Георгий Лопатин – Защитник Руси (страница 22)
Но имелся и еще один претендент на власть – младший сын хана Отяка и рязанской княжны Вышелюбы Глебовны Джелалетдин Алтынбек.
Собрав армию из родов своих сторонников, Алтынебек двинулся навстречу Ильясу, подходившему к Булгарии.
Битва получилась тяжелой, ни одна из сторон не имела серьезного преимущества, а потому по сути закончилась ничьей. Стороны разошлись, чтобы восстановить силы да привлечь дополнительных союзников…
Тем временем третья группа знати, коим не уперились ни Алтынбек с его жадными сторонниками, ни тем более Ильяс, что вынужден будет продолжать политику своего дяди, и, чего уж там говорить, была связана с русами, распространила слух о поражении и гибели Ильяса и смертельном ранении Алтынбека.
2
– Как там Гази-Барадж в Москве поживает? Не скис еще? – спросил Юрий Всеволодович у главы ЦРУ, как только стало ясно, что ситуация в Булгарии дошла до нужной кондиции и вот-вот сорвется в гражданскую войну.
В этом процессе имело смысл поучаствовать и получить свои дивиденды, хотя бы по плану минимум. Что до плана максимум, то… царь Руси, когда думал о нем, стучал по дереву и плевал через левое плечо.
– Да нет, хорошо поживает… Принимает активное участие в обустройстве города, опыт у него по этой части есть, был ведь главой Учеля. Воеводой даже стал. Гоняет местных татей… Совмещает, так сказать, приятное с полезным, очень уж до охоты жаден, а что может быть лучше охоты на людей?!
Юрий обязал удельных князей вести планомерную охоту на разбойников, сдавая пойманных в отделения КГБ. Их там прессовали и вербовали, после чего отпускали на волю, чтобы они вступали в другие банды и сдавали их, служа наводчиками. Или же провоцировали на занятие разбоем, собирая свои ватажки.
Подло? Может быть. Но лучше сразу локализовать потенциально криминогенный контингент и отправить его уголек рубить, чем потом они вступят в реальные ОПГ, начав грабить и убивать. Никого ведь насильно в тати не тянули…
В целом криминогенная обстановка сильно улучшилась.
– Это хорошо, что он не скис. Привезите его в Киев, поговорить надо.
Глеб Борисович понятливо кивнул.
– Как тебе на Москве, Гази, нравится? – спросил Юрий Всеволодович, когда высокопоставленного пленника доставили в Киев.
– Какая разница, нравится мне или нет? Если я здесь, перед тобой, то, значит, ты что-то хочешь мне предложить.
– Ты прав, у меня есть для тебя заманчивое предложение, хотя будь я на твоем месте, то не факт, что согласился бы.
– Хм-м… и что же это за предложение?
– Умер Булгарский хан Мир-Гази, ну а ты, как представитель древнего ханского рода, мог бы претендовать на власть в государстве. Как тот же Алтынбек.
– Просто так взять и поехать в Булгарию, чтобы предъявить свои права на трон, не имея какой-то силы под своей рукой, просто глупо, – вполне логично заметил Гази после короткой паузы, показав, что не имеет ничего против попытки посадить его на трон. – А если ты решишь дать мне воинов, то против меня ополчатся вообще все, и идея обречена на провал.
– Свои войска я тебе по этой причине давать и не собирался. Но уверен, что о тебе вскоре вспомнят и призовут.
– С чего бы это? У Чельбира был сын, Ильяс, и я не слышал, чтобы с ним что-то случилось. Он законный наследник…
– Ильяс сейчас в Европе немок охаживает, под их вопли «Дас ист фантастишь!» – усмехнулся Юрий Всеволодович. – Пока он узнает о смерти отца, пока вернется… притом не факт, что Субэдэй его отпустит, хотя, скорее всего, отпустит… но в любом случае к власти сейчас рвется Алтынбек, а он очень многим не нравится, как, собственно, и Ильяс, собственно, ты это, может, даже получше меня знаешь. Так что все они с удовольствием воспользуются третьим вариантом…
Булгария, как и многие другие страны того времени, шла по пути феодальной раздробленности. Увы, такова была общемировая тенденция, а редкие исключения лишь подтверждали правило.
Крупные феодалы-казанчии жаждали получить больше личной власти, против чего, естественно, выступали как наследник Чельбира Ильяс, так и Алтынбек. И у того, и у другого было достаточно сил и сторонников (естественно, не из патриотизма, а лишь в обмен на получение каких-то дополнительных плюшек), опираясь на которых могли сохранить статус-кво.
Так что Гази-Барадж для тех, кто желал получить от жизни большее или хотя бы не потерять уже имеющееся, был идеальным вариантом. А таких более чем хватало.
– То есть я стану в их руках послушно кивающей куклой, сидящей на троне…
– Тут все от тебя зависит. Первое время, конечно, придется играть по их правилам, но если не станешь хлопать ушами и проявишь определенную ловкость и политическую мудрость, то постепенно перехватишь нити управления. Особенно легко это тебе будет сделать в условиях внешнего вторжения.
