Генри Олди – Гонец в преисподнюю (страница 12)
— Буку-буку.
— Вы знаток, — огорчился Рюсэн. — Вряд ли у меня в доме найдётся кто-нибудь, способный правильно подать «чай с пузырями». Мне нечем вас удивить, признаю своё поражение.
Он разлил чай по чашкам. Мы сделали по глотку. Копчёный чай был необычным, но мне он уже начал нравиться.
— Вы голодны? — спросил Рюсэн. — Желаете отобедать?
— Спасибо, я сыт. Если позволите, я перейду к делу.
— Вы приехали по делу? Признаюсь, я удивлён.
— Я приехал просить о помощи.
— Чем же я могу вам помочь? Я наклонился вперёд:
— Мне в управу нужен секретарь. Это ответственная должность, и жалованье хорошее. Я надеялся, вы подскажете мне подходящую кандидатуру.
Он не спешил отвечать. Взгляд Рюсэна сделался острым, цепким. Передо мной сидел не радушный хозяин, а чиновник с большим опытом и деловой хваткой. За что он там несёт ответственность? За официальную переписку с Поднебесной и вассальную торговлю? Через эти руки прошло немало секретов, этот рот о многом умолчал.
— Почему вы не привезли секретаря с собой? — наконец поинтересовался Рюсэн. — Я имею в виду, на корабле? Там, откуда вы приплыли, никто бы вам не отказал — и никто бы не отказался.
Да, опыт и хватка, и знание тонкостей. Он понимал разницу между словами. Власти не отказали бы мне, предложи я в секретари своего кандидата, — и избранный кандидат не отказался бы, предложи я ему должность.
Следовало идти напрямик, без околичностей.
— Я хочу местного, — сказал я.
— Разумно, — согласился Рюсэн. — С секретарём советуются, а приезжий ничего не сумел бы вам подсказать в непривычной ситуации. Кроме того, у местного имеются связи здесь, а не там, где вы жили раньше. И наконец, пристроив в управу друга или родственника, я буду вам должен. Это тоже кое-что значит, правда?
Чиновник исчез, вернулся радушный хозяин:
— Вам повезло, Рэйден-сан. У меня есть для вас подходящий человек.
Он хлопнул в ладоши, вбежал слуга. Приказа я не понял, но слуга вылетел из гостиной, словно пуля из ружья Ран. Мы успели сделать ещё по глотку, я положил в рот крошечное пирожное с кремовой начинкой, и в дверь вошёл молодой человек, одетый точно так же, как Рюсэн, только полы его блузы были существенно короче. Шапки он не носил, зато укладывал волосы в сложную причёску, закалывая её парой бронзовых шпилек.
Отметив сходство вошедшего с хозяином дома, — и не только в одежде! — я понял, что в молодости Рюсэн тоже был ослепительным красавцем.
— Мой племянник Лю Хо, — представил гостя Рюсэн.
— Рюхо, — повторил я.
— Хо, это Торюмон Рэйден, — Рюсэн указал в мою сторону. — Старший дознаватель управы Карпа-и-Дракона. Поприветствуй его, как подобает.
— Знакомство с вами, — Рюхо низко поклонился мне, — высокая честь для меня. Мои дети и внуки будут гордиться этим.
— Хо, как и я, — уведомил меня Рюсэн, — проходил стажировку в Гоцзыцзянь и Кагосиме. С языками у него ещё лучше, чем у меня. Чиновничий ранг
— Жалованье, — начал я с главного. — Секретарь получает на казённом складе жалованье на всю управу, три раза в год. Составляет ведомости на выплату…
— …вывозит с казённого склада на склады перекупщиков, — подхватил Рюхо. — Получает деньги и векселя, составляет ведомости на выплату, выдаёт служащим монеты и бумаги сообразно доле каждого, а также рис, если кто-то хочет взять часть рисом. В то же время секретарь следит за ценами на рынке, чтобы не продешевить. Я прав, господин Торюмон?
— Что ещё? — посмеиваясь, спросил Рюсэн.
— Секретарь встречает посетителей, — продолжил я. — Опрашивает, выясняет причину, которая привела их в управу. Составляет заявления о подозрении на фуккацу, а также иные заявления, направляет посетителя к соответствующему дознавателю. Собирает протоколы допросов, оформляет дела, привлекая при необходимости архивариуса.
— Руководит писцами, — деликатно добавил Рюхо.
— Вы служили секретарём?
— Да, господин Торюмон.
— У кого?
— В канцелярии кокайси, господин Торюмон.
— Что это?
— Гильдия преподавателей общественных и естественных наук.
— Больше не служите?
— Нет, господин Торюмон.
— Почему?
— Выгнали, — с нескрываемым удовольствием вмешался Рюсэн. — Хо — позор нашей семьи, вот я и хочу пристроить его к вам, с глаз долой.
— За что выгнали?
Рюхо молчал.
— За красоту, — объяснил Рюсэн. — О, это сущая беда! У главы гильдии есть дочь, едва вошедшая в расцвет молодости. Вы меня понимаете, Рэйден-сан?
— Дочь не беременна? — спросил я.
— Нет, — ужаснулся Рюхо. — Что вы, я был осторожен!
— У меня тоже есть дочь, — уведомил я. — Ещё у меня есть жена и сестра.
— Господин Торюмон! — Рюхо готов был разрыдаться. Глаза его покраснели, губы дрожали. — Я выучил этот урок на всю жизнь! Да я к женщинам отныне и близко не подойду!
— Зря, — я жестом предложил ему сесть. — К женщинам подходить можно, только делать это надо с умом. Моей дочери шесть месяцев, а жена отлично стреляет из ружья. Убить не убьёт, но кое-что отстрелит с корнем. Итак, продолжим?
Кажется, я нашёл секретаря.
— Сколько человек проживает в Кумэмуре? — спросил я Рюхо.
— Одна тысяча шестьсот девяносто девять, — без запинки откликнулся он. — Госпожа Сяо на днях родит. Если роды пройдут удачно, число округлится до тысячи семисот.
— Мальчик или девочка?
— Лекари утверждают, что мальчик. Да, я не ошибся.
— А если всё-таки убьёт? — вдруг спросил Рюхо. — Что тогда, господин Торюмон?
— Кто убьёт? Кого убьёт?
— Ну, ваша жена. Ружьё — опасная штука, раз, и я уже труп.
— Тогда я выпишу вам грамоту, — я взял второе пирожное. — Станете Ран-второй, моей законной женой, со всеми вытекающими обязанностями. Правда, о должности секретаря тогда придётся забыть.
Ужас во взгляде Рюхо позабавил меня. В чине старшего дознавателя есть свои преимущества, да. Господин Сэки, я быстро учусь? Помнится, в своё время вы тоже недурно развлеклись за мой счёт.
2 Суп с лапшой
Назад мы оба ехали верхом.
Несчастному Тибе оседлали лошадь из конюшни Рюсэна. Я супил брови, делая вид, что очень недоволен таким несвоевременным милосердием; Рюсэн заверял, что аренда лошади его ничуть не обеспокоит, а лошадь позже заберёт кто-нибудь из его слуг или многочисленной родни; Тиба же заверял, что в лошади не нуждается, что он полон сил и готов бежать за моим мерином хоть на край света.
Короче, все получили свою порцию удовольствий.
В загородной усадьбе, сдав животных на попечение конюха Кунайо, как всегда, пёстрого и болтливого, я заглянул в отведённый мне дом. Ран с Каори ещё вчера успели превратить его в уютное гнёздышко, распаковав наш багаж и разложив вещи, а также переставив мебель в невероятно сложном, только им ведомом порядке. Момико забралась ко мне на руки, щебеча на птичьем языке о каких-то очень важных событиях детской жизни, и мне очень не хотелось говорить то, что я всё-таки сказал.
— Завтра я поеду в город, — сказал я, — займусь обустройством управы. Широно возьму с собой. Мы заночуем в городском доме.
— Надолго? — спросила понятливая Ран.
— Не знаю, как получится. Если выпадет свободный день, вернусь сюда. Приезжать ко мне не надо, это вызовет лишние пересуды. Сама видишь, тут один я с семьёй, остальные — сами по себе. Возможно, потом ты и станешь наезжать в город, жить там какое-то время, но не сейчас, не сразу. Сиди тут на всём готовом, так будет лучше.