Геннадий Иванов – Методы психотерапии. Как лечить страхи и детскую психосоматику (страница 11)

Психотерапия по желанию

В моей практике был случай, когда желание вылечиться оказалось сильнее обстоятельств. Я работал с паническими атаками одного мужчины и почти справился с задачей, но дойти до конца никак не удавалось. Регрессии нет! Хотя гипнабельность в норме. В итоге получилось, что взрослый период был пережит-продуман, а в детство, где еще что-то было, попасть так и не удалось. Завершить коррекцию не получилось.

Но мужчина сам задумался, почему регрессия в детство у него не получается. Буквально – ходил и думал. Через полгода в магазине он наблюдал, как очередь в кассу заставляет детей, которые с трудом переносят всякое ожидание, делать ненужные покупки (там много всякой мелочи для этого выставлено). Глядя на то, как родители одергивают своих деток, он подумал, что никогда не позволяет себе импульсивных вещей. И тут его озарило! Ведь он так живет! Его принцип: эмоции не могут идти впереди разума. С этим он прилетает ко мне. Возобновляем работу, сосредоточившись на этой идее, и выходим на отца, который работал на большом заводе по части техники безопасности. Относился к работе истово и детей учил сдержанности: сначала подумай, а потом сделай. Этот принцип органично вошел в характер моего подопечного, и единственный случай, когда он не помог: в моем кабинете, когда регрессия потребовала отпустить эмоцию впереди разума. Как только мы добрались до этого места, мы эмоционально его ослабили. И я сразу пробую регрессию по чувству панической атаки. Пошла! Мы оказываемся в 5-летнем возрасте моего пациента. Автомобиль на глазах мальчишки наезжает на котенка. Жуткий стресс и все последствия.

В общем, психокоррекцию завершили. Панические атаки остались в прошлом. А все почему? Пациент не сдавался. Хотел. Думал. А человеческий мозг так устроен, что будет биться и биться над задачей, которую в него заложишь. И обязательно выдаст решение. Если задача легкая, то быстро. Если большая и трудная, то через день или даже через год. Вот почему правы те, кто утверждает, что ничего невозможного нет. Только с одной оговоркой: если ты реально ставишь себе эту задачу. Не государству, не обществу, не кому-то еще, а себе. Только себе.

Протокол сеанса

Протокол сеанса включает в себя два основных элемента: описание и упорядочивание.

Описание – это пометки относительно травматической ситуации, которую вспомнил клиент. В том числе его возраст в момент травмы, а также происходившее действие («В 10 лет мама отругала за плохую оценку»). Далее надо указать, что именно вызвало у пациента эмоциональную реакцию; что он в этот момент думал и чувствовал («Мама отругала – значит, я один и меня не любят – чувство обиды и сдавленность в груди»).

Упорядочивание представляет собой сортировку травматических воспоминаний по доминирующей эмоции. Каждая цепочка может включать до семи сюжетов, которые представляют собой опыт переживания некой субличности. Для пациента – это грань его характера.

Примечание

Если пациент выражает готовность графически отразить этот расклад, то лучше поручить ему. Тем более, что телефон позволяет заполнять пробелы в воспоминаниях по мере их поступления.

Глава 3

Экспозиция и эмоциональные потери. Инструменты гипнотерапии

Регрессивная гипнотерапия через психотравму

Психотерапия состоит в том, чтобы обнажить и купировать все цепочки, ведущие от травматического символа к питающим его психотравмам. Это телесное и как следствие поведенческое отклонение. Ведь человек знает, на что у него появляется краснота, сыпь, одышка, сердцебиение, спазм, поэтому в его поведении появляются всякого рода уклонения, избегания. Он не хочет сталкиваться с тем, на что его существо реагирует так, что это замечают даже окружающие. Чем это оборачивается – известно: когда человек сторонится одного, отказывается от другого, жертвуют третьим, то, в конце концов, оказывается на обочине. А причиной всему триггеры – то, что запускает психосоматический приступ.

Триггер – это кончик мужского галстука, который торчит меж закрытых створок шкафа вашей жены. Раскрыв створки, вы увидите ее любовника. Но не каждый решится на этот шаг. Те, кто предпочтет этого не делать, боятся оказаться в ситуации, когда изобличенный любовник ведет себя агрессивно, как человек, которому нечего терять. Или боятся ссоры с женой, потому что однажды она уже падала в обморок от чрезмерного волнения, и все думали, что она умерла. Иными словами, кончик галстука может символизировать то постыдное унижение, которое вы пережили от действий человека, загнанного в угол, или отчаяние, которое испытали при виде бездыханного тела любимой женщины. Во всех других случаях человек просто откроет дверку, чтобы поправить галстук, висящий на вешалке внутри, потому что его опыт переживаний позволяет видеть в кончике галстука лишь мелкий непорядок, который надо устранить, и ничего больше.

Для разных людей разные детали являют собой разные символы, которые возникают на основе личного багажа впечатлений.

Надо ли говорить, что люди, которые бояться открыть шкаф, со стороны выглядят пугающе? Чтобы перестать пугать других, такому человеку надо избавиться от ложных значений, которыми тот наделяет предмет триггера. А для этого необходим новый опыт переживания тех ситуаций, что породили триггер. Чтобы убедиться в несостоятельности «страшилки» триггера. Терапевт должен помочь своему пациенту погрузиться в триггерное воспоминание, чтобы тот смог заново пережить все его события.

Регрессия

Принято считать, что регрессия – это бессознательная форма обращения к более ранним моделям поведения в критической ситуации. Инстинкт самосохранения. Человек увидел нож в руках хулигана, включилось воспоминание, которое отбросило его на 20 лет назад, когда он таким же оружием «снимал» посты противника во время локального военного конфликта в далекой стране. «Включившийся» молодой ловкий солдат превращает старика в супермена, который с неожиданной для его возраста ловкостью не только обезвреживает хулигана, но и убивает его. Неконтролируемое поведение было вызвано спонтанной регрессией в образ двадцатилетней давности при виде триггера, коим выступило холодное оружие. Но, в зависимости от опыта травматических переживаний, мог выпасть любой вариант из «бей – беги – замри». Иными словами, ветеран мог при виде ножа упасть в обморок или броситься наутек.

Способность регрессии возвращать человека в психотравму, когда он находился на пике эмоционального напряжения – в шоке или трансе – является для нас главным инструментом подготовки пациента к сеансу. Ведь терапевтическое воздействие требует от реципиента высокого эмоционального фона. И чем он сильнее, тем лучше результат. Поэтому для подготовки нашего подопечного к сеансу мы используем триггер, чтобы оживить симптом, а еще лучше – вызвать спонтанную регрессию в травматическое воспоминание. Для этого вычисляем вместе с пациентом все раздражители на видео- и аудионосителях, а также на фото. Выясняем, какие предметы вызывают у него приступы слезливости или иные формы соматической (плотской) реакции.

Пациент должен четко понимать, что сентиментальное состояние: когда нахлынут воспоминания, а за ними неконтролируемые чувства – это условие для избавления от расстройства. Именно «застав» своего пациента в момент переживания травматического события, которое поделило его жизнь на до и после, психотерапевт получает возможность приступить к работе. Ведь он должен не только вскрыть гнойник и выпустить патогенную эмоцию, но и вскрыть каналы, соединяющие это переживание с другими, более поздними по времени, но однородными по симптому. Обезвредив таким образом всю цепочку от текущего симптома до стартовой психотравмы, терапевт приступает к другому триггеру, чтобы повторить операцию. Обычно симптом поддерживает две или более психотравматических цепочек, каждую из которых необходимо исследовать и обезвредить. Как правило, освобождающиеся верхние слои открывают нижние, которые также подлежат тщательной обработке. Поэтому лучше начинать санацию с самой сильной эмоции, не важно, самая ранняя она или поздняя. Она влечет за собой травматические переживания рангом пониже. И так дальше в геометрической прогрессии.

Надо быть готовым к тому, что работа по освобождению памяти пациента от новообразований будет долгим и кропотливым трудом, рассчитанным иногда на десятки сеансов. Поэтому существует щадящий метод, когда пациент самостоятельно осуществляет процедуры, в которых личное присутствие терапевта не обязательно.

Суть этой стратегии в том, что пациент осознанно помещает себя в симптом, чтобы, испытывая характерные ощущения и чувства психосоматического приступа, тут же приступить к прослушиванию специальной аудиозаписи. На фоне активных переживаний терапевтические манипуляции, которые человек мысленно совершает, следуя за голосом, позволяют получить эффект, сопоставимый с результатом нескольких терапевтических сеансов.

Например, человек, страдающий из-за проблем с коммуникацией с противоположным полом, заставляет себя посетить мероприятие, где имеет возможность пригласить даму на танец. Сразу после этого он уединяется, закрывшись в кабинете или в машине, чтобы принять удобное положение и прослушать специальную аудиозапись. Сочетание неостывших эмоций и команд, направленных на использование повышенного эмоционального тонуса, дает стабильный оздоровительный результат. Главным условием для осуществления этого варианта психокоррекции является предварительная подготовка пациента, который сам должен стать немножко психотерапевтом.