. Потом раз и вспомнила, что транзакции с карты Тихоновецкого на «Лукойле» были.

В этот момент у Зои зазвонил телефон.

— Да, я. Ой, здорово! Давайте. Можем прямо сейчас. Ага, пишу адрес. Так мы знаем это место!

Закончив разговор, она повернулась к Никите.

— Друг Муратова позвонил. Радько Семен Борисович. В тот самый ресторан зовет. Съездим?

— Конечно. Война войной, а обед по расписанию. Есть охота.

Они прыгнули в машину, где наперебой выдвигали версии поездки курносого с картой Станислава Тихоновецкого. Очевидно, что он таким образом обеспечивал себе алиби.

Через полчаса они уже были в ресторане. Девушка-администратор была той же самой восточной красоткой. В этот раз платье дополняли туфли-лодочки. «Ноги, видимо, перестали болеть», — тут же отметила Зоя. Семен Борисович уже сидел за столиком. Он и вправду был сильно выше среднего роста.

— Здравствуйте, Зоя. Аркадий Петрович много о Вас рассказывал, — Семен Борисович умел настроить собеседника на позитив.

«Что он мог сказать обо мне?» — усмехнулась про себя Зоя, но мило улыбнулась в ответ.

С Никитой Семен Борисович просто обменялись крепким рукопожатиям. Все расселись и быстро заказали еду.

— Что-то прояснилось по Денису? — спросил Семен Борисович, как только официант отошел.

«Чекистские замашки — информацию выдаивать», — подумал Никита. Ему захотелось сказать: «Вообще-то мы должны вопросы задавать», — но в итоге он предпочел помолчать. Зоя тем временем тактично ушла от вопроса:

— Новостей мало. Вероятный убийца сам погиб. Будет что-то подробное, расскажем. Можете последний вечер с ним вспомнить?

— Крайний раз мы здесь виделись. — Зоя удивилась суеверию такого большого во всех смыслах человека. — Он у меня кандидатов к себе на работу выискивал. Рекомендации спрашивал.

— А на какую позицию? — машинально спросила Зоя, хотя уже знала ответ.

— Начальник службы безопасности. У него там какой-то айтишник мутный на хозяйстве. Стасик какой-то. Проворовался крепко. Майнинговую ферму открыл под видом серверов для видеонаблюдения. Причем, как Денис рассказывал, тварёнок хитрый. Сначала каких-то майнеров разоблачил, а потом сам целую ферму организовал. Денис хотел его посадить за злоупотребление должностным положением, ну и нашего кадра на замену взять, — от Семена Борисовича не укрылись взгляды, которыми обменялись Никита с Зоей. — Он у вас подозреваемый?

— В некотором смысле да, — выдала тайны следствия Зоя. — Но еще рано пока что-то определенное говорить.

— Я могу чем-то помочь? Денис моим лучшим другом был.

— Да все ресурсы у нас есть. Но, если что, обратимся, — Зоя поблагодарила Семена Борисовича за участие. Сильно откровенничать с ним не хотелось.

— А знаете, можете помочь, — вмешался Никита. — У вас же в Ярославле люди есть?

— Конечно, есть. А что надо сделать?

— Сходить в городскую больницу и убедиться, что там был вот этот человек. По легенде, там этот Стасик и был. Но, похоже, вместо себя пассажира послал, — с этими словами Никита дал Радько одну из фотографий курносого водителя.

— С раннего утра займусь, — пообещал Семен Борисович.

Закончив ужин, они распрощались и поехали к Зое. Все разговоры были только о Станиславе Тихоновецком и его роли в обоих убийствах.

— Мотив теперь четкий вырисовывается. Не хотел в тюрьму за свои проделки садиться. Убил шефа — концы в воду, — высказался Никита.

— Да… мотив и в первом, и во втором убийстве есть. Как бы доказать это все? А чего ты, кстати, в Ярославль ехать не захотел? — спросила Зоя.

— Ну и так понятно, что его там не было. Нам лучше курносого найти. Чтобы показания дал.

— Показания только алиби Станислава исключат. — Зоя брезгливо поморщилась. — Привязать его к убийству Ковтуна пока нечем. Надо что-то железобетонное.

Они еще немного поговорили о делах, но постепенно молодость и потребность в жизненных впечатлениях взяла верх над профессиональной погруженностью в дело, и они отправились в спальню. Будучи в своей квартире, Зоя с удвоенной энергией ринулась в омут сексуальных игр.

Глава 22

С утра они собрались в комнате для совещаний в кабинете на Лубянке. На экране уже были смоленские полицейские. Зоя и Никита доложили о своих находках, заслужив комплименты за скорое изобличение подозреваемого. Заканчивая, Зоя повторилась:

— В общем, у нас есть все. Мотив по первому преступлению присутствует, Станислав Александрович Тихоновецкий хотел избежать уголовного дела. Раз Муратов ему искал замену, видимо, Тихоновецкий догадался, что его проделки раскрыты. Мотив второго убийства — заметал следы. Также у него была возможность второго убийства, алиби на 99 % не подтвердится. Вместо себя в Ярославль он к маме послал какого-то парня. Конечно, на профессионального киллера Тихоновецкий не тянет, но вынужден был своими руками исполнить свидетеля, когда дело жареным запахло.

Зоя на секунду перевела дыхание. Все слушали ее, не перебивая. Она сделала глоток воды и продолжила:

— Очевидно, что он толковый программист, значит, мог взломать компьютер сына Ковтуна. И через него сделал заказ первого убийства, шантажируя того замороженным криптокошельком. Также пытался навести на ложный след, положив предсмертную записку в куртку Муратова. Возможность раздобыть чистый лист с оригинальной подписью была. А еще он мог подкинуть стекло в сапог Муратову.

— А это зачем, напомните, — спросил Аркадий Петрович.

— Чтобы Муратов с раненной ногой гарантированно остался на ближайшем номере во время охоты, — вмешался Никита.

— Талантливо придумано, — пробормотал эфэсбэшник.

— Но есть проблема: нам никак это все не доказать, — подытожила факты Зоя.

— Может, смоленский дедушка Тихоновецкого опознает? — предположил Мошкович.

— Что-то я сомневаюсь. Кепка, очки и парик, да еще и сквозь стекло машины… Вряд ли получится опознать, — засомневался Никита. — То же самое продавец сим-карт описывает.

— Зоя, а вот еще сим-карты, ты сказала, остались, — уточнил Аркадий Петрович.

— Мы проверили, в других локациях работают. Похоже, что не Тихоновецкий их купил. А ту, с которой он ездил, похоже, выкинул. Со дня убийства в сеть не выходит.

— Может, попрессовать Станислава этого на допросе? Айтишник все-таки, не зэк матерый, — предложил Головин.

— Не думаю, что расколется. Не выглядит слабонервным, — продолжил сомневаться Никита.