Геннадий Добряков – S-T-I-K-S. Водила книга 1 (страница 1)
S-T-I-K-S. Водила книга 1
Туман
Утро выдалось хмