Георгий Лопатин – Защитник Руси (страница 24)
Что-то подобное творилось и во Франции, не говоря уже о Чехии, западной Польше, и даже в практически обезлюдевшей Венгрии, что развалилась-таки на несколько частей: Славонию, Хорватию, Боснию, Албанию и собственно Венгрию. Словакия же уже давно была под протекторатом Руси. И между этими образованными королевствами и герцогствами шла ожесточенная грызня по уточнению границ, как внешних, так и внутренних…
В общем, Европа снова заполыхала, и быстро погасить огонь при всем желании было невозможно. Но Григорий Девятый старался, пытаясь не просто замирить монархов, но и сбить из них коалицию, чтобы направить их агрессию на восток – на Русь, делая ее главным врагом и виновником вторжения монголов на Европу. Особенно в этом усердствовал легат Альбрехт.
Все эти попытки, конечно же, фиксировались разведкой Руси. Впрочем, и без этого было понятно, что европейцы попытаются уничтожить образовавшееся государство, и царь Юрий к этому активно готовился.
Большое количество дармовых работников, что пригнали из Венгрии, позволило ему развернуться во всю ширь в плане развития металлургической промышленности. Десятки тысяч венгров круглый год вкалывали на добыче железной руды и угля, а также на производстве кирпича для домен и всех прочих сопутствующих производствах.
Металла стало получаться так много, что наконец удалось удовлетворить спрос, при этом сбив цену на изделия в несколько раз. Что было необходимо, так как население Руси за счет беженцев, а также выкупленных у монголов пленников, помимо той десятой части, увеличилось на более чем триста тысяч человек, это без учета поляков, оставшихся в восточной Польше.
Много это или мало? Вопрос сложный, но начался настоящий строительный бум. Села и городки росли как грибы после дождя, началось освоение южных степей в районах между рек Прут и Днепр.
Союзных половцев, над которыми предводительствовал хан Котян, оттеснили восточнее Северского Донца, а на территорию между этой рекой и Днепром поселили Черных клобуков.
Большое количество получаемого чугуна позволило провести широкомасштабные эксперименты и отладить технологию по ускорению и удешевлению получения железа и стали методом дутья, то есть выжигания из жидкого чугуна лишнего углерода воздухом. Хотя по-настоящему высококачественную оружейную сталь по-прежнему получали методом тигельной плавки.
Но больше всего Юрия Всеволодовича занимало чугунное литье. Если всякую мелочь типа отливки казанов, сковородок и прочего гражданского ширпотреба, а также строительных элементов освоили довольно быстро, так как там, прямо скажем, не требовалось особого мастерства и качества, то вот с военной продукцией, да еще крупногабаритного литья, имелись определенные сложности.
Да, царь всея Руси хотел получить чугунные пушки, вундервафлю по нынешним временам. Ракеты – это, конечно, хорошо, даже прекрасно, но господи боже мой, как неэффективно!
Чего только с чугуном не делали! Сутками томили его в расплавленном состоянии в специальных печах, чтобы произошло расслоение, а потом каждый слой исследовали. Добавляли в шихту размолотый камень разного цвета, ведь цвет определяет содержащиеся в камне химические элементы, типа марганца, кобальта и прочего, что в теории должно было изменить качество чугуна, а вот к лучшему или худшему – это большой вопрос, на который и требовалось найти ответ, добавляли чистые металлы, ту же медь со свинцом, и много чего еще, на что только хватало фантазии… После чего делали отливки и испытывали.
В общем, дело пусть медленно, но двигалось. В целом пушки начали получаться довольно быстро, но качество пока плавало, что называется, раз на раз не приходится. Одна партия получалась вполне удачной и выдерживала тройную навеску пороха, а другая партия при соблюдении технологических условий лопалась при стандартном заряде. Все из-за полостей, возникавших внутри металла.
2
– Папа римский издал буллу о Крестовом походе на восточных схизматиков, государь, – в конце тысяча двести двадцать восьмого года доложил новый глава ЦРУ Олег Глебович, сын прежнего главы внешней разведки, ушедшего на покой по состоянию здоровья, все же старость – не радость.
Родственность в данном случае не есть хорошо, но… дело сие новое, а потому ничего удивительного, что отец натаскал именно одного из своих сыновей, что явно имел предрасположенность к занятию тайными делами, да так, что заменить его просто из принципа – значит просто развалить ЦРУ. Главное, чтобы эта преемственность не закрепилась на постоянной основе.
При этой мысли Юрий только мысленно хмыкнул, вспомнив сентенцию о том, что нет ничего более постоянного, чем временное.