– Твоего?
– Хм-м… можно и моего, если договоримся, – кивнул царь Юрий. – Но не хотелось бы. Будут и без меня внешние враги.
– Кто? – удивился Гази.
– Монголы.
– Так Булгария выступает в союзе с ними… зачем им атаковать?
– А я хочу, чтобы Булгария стала союзником Руси. Для чего ты мне, собственно, и нужен, и на этих условиях я тебя отпущу. Вот и появится повод у монголов напасть, а у тебя появится возможность стать подлинным ханом булгар.
Гази понятливо кивнул.
– Это будет нелегко, даже если мне удастся взять власть и укрепить ее. Русь всегда была врагом Булгарии, в то время как монголы видятся для булгар не просто союзниками, но они дают возможность хорошо поживиться. Меня не поймут, если я стану настаивать на разрыве с ним отношений и установлении союза с Русью.
– А то, что монголы уже один раз хорошенько огребли от меня, и булгары вместе с ними, уже забылось? Нет опасения, что как огребли один раз, так и огребут во второй?
– Монголы в следующий раз придут с порохом и приведут с собой в разы больше воинов, это понимают все. Так что лучше встать на сторону сильного, и таковыми будут считать монголов.
– Тем не менее ситуация складывается так, что или ты становишься царем, и Булгария под твоей рукой становится союзной Руси и мы вместе сражаемся против монгол, или же она подвергается полному уничтожению, и неважно, в составе ли монгольской орды или до их повторного прихода.
– Я понял тебя, царь…
3
Магистрат Биляра, контролировавшийся противниками Ильяса и Алтынбека, закономерно решил пригласить на трон Гази-Бараджа, и на Русь спешно отбыло посольство. Юрий Всеволодович, естественно, об этом знал, даже более того – готовился, так что заминки не возникло, и почетный пленник без всяких проволочек отправился в Булгарию, где его признали ханом.
Вторая битва между Алтынбеком и Ильясом также не выявила победителей, но тут они узнали о короновании Гази-Бараджа и, заключив перемирие, оба рванули в Булгарию.
В итоге Булгария разделилась на три части. В западной части с центром в Ошеле сел Гази-Барадж. В восточной части с центром в Джукетау сел Ильяс. В южной части с центром в Суваре сел Алтынбек.
Началась гражданская война.
– Ну наконец-то, – удовлетворенно хмыкнул царь Юрий, когда начала поступать первая информация о столкновениях между тремя претендентами на трон.
По всем прикидкам, эта бодяга должна была продлиться весьма долго, если, конечно, не вмешается сторонняя сила, либо Русь, либо монголы. Но Юрий вмешиваться в гражданскую войну, по крайней мере явно, не собирался. Что касается монголов, то они пока далеко, и им не до Булгарии.
Почему ожидался долгий срок выяснения отношений?
Тут все просто. Все самые боеспособные воины сейчас находились в Европе. В Булгарии остались лишь либо совсем юнцы, либо старики, либо раненые…
Возвращение из Европы булгарских воинов, большей частью раненых, но с богатыми трофеями и караванами рабов, что делало их весьма состоятельными людьми (особенно на фоне учиненного разграбления государства несколько лет назад русами, от которого до сих пор до конца не оправились) и завидными женихами, даже если они уже были женаты, но благо религия позволяет иметь несколько жен, всколыхнуло Булгарию. Особенно возбудили всех рассказы вернувшихся о том, что потери вообще-то крайне незначительны…
Стоит ли говорить, что все страстно возжелали прибарахлиться и обзавестись собственными рабами, а особенно рабынями? И если раньше необходимость послать войско под руку монголов воспринималась как тяжкая обязанность, особенно огорчили огромные потери от русов, то сейчас от желающих уйти в поход на запад не было отбоя. Все, кто имел коня и копье, сбивались в отряды и шли на закат. К ним по пути присоединялись прочие охочие до трофеев: половцы, мордва, буртасы, башкиры… А где-то на полпути русы снабжали всех нуждающихся странными деревянными, но очень крепкими доспехами.
Так что армия монголов после всех сражений с рыцарями и штурмов городов, что бывали очень кровавыми именно из-за условий уличных сражений, где степняки откровенно не блистали, не только не сокращалась, но и увеличивалась в размерах. Правда, основной ударный кулак держался в районе восьмидесяти тысяч человек, больше было просто трудно контролировать и прокормить, да и не требовалось больше.
Остальные отряды, не вошедшуие в основную орду, контролировали и зачищали ранее захваченные территории, ту же вдоль и поперек пройденную Венгрию, что первой попала под удар и от которой уже мало что осталось. Ведь все новые отряды проходили через нее, и как постоянный поток вымывает из почвы минералы, так и отряды степняков «вымывали» все хоть сколько-нибудь ценное, что еще оставалось.