Генри Филдинг – Фарсы (страница 44)

Хлоя. Покорно вас благодарю. Вас, кажется, зовут Стокс?

Стокс. Так меня называют в Элли[122], сударыня. Это имя скрепит собою документ не хуже любого другого в королевстве. Однако, если не ошибаюсь, сударыня, вы желали посоветоваться о том, как лучше поместить десять тысяч фунтов?

Хлоя. Да, сэр.

Стокс. Как вам известно, государственные ценные бумаги нынче приносят лишь небольшой процент, а приобрести частные акции весьма трудно. И, как ни прискорбно об этом говорить, боюсь, не всякого у нас в Элли назовешь вполне честным человеком. Словом, есть только один способ поместить деньги надежно и с выгодой, а именно — передать их какому-нибудь благотворительному обществу.

Хлоя. Благотворительному обществу? Простите, а что это такое?

Стокс. Способ, придуманный умнейшими людьми, посредством коего богачи проявляют заботу о бедных и еще зарабатывают на этом.

Входит слуга.

Слуга. Некий лорд Лейс, сударыня, спрашивает, дома ли вы.

Хлоя. Лорд Лейс? Ах, боже мой, да кто ж это?!

Стокс. Один из самых знатных и состоятельных людей в королевстве. Богат, можно сказать, как суперкарго[123].

Входит Джек Стокс, переодетый лордом Лейсом.

Джек Стокс (кричит за сцену). Пусть портшез вернется за мной через час! Да вели, чтоб коляску вечером не занимали! (Хлое.) Ваш покорный слуга, сударыня. Сто тысяч извинений, сударыня, я ожидал найти здесь другую даму!…

Стокс. Ваша милость, верно, говорит о графине…

Джек Стокс. Да, о графине Сэвен-Дайелс.[124]

Стокс. Уже семь дней, милорд, как ее сиятельство съехали с этой квартиры, а эта дама поселилась в ней.

Джек Стокс. Я никогда не прощу себе подобной оплошности. И пока дыхание моей покорности не всколыхнет великую волну вашей душевности и не поднимет вихрь взаимности, сердце мое не приплывет в гавань спокойствия.

Стокс. Ловко сказано, клянусь честью! (В сторону.) Малый, как я погляжу, нахватался кое-чего на театральных представлениях.

Хлоя (в сторону). Неужели таковы эти надменные лорды? Честное слово, он в десять раз обходительнее нашего приходского священника.

Джек Стокс. Значит, вы решили не прощать меня? Впрочем, уже поздно! Пусть даже ваши уста объявят мне о прощении, все равно ваши взоры пронзили мне грудь!

Хлоя.

Увы, милорд, я не пойму, К чему такие строгости? Внемлите сердцу моему, Дрожащему от робости! Я из далекого села, Ничем не знаменитого, И рассердиться не могла На лорда родовитого!

Джек Стокс. Изумительно! Очаровательно! Один восторг! Я удивлен, потрясен, утратил покой!… Лед и пламя!… Как мне благодарить вас за эту губительную доброту?

Хлоя. Губительную, милорд?!

Джек Стокс. В ваших взглядах заключен яд, от которого пет противоядия!

Дженни (в сторону). Боюсь, у милорда на уме то же, что у того помещика. Когда у человека столько пыла, значит, нет у него честных намерений.

Хлоя. Что вы, милорд! Я так молода и неопытна… (В сторону.) Впрочем, у меня хватит ума продать себя за хорошую цену.

Джек Стокс. О, сударыня, вы не знаете силы своих чар! Мистер Стокс, пошлите, пожалуйста, этой даме бриллиантовое кольцо, которое я отдал вам на хранение. (Хлое.) Молю вас, придайте ему блеск, надев на свою ручку! Это сущий пустячок! Он стоит каких-нибудь три тысячи. (Тихо, Стоксу.) Ты получишь его назад через день после нашей свадьбы, клянусь честью!

Стокс. Не пройдет и трех дней, как распоряжение вашей милости будет исполнено… (Тихо, Джеку.) Это будет уже после свадьбы, если ты вообще женишься!

Хлоя. Право, милорд, я не знаю, что сказать.

Джек Стокс (в сторону). Как будто я знаю, черт побери! (Хлое.) Скажите, что согласны быть моей.

Хлоя. Вы чересчур поспешны, сударь! Уж не думаете ли вы, что я должна принять ваше предложение, впервые вас увидев?

Джек Стокс. О, в Лондоне все так ухаживают! Светские люди не больше двух раз видят друг друга до свадьбы.

Стокс. Возможно, поэтому большинство из них не чаще видится и после.

Джек Стокс. Я не был бы так настойчив, не окажись я в весьма затруднительном положении. Беда в том, что, если я не женюсь сегодня или завтра, мне придется жениться на другой особе, которой я уже обещал.

Хлоя. Коли раз обманешь, так и поведется!

Велела мать Не забывать, Что белый свет хорош: Что адвокат Жуликоват, А у судейских — ложь! Что если друг Изменит вдруг, То с ним в ладу не жить! А коль жена Грешным-грешна, До гроба ей грешить!

Стокс. Я, видно, не вовремя, сударыня. Я лучше загляну к вашей милости после полудня. (Уходит.)

Джек Стокс. Позвольте мне дать вам один маленький совет, сударыня. Я неплохо знаю Лондон. Не связывайтесь с этим человеком! Это один из самых отъявленных мошенников, каких когда-либо вешали.

Хлоя. А я поняла из вашего разговора, милорд, что вы тоже пользуетесь его услугами.

Джек Стокс. Вы не ошиблись, сударыня: я доверил ему сорок или пятьдесят тысяч фунтов. Но, случись мне их вернуть, клянусь вам, я постараюсь, если сумею, никогда больше не видеть этого субъекта. Что же касается ваших денег, не тревожьтесь о них. Предоставьте все мне. Ручаюсь, я сумею позаботиться о них наилучшим образом.

Входит Лавмор.

Лавмор. Хлоя! Что это? Откуда такое пренебрежение?

Хлоя. Я вас не знаю, сэр.

Лавмор. Не знаете меня?!… Уж не ради ли этого шаркуна вы отказываетесь от знакомства со мной? Неужто он в неделю овладел крепостью, которую я осаждал многие годы?

Джек Стокс. Слушайте, вы, как вас там! Вы, чего доброго, думаете, что раз я лорд и кавалер, так не поколочу вас?

Лавмор. Ах вот, оказывается, в чем дело! В титуле! Что еще могло прельстить вас в этой ходячей парфюмерной лавке! Вот, значит, о какой добродетели прожужжали вы мне все уши! Ну что за окаянство! Женщина способна устоять перед всеми людскими ухищрениями, но уступит какой-нибудь мартышке!

Сочетание планет