Впрочем, Олег Глебович действительно стоил своей должности. Физически он не отличался мощью, скорее даже проявлялась хилость, а значит, воином ему было стать не суждено, разве что до первого сражения, но вот что касается разумности и хитрости, то тут ему не было равных, что неудивительно, если не можешь победить в мире физической силы, то развивай мозги.
– В ней сказано, что всякий владетель, коий посмеет уклониться от похода, будет немедленно отлучен от Церкви.
– Неприятно, но не смертельно. Сколько их отлучали от церкви…
– В данном случает как раз может оказаться очень даже смертельно, государь.
– То есть?
– Настойчиво циркулирует слух, а значит, его целенаправленно поддерживают, что папа римский не только одобрит захват земель отлученного от церкви владетеля кем-нибудь, кто имеет хоть какие-то права на эти земли, а таких выстроится целая очередь, но и поддержит вооружением, а точнее, порохом. Так что все очень серьезно…
С порохом, а точнее, с воспроизводством селитры в Италии обстояло лучше всего, почти вечное лето, холода не останавливали процесс гниения. С ней разве что Испания могла конкурировать и в какой-то мере Франция, по крайней мере, южная часть.
– Круто он закрутил, – невесело усмехнулся Юрий Всеволодович.
Такой жесткий шаг со стороны Святого престола просто обязан был в кротчайшие сроки загасить конфликты, благо, что они в большинстве своем подошли к концу.
– Что ж, мы этого ожидали…
И готовились. Так Юрий пытался сколотить православный союз, подтянув Болгарию и Сербию с установлением династических связей. И если с Болгарией все было на мази, царь Иван Второй Асень согласился отдать свою дочь Тамару за Всеволода, то вот с Сербией было все через одно место, на котором обычно сидят.
Несколько месяцев назад умер первый сербский король Стефан Неманич Первовенчанный, и на престол взошел его старший сын Стефан Радослав Неманич, являвшийся яркой иллюстрацией предательства высшей элиты по отношению к своей стране. Шутка ли, дошло до того, что он предпочитал подписываться на документах не как Неманич, а именем своей матери Дука, то есть больше гордился своей принадлежностью к византийской династии, нежели к сербской! Кроме того, на только что отчеканенных монетах надписи были выполнены не на сербском, а на греческом языке.
Хоть бы минимальные нормы приличия соблюдал, в самом-то деле…
Но тут болгарский царь напал на разоренный и до предела ослабленный монголами Эпирский деспотат, и позиции нового сербского короля сильно пошатнулись. Почему? Потому что он был женат на дочери эпирского деспота, и тот, естественно, всячески поддерживал мужа своей дочери и имел с этого хорошие дивиденды в плане внешней политики Сербии и экономических преференций.
Но Эпирский деспотат быстро пал, и Стефана Радослава свергла недовольная его проэпирской политикой знать.
В начале тысяча двести двадцать девятого года на сербский престол воссел Стефан Владислав Неманич, средний сын Стефана Первовенчанного.
И надо же, знать и им стала проявлять недовольство. Что называется, променяли шило на мыло, так как новый король стал отчетливо проболгарским, ибо был женат на дочери Ивана Второго Асена Белославе. По всему выходило, что договариваться с ним, по крайней мере о чем-то в стратегическом плане на длительную перспективу, бессмысленно.
– Его история старшего брата ничему не научила, что ли? – удивился Всеволод.
Будучи наследником, он начал вникать в дела государственного управления. До сего момента проходил больше воинское обучение, ну и «гулял». И вот как первенец немного остепенился и взялся за верхнюю голову, Юрий Всеволодович решил его начать натаскивать как будущего правителя.
– Видимо, нет. Лет через десять свергнут и возведут на трон Уроша, как раз в период полового созревания войдет. Сейчас поостерегутся, болгарский царь весьма силен и может проявить недовольство. Судьба Эпирского деспотата всем в назидание.
– Значит, будем со сторонниками Уроша налаживать отношения? – поинтересовался Всеволод.
– Как запасной вариант, – кивнул царь Юрий. – Но лучше, конечно, образумить Владислава. А то если знать будет свергать одного короля за другим, то может войти во вкус и много о себе возомнить… а это ведет к неминуемому распаду государства.
Тем временем болгарский царь, без особых проблем захватив Эпирский деспотат, почувствовав вкус легких побед, возжелал прибрать к рукам основную часть Латинской империи, но тут схлестнулся с объединивших свои силы против общего врага венецианцами и генуэзцами, что также нацелились на ослабленных монгольским вторжением конкурентов в восточной части Средиземного моря.