Георгий Комиссаров – WW II Война, крах Маннергейма (страница 13)
Финляндии и СССР, причем, в целях охраны морской базы, Советскому Союзу предоставляется право держать там за свой счет строго ограниченное количество наземных и воздушных вооруженных сил, максимальная численность которых определяется особым соглашением;
б) продать Советскому Союзу в Финском заливе острова Суурсаари (Гогланд), Сейскари, Лавансаари, Тютерсаари (малый и большой), Койвисто (Бьёрке), а также принадлежащие Финляндии часть полуостровов Рыбачьего и Среднего на побережье Северного Ледовитого океана за условленную сумму в размере 300 миллионов финских марок.
Статья III
Советский Союз и Финляндская Демократическая Республика обязуются оказывать друг другу всяческую помощь, в том числе и военную, в случае нападения или угрозы нападения на Финляндию, а также в случае нападения или угрозы нападения через территорию Финляндии на Советский Союз со стороны любой европейской державы.
Статья IV
Договаривающиеся Стороны обязуются не заключать каких-либо союзов или участвовать в коалициях, направленных против одной из Договаривающихся Сторон.
Статья V
Договаривающиеся Стороны условились заключить в кратчайший срок торговый Договор и поднять годовой товарооборот между обеими странами значительно выше товарооборота 1927 года, когда он достигал максимальной цифры в 800 миллионов финских марок.
Статья VI
Советский Союз обязуется оказывать Финляндской Народной Армии помощь на льготных условиях вооружением и прочими военными материалами.
Статья VII
Срок действия настоящего Договора в части, касающейся обязательств взаимной помощи между СССР и Финляндской Демократической Республикой (ст. III—V),– двадцать пять лет, причем, если за год до истечения указанного срока ни одна из Договаривающихся Сторон не будет считать необходимым денонсировать установленных на срок постановлений настоящего Договора, эти постановления автоматически сохраняют силу еще на следующие двадцать пять лет.
Статья VIII
Настоящий Договор вступает в силу со дня его подписания и подлежит последующей ратификации. Обмен ратификационными актами будет произведен в возможно более короткий срок в столице Финляндии – городе Хельсинки.
Настоящий Договор составлен в двух оригиналах, на русском и финском языках, в городе Москве 2 декабря 1939 года.
В. Молотов О. Куусинен»
В отдельной статье сообщалось, что в день начала боевых действий советскому правительству путем радиоперехвата стало известно, что в только что занятом финском городе Териоки «левыми силами» Финляндии было сформировано «народное правительство Финляндской Демократической Республики» во главе с видным деятелем финляндского и международного коммунистического движения, одним из руководителей Исполкома Коминтерна Куусиненом. Он же стал и министром иностранных дел. В состав «правительства» Куусинена вошли неизвестные общественности финны, эмигрировавшие в СССР.
Таким образом жители СССР узнали о ещё одном дружественном правительстве наряду с монгольским, китайским, корейским и испанским. Германию к дружественным странам народная молва упорно не приписывала, по прежнему… не смотря на пропаганду… рассматривая Гитлера и его фашистскую свору как потенциальных врагов.
Но несмотря на этот неприятный для советского руководства факт и во исполнение обязательства консультироваться друг с другом, которое СССР и Германия взяли на себя согласно статье 3 пакта о ненападении, я посетил Шуленбурга, чтобы проинформировать его о данном договоре с дружественной нам Финляндией.
Шуленбург в ответ дал мне ясно понять, что Германия всецело привержена духу и букве нашего пакта и рассматривает наши действия вполне закономерными в нашей сфере интересов.
К тому же обе стороны старались давать доказательства своей доброй воли и стремились тщательно избегать любого нарушения обязательства консультироваться друг с другом.
Так в октябре этого 1939 года были начаты экономические переговоры.
Однако ввиду недоверия нижестоящих советских партнеров и их боязни брать на себя ответственность они все время затягивались.
Отдельные вопросы должны были докладываться лично Сталину, поскольку обычным путем решению они не поддавались.
Предполагалось, что по новому торговому соглашению Советский Союз кроме поставок сырья на сумму 100 млн. рейхсмарок в соответствии с кредитным соглашением от 19 августа должен был поставить в течение первых 12 месяцев сырье на сумму 500 млн. рейхсмарок.
В том числе – 1 млн. тонн фуражного зерна и бобовых, 900 тыс. тонн нефти, 100 тыс. тонн металлолома и чугуна, 2400 килограммов платины и многое другое.
Германские поставки включали промышленные изделия, промышленную технологию и оборудование, а также военное снаряжение.
Я также активно участвовал в них…
Весьма впечатляющими были познания Сталина, когда он, к примеру, во время переговоров насчет германских поставок говорил о конструкциях броневых орудийных башен на крейсерах, которые должна была поставить Советскому Союзу Германия, или когда речь заходила об иных технических вопросах.
Без категорического утверждения Сталиным было невозможно добиться каких-либо уступок в области поставок сырья из Советского Союза. Если же такое утверждение имелось в наличии, оно было равнозначно приказу, который точно исполнялся.
Я со всей определённостью понимал, что это всё в будущем с весьма большой вероятностью будет использовано против моей Родины! Но не мог ничего с этим сделать. К тому же отсрочка большой Войны была нужна для СССР как никогда. Начавшиеся боевые действия в Финляндии показали слабость Красной Армии.
«Первые звоночки» начали поступать уже на третий день…
Так на очередном расширенном заседании Политбюро, куда меня снова вызвали, я услышал довольно неприятный доклад Ворошилова.
Как оказалось, главный недостаток наших частей, особенно в тех районах, где противник имеет сеть построенных препятствий и засад, например, на Карельском перешейке, состоит в том, что артиллерия отрывается от пехоты, пехота забегает вперед и, напоровшись на серьезные препятствия, вынуждена ждать подхода артиллерии.
Для ликвидации этого недостатка маршал предлагал приказать войскам ЛВО, чтобы в указанных районах, особенно на Карельском перешейке, они вели наступательные операции в следующем порядке:
Вначале наступление открывается интенсивным артиллерийским огнем не только полковой, но и дивизионной, особенно гаубичной, артиллерии, а где возможно привлекать и 152-мм артиллерию.
Продолжительность артогня 5, максимум 10 минут; вслед за этим идет движение пехоты, танков километра на 3-5 в зависимости от обстановки, затем подтягивается снова дивизионная артиллерия для нового открытия артогня после того, как пехота успела закрепиться на пройденных рубежах и изготовиться для нового продвижения.
Затем Ворошилов перешёл к авиации…
– Главный недостаток действий нашей авиации, товарищи, состоит в том, что она ставит себе сразу большое количество целей, разбрасывается по множеству объектов и неохотно берется за конкретные задачи, имеющие своей целью обслужить непосредственно пехоту, – огорошил он всех своим выводом.
– Для ликвидации этого недостатка необходимо поставить дело так, товарищи, чтобы командование ЛВО ставило совершенно конкретные задачи, выполнение которых дает непосредственный эффект для быстрого продвижения наших частей, – предложил маршал.
Сталин же веско добавил:
– В качестве очередных задач такого рода считаю, прежде всего, разрушение железнодорожных мостов в районе Выборга и всего выборгского железнодорожного узла, имея в виду, что его разрушение парализует железнодорожные линии приморскую, выборгскую и на станции Валк-Ярви, поставит в трудное положение противника и облегчит положение наших частей, – при этом Вождь трубкой обвёл указанный район на огромной карте.
Все участники совещания согласно закивали, а нарком обороны продолжил:
– Такую же важную задачу, по моему, составляет и разрушение железнодорожного узла в районе станции Элисенваари, снабжающей противника в районе Кексгольма и Сердоболя, что также поставило бы в трудное положение противника и облегчило бы продвижение наших частей.
Сказав это, маршал опасливо покосился на Сталина. Но тот был занят раскуриванием своей трубки и осмелевший Ворошилов добавил к сказанному:
– Такое же значение, товарищи, имеет и разрушение железнодорожного узла Контиомяки, что 20 километров северо-восточнее города Каяна, питающего войска, расположенные против нашей 9-й армии. При этом он указкой обвёл этот район на карте.
– Если погода позволит, товарищи, эти три узла и, в первую очередь, выборгский узел, я считаю, необходимо бомбить через каждые три часа, дабы не дать противнику производить восстановление, – закончил свою мысль маршал
Сталин, который уже закончил возиться со своей трубкой и теперь наслаждался душистым ароматом табака его любимых папирос «Герцеговина флор», добавил:
– В районе Выборга рекомендую бомбить в сопровождении истребителей.
Ворошилов согласно закивал, и не стал возражать Вождю тем доводом, что у финнов вся их авиация уже закончилась. Он быстро перешёл к следующему вопросу:
– Товарищи, считаю, что намеченное движение нашего моторизованного отряда от Петсамо на Рованиеми должно производиться в связи с общим продвижением частей, отнюдь не зарываясь этим отрядом вперед, и при условии постоянной поддержки следующими сзади пехотными частями с артиллерией. Район Петсамо и граница с Норвегией и Швецией должны быть прочно заняты, для чего всю 52 стрелковую дивизию нужно срочно перебросить в район Петсамо, – веско заявил маршал, показав всё это на карте.