Геновева Димова – Черные ночи (страница 28)

— Чаушева сравнила отпечатки пальцев в деле Софии с отпечатками жертвы. Они не совпали.

— Ага, — поморщилась Косара. — Вот стерва! Так меня обдурить.

— Мне кажется, она всех обдурила. По крайней мере, на время.

— В полиции уже знают, кто жертва?

— Чаушева не сказала.

— Конечно нет. — Косара закатила глаза и принялась ополаскивать тряпку в раковине, пока Асен выбрасывал осколки.

Наконец они расселись на противоположных концах кухонного стола. Косара потерла переносицу большим и указательным пальцами. Незнакомый жест. Асен нахмурился.

Почему-то раньше он не обращал внимания на то, как сильно она изменилась, а должен был. Дело не только во внешних изменениях вроде глаз, волос, цвета кожи. Она странно себя вела. У нее проявлялся странный акцент. Сам ее голос порой приобретал незнакомое звучание.

Он подозревал, что это как-то связано с ее тенями.

— Бессмыслица какая-то, — сказала Косара. — Как же у жертвы могла случайно оказаться такая же кровавая татуировка на запястье, как у Софии…

— Подожди, — перебил ее Асен, в его голове мелькали образы мертвого тела Русевой. — Какая татуировка?

— Три переплетенные спирали. У Софии она давно. А что?

— Просто у Русевой была такая же татуировка. Ты не говорила об этом раньше.

— Мне не показалось это важным. Сейчас у кого ни взгляни, даже у бабушек есть магические татуировки. На рынке продаются почти за бесценок. Будут ли чары действовать — это совсем другой вопрос.

— Ты знаешь, что означает татуировка Софии?

— Если честно, я никогда об этом не задумывалась. Три переплетенные спирали? Спиралью обычно обозначают бесконечности. Три бесконечности?

— Или, может быть, три мира, — осенило Асена. — Говоришь, София общалась с мертвыми? Ну а теперь она проделывает дыры в барьере между миром людей и миром чудовищ.

— Все возможно, — сказала Косара, хотя, похоже, не очень-то в это верила. — Я полагаю, об этом мы спросим ее саму, когда повстречаем. Если повстречаем. Я все еще не могу поверить, что она жива.

— Чаушева организует аукцион вещей Софии. — Асен подвинул плакат аукциона Косаре через стол и подождал, пока она читала, прищурившись. — Я думаю, она надеется, что если София узнает, что все ее сокровища могут пойти по рукам, то и сама туда заявится. Как думаешь, это сработает?

Косара пожала плечами:

— Вполне. София — та еще материалистка. Хотя я не уверена, что это сработает именно так, как ожидает Чаушева. София не из тех, кто пойдет на аукцион в дешевой маскировке. Она умнее этого.

— Так что она сделает?

— Отправится туда до начала аукциона, скажем, сегодня вечером, чтобы спасти как можно больше своих вещей.

— Уверен, Чаушева выставила вечернюю охрану, чтобы стеречь дом.

— Да, но София — ведьма с двумя тенями…

— Уже с тремя. Как минимум.

— О? — На секунду Косара выглядела сбитой с толку. — О да! Конечно. В любом случае похоже, что Чаушева недооценивает Софию. Что для нас хорошая новость, ведь мы-то ее не недооцениваем.

Асен молчал. Он узнал этот взгляд: Косара задумала какое-то безрассудство.

— Считаешь, нам тоже следует пойти в аукционный дом?

— Ясное дело. Нельзя позволить Чаушевой забрать Софию, если мы надеемся когда-нибудь раскрыть это дело.

Асен знал, что она права. У них не было выбора, кроме как перехватить Софию, прежде чем ее арестуют.

И все же казалось таким рискованным застрять между Софией, опасной и, вероятно, отчаянной ведьмой, и всем черноградским полицейским управлением. Асен понимал, что ему уже поздно волноваться о нарушении кодекса полицейской этики, но намеренный саботаж казался слишком смелым шагом даже для него.

— Что? — спросила Косара, не сводя с него глаз и чувствуя его нерешительность.

— София не позволит себя так легко поймать. Она опасна.

— И что? Я тоже опасна.

— У нее как минимум три тени…

— А у меня — двенадцать. Не о чем тут беспокоиться, Бахаров, я тебе обещаю.

Асен отвернулся от нее. Это прошлой зимой он бы ей поверил. Косара умела казаться непринужденной.

Однако теперь он уже знал язык ее тела и все его подсказки. Ее пальцы продолжали играть с уголком аукционного плаката: складывали его, разворачивали, снова складывали. Вдобавок она так сильно прикусила губу, что в трещинах выступили маленькие капельки крови.

Косаре было страшно. И если уж Косаре, ведьме с двенадцатью тенями, было страшно, то Асену полагалось трястись от ужаса.

16

Косара

Облизнув губы, Косара почувствовала вкус крови. Ей пришлось перестать жевать их, иначе никакой восковой бальзам не остановит кровотечения.

К счастью, Асен, похоже, этого не заметил. Да и с чего бы? Ее страх перед Софией не имеет смысла. У Косары явное преимущество: три тени против двенадцати. Детская игра.

Вот бы еще Косара могла положиться на то, что ее тени будут вести себя хорошо…

— Так какой план? — спросил Асен.

К этому вопросу Косара была готова:

— Чаушева наверняка выставит охрану у входной двери и у черного входа?

— Полагаю, что так.

— Да только у Софии есть секрет. Знаешь, как она проводит свои спиритические сеансы?

— Как же?

— В общем, есть такие мертвецы, которые мертвее других. Как бы ты их ни тормошил — не проснутся, хоть тресни. Итак, когда к Софии приходит клиент и просит связаться с умершим, а тот отказывается возвращаться в мир живых, она не возвращает деньги, нет. Она платит кому-то из своих учеников, чтобы тот пришел, потряс стол и повыл.

Асен нахмурился:

— И почему это важно?

— Потому, что есть третий, тайный проход в салон Софии. Мы в Ассоциации над этим здорово потешались, когда узнали, но в том, что Чаушева в курсе, я сильно сомневаюсь. Ведьмы друг на друга не стучат.

— Где заканчивается этот проход?

— Под спиритическим столом, конечно же. А начинается в канаве в соседнем переулке.

Уголки рта Асена дернулись.

— Итак, если мы пройдем мимо охраны Чаушевой и попадем в комнату для спиритизма…

— То сцапаем Софию, как только та высунет из канавы свою красивую головку. Я могу воспользоваться приемом Карайванова и подготовить магический круг, чтобы заманить ее в ловушку. Эх, если бы я получше присмотрелась к тому кругу…

— На тебя нападали волколаки, если ты вдруг забыла.

— В любом случае у меня есть несколько идей. — Поток мыслей Косары уже трудно было остановить. — Я использую чернила русалки, их практически невозможно размазать, а если бросить пару капель слюны упыря…

— Тебе следует взять мое обручальное кольцо.

— Что?

— Мое обручальное кольцо. Тебе следует взять его, если ты собираешься встретиться с Софией.

— О нет. Ни за что! — Косара быстро покачала головой. — После прошлого раза, когда ты мне его одолжил, я больше не притронусь к этой штуке.