Геннадий Источник – НАЛУС: На заре войны. Том 3 (страница 8)

– Долгие годы правил король Мальгвардар первый на этих землях, – начал МальКул второй. – Миродар, мой отец, выходец из семьи плотников, который сам и воздвиг Билдвор! И никто и никогда не смел говорить ему, что он должен быть царём. Его избрал народ, народ решил избрать короля своего. Никто и не ведал, царём он должен быть или королём. Никто не разбирался в этом. Люди выбрали того, кто достоин стать главным, кто будет отвечать за свой народ, кто будет править ими мудро и справедливо. Я же наследник его. Я король! Ваш король! Забавно, однако, внезапно нашёлся один! – с призрением смотря в сторону оратора, говорил захватчик. – Ты смелый, раз говоришь с королём, без его позволения. Ты наглый, коль позволяешь себе такие речи. Ты глупый раз дерзость свою унять не можешь внутри себя.

– Простите, Ваше Величество. Но, Вы задали вопрос, – продолжил седовласый мужчина в сером. – А коли так, то с моей стороны будет неуважительно промолчать. Ибо власть имущий задал мне вопрос.

– Власть имущий? – удивился король. – И что это значит, старик? Правитель. Да! Ты обо мне, – сказал МальКул второй и замолчал, с призрением пробегая по лицам крестьян.

– Молчите? Ладно. Значит, царя хотите? – с удивлением на лице, спросил главный. – А мне нравится, как это звучит. Царь! Красиво. Пускай! Пускай, пускай! Я ваш король, а коль хотите, я буду и царём! – внезапно заявил он. – Мне этого ничего не стоит. Да! Да! Церемониймейстеру лишь придётся немного изменить свои тексты. Но это пока, пока я не стану Императором. А пока, поклонитесь мне, ибо я ваш правитель! Я ваш король и царь! Я Мальгвардар второй по прозвищу Кулходан, что есть сажающий на кол. Я Мальгвардар Кулходан второй! Ваш король и царь! Я захватил все тридевять земель и вернулся домой. И вернулся я домой, чтоб править вами, невежи. А вы, чтоб возводить земли и возводить хозяйства, что делаете? Ничего, бездельничаете, уши расставили и слушаете речи невежи! Я таких, называю лишними ртами. И это всегда вытекает в проблемы для тех, кто ими стал. Ты,… – направив указательный палец в сторону седовласого мужчины, – …сбиваешь их с толку. Я не думал, что здесь, на моей родной земле есть ещё такие, как ты. Мне стало самолично интересно взглянуть такому в глаза и на тех, кто слушает его. Разносишь кривду и ложь, неправдивые слова обо мне? – продолжая указывать на оратора. – Не важно, что ответишь ты мне сейчас. Это уже не важно! Приговор уже вынесен. Ты понесёшь наказание, и все присутствующие здесь, они все понесут наказание, – пробегая взглядом по напуганным лицам крестьян. – Вас всех ждёт кара моя суровая, но справедливая, – делая паузу под конец. – Ибо вы поддались лжецу,… – вновь указывая на седовласого, – …вы стали слушать его непозволительные грязные речи. Речи о короле и царе, если так будет угодно вам. Нет, мне даже нравится. Отныне я и царь тоже. Я ваш правитель, собаки! Будь другой день, я бы пустил сюда армию свою и от вас ничего бы не осталось кроме мертвых тел, что свисают с кольев высоких. Но я возжелал самолично поговорить, понять, что у вас в головах. И вижу ничего путного. Пред мной стоят лишние рты и ничего более! Вы никчёмные диссиденты и подстрекатели. Раз позволяете себе такое времяпрепровождение, то не миновать вам кары мерзкой!

Правитель ещё раз пробежался взглядом. Он внимательно посмотрел в напуганные лица.

– Но, Вы ведь не знаете, что я говорил, Ваше Величество, – ответил седовласый.

– Ещё и оглохли от речей его! – с призрением смотрел захватчик. – Ладно, можете не становиться на колени, как я уже велел вам. Вижу вы другие, не такие, какими должны быть крестьяне. Я это понял, понял. Вас всех ждёт моя кара! – повторил король и царь. – Вас всех ждёт моя суровая кара, – говорил МальКул второй. – Страшная, но справедливая! ИБО Я САМ ЗАКОН! – повысив свой голос. – А ЗАКОН НУЖНО СОБЛЮДАТЬ! – вопя во всё горло, что полетели слюни, окропивши лицо упавшего на спину старика.

Рота солдат подступила к королю, став за его спиной. Окровавленные, с высохшей и почерневшей кровью, доспехи пугали. Опущенные забрало скрывали лица и намеренья воинов, ещё больше побуждая крестьян к страху. Мечи блестели на солнце, готовые атаковать.

Закончив свою пафосную речь, король принялся пинать старика, который по-прежнему лежал на спине. Неукротимая ярость бушевала в правителе, пока он продолжал бить несчастного на земле.

– Нравится? – смотря на оратора, продолжал король. – Может ещё детей так избить? – с ехидством бросая взгляд на напуганное окружение из крестьян.

– Ты плохой человек! – упрекнул Бумбол. – Необразованный! – продолжал седовласый. – Какой из тебя король иль царь, если ты, как садист измываешься над собственным народом? Какое у тебя есть право требовать от людей подчинения? Ты желаешь этого через страх, через пытки и унижения? И лишь потому, что тебя не хотят знать? Тебя не будут уважать и почитать, именно за такое! За тобой никто не пойдёт, ибо ты изверг и садист! И чернь этих земель!

– Что? – возмутился король, отвлекаясь от своего увлечения. – Как ты, старик, как ты смеешь мне угрожать? Как ты смеешь меня оскорблять? Как ты смеешь опровергать дела мои? Ты надоумил крестьян? Ту тройку возделывателей пшеничного поля? Ты их хорошо надоумил. Рассказал небылиц. А что в итоге? От речей твоих погибли они. Они решили, что им ничего не будет. Что ты пообещал им? Этим холопам было очень больно! Каждому досталось по каре своей. Каждый был насажен на кол, – с ненавистью говорил захватчик. – Некоторые живы до сих пор, они до сих пор страдают.

Глава 2. Колдун (часть 3)

– О ком Вы, милостивый государь? – с удивлением на лице, стоял Бумбол.

– Милостивый, – усмехнулся садист. – Ну, пускай, пускай, – добавил он. – Лежи, и никуда не уходи, дедуля, – обойдя избитого старика, добавил изверг.

Рыцари стояли на месте, смотря вперед, постепенно окружая толпу крестьян. Пожилой мужчина хотел было дотянуться до воинов, моля о помощи. Но никто и не пытался помочь ему. Никто не смотрел в его сторону. А может всё обстояло как раз наоборот, может и были сочувствующие. Но ослушаться МальКул второго низводилось до дезертирства, что в свою очередь равнялось смерти. И не простой, а мучительной и долгой. Это было бы роковой ошибкой для каждого, ибо дезертиры карались так же, как и все остальные, через кол.

– Я про тех, кто уже сидит на кольях моих. Что ты им сказал старик? Бумбол! Что? Что ты наобещал им? Не важно теперь. Они будут умирать долго. Хотя одного я забавы ради посадил иначе. Мерзавец, он помер сразу. Но как кричал, это не повторимо. Вы, все затеваете переворот! – проводя взглядом по молчаливым и напуганным лицам обитателей деревни. – Вы все перебежчики. В любой момент вставите нож в спину! Иль я ошибаюсь? А? Молчите? Молчите, потому что боитесь. А боитесь, потому что подлость затевайте. А троица, что попалась нам, страдала, и кара их была мучительной и прекрасной. СТРАШНОЙ И БОЛЕЗНЕННОЙ! – резко прокричав.

Улыбка тут же сошла с лица короля. И со свирепым обличием, он посмотрел на оратора.

– А теперь вернёмся к тому, что ты сказал, старик, – глядя на облачённого в серое одеяние. – Это я необразованный? – злобно смотря в сторону своего собеседника. – Ты грязная тварь! СОБАКА! – резко подняв голос. – Я и собак садил на колья и хозяев их и детей их. Я вырезал целые города. Земли истекали кровью. Смрад стоял невыносимый. Пали все, кто не согласен был со мной. И ты туда же? – указывая на оратора. – Ты, творишь невиданное. Колдун!

Крестьяне от испуга поджали плечи. Никто не проронил ни слово. Все стояли молча, оглядываясь то на Мальгвардар второго, то на Бумбола.

– Вы не правы, Ваше Величество, – ответил оратор. – Простите, если так показалось это Вам. Но я…

– Да как ты смеешь,… – яростно продолжал захватчик, обрывая ответ седовласого мужчины, двигаясь в сторону оратора, – …так говорить королю? Никогда король, иль царь, если это так заведено здесь, не ошибается, ибо он есть сам закон! А закон нужно соблюдать! Странно. Мой отец, король этих земель всегда был королём, никто не смел говорить ему о царе. Но я могу что-то поменять, могу быть и тем и другим. Потому, как я могу всё! Ведь завтра я уже стану Императором! – воскликнул он, приближаясь к облачённому в серое одеяние. – Будет что вспомнить. Я завтра стану Императором бескрайних земель и миров! Я ваш повелитель, повелитель жизни и смерти, ибо только я могу даровать жизнь, как и отнять её! Я ХОЗЯИН ВСЕГО МИРА! ТЫ НИЧТОЖНОЕ ОТРОДЬЕ! – громко воскликнул король. – Сегодня начинается моя подготовка к процессии и уже завтра, когда солнце коснётся самой высшей башни Билдвора, я стану ИМПЕРАТОРОМ! ВЛАДЫКОЙ МИРА! – кричал захватчик.

Кулходан второй ногой толкнул седовласого мужчину и подскочив к нему ещё ближе, тут же прижал к земле. Упираясь на грудь ногой, изверг засмеялся.

– Папа, – заплакала женщина среди толпы, а после подбежала к старику с тростью. – Он умер! – добавила она и начала рыдать рядом с мертвым телом пожилого мужчины.

– Легко отделался, старик, – обернулся правитель. – Ха, папина дочка. Красивая. В мой гарем её! Станет пополнением!

Двое рыцарей вышли из окружения и схватили девушку за руки. Она стала сопротивляться.