Генри Филдинг – Пьесы, памфлеты (страница 34)
Молли. Даже у ангела, нет такой нежности во взгляде.
Апшонес. При чем тут ангел? Павиан! Вот на кого смахивают наши щеголи. Нежный, говоришь? Нет, сладенький, как апельсин, когда в нем гниль завелась. Если у наших женщин цвет лица свежей и вид здоровее, чем у лондонских, так потому, что у нас меньше щеголей. Выкинь ты его из головы! У меня нет на него никаких видов, и я не допущу, чтоб он на тебя имел виды. Если он еще хоть раз здесь появится, я пожалуюсь его матери.
Молли. Прежде чем так опрометчиво прогонять его, ты бы хоть проверил, в самом ли деле у него нечестные намеренья.
Апшонес. Я не дам согласия на тайный брак. Пусть знатные грабят друг друга и нас, если угодно, — я докажу, что бедняк может быть честен. Я желаю только уберечь свою дочь, а за сыном своим пусть они сами приглядят.
Молли. Если вы заботитесь о своей дочери, пощадите ее любовь.
Апшонес. Ну, ну, любовь излечивается любовью. У меня на примете другой жених. Одену тебя во все новенькое, и сыграем свадьбу. У него, доложу я тебе, такое состояние, что женщина познатнее тебя забыла бы о своих увлечениях.
Молли. Ничто не возместит мне потери Овена. А если он чего лишится, женившись на мне, так я своей лаской заставлю его забыть об этом.
Апшонес. Бедняжка, как мало она знает свет! Скудость средств не искупают никакие достоинства, а за богатство прощают любые пороки.
Молли. Я уверена, мой Овен думает иначе.
Апшонес. Больше ничего не желаю слушать! Запомни, что я тебе сказал, и следуй своему долгу, или ты мне не дочь.
Молли. Как я несчастна! Мне приходится выбирать между отцом и мужем. Как быть, что делать? Любовь стоит за мужа, долг — за отца. Но тот же долг требует, чтоб я подчинялась мужу! Впрочем, я еще не замужем... Ну что ж! Придется мне предвосхитить события и выполнить свой долг заранее. А если он и вправду обманщик? Я потеряю и отца и мужа. Но нет, это невозможно, обман и Овен несовместимы.
Овен. Дорогая Молли, пускай мысли о прежних моих похождениях не волнуют тебя. Поверь, я давно устал от этих вечных перемен — новые женщины, новые костюмы. Я на опыте убедился, что все равно больше одного костюма на себя зараз не наденешь и одной женщины с человека довольно.
Молли. Я верю тебе, милый, и решила с сегодняшнего дня делить с тобой все тяготы жизни. Пусть твои богатые и мои бедные родители говорят, что им угодно, давай теперь думать лишь о том, чтобы самим сделаться родителями.
Овен. С радостью, дорогая! И чем скорей мы начнем любить друг друга, тем скорее это случится.
Молли. Начнем любить? Разве мы еще не любим друг друга, милый?
Овен. Я не о теории любви, мой ангел. Мне так долго пришлось ходить в учениках, что просто не терпится приняться за дело.
Молли. Так пойдем к пастору. Я не меньше твоего хочу, чтоб мы поженились.
Овен. При чем тут пастор, моя дорогая?
Молли. Без него нельзя стать мужем и женой. Овен. Но любить можно и без него. Зачем венчаться, когда мы и так любим друг друга? Брак — плохая дорога к любви. Счастлив, кто достигает любви, минуя этот тернистый путь.
Молли. Теперь-то я вас поняла! Нет, пусть это и тернистый путь, я с него не сверну. Я знаю, есть еще одна дорога, но пойти по ней — значит угодить прямо в грязь. Всякий, кто на это отваживался, приходил к цели таким замаранным, что уже не мог отмыться.
Овен. Раз чистота не в моде, кто решится ходить чистым? Знатные дамы замараны с ног до головы, — тебе ли стыдиться одного пятнышка?
Молли. Знатные дамы могут не заботиться ни о своей репутации, ни о платье, перед ними все равно будут преклоняться. Но бедная девушка должна быть скромной, иначе о ней пойдет дурная слава. Всякой женщине необходимо хоть одно хорошее качество: только знатным дозволено не иметь их вовсе.
Овен. Ты судишь слишком строго. Природа не может внушать нам преступные желания. Если человеку запрещено наслаждение, дозволенное всякой твари лесной, природа тут ни при чем, это поповские выдумки. Но зачем я доказываю тебе то, что ты сама прекрасно знаешь? Зачем оспариваю твои слова, когда твой ласковый взор сам их опровергает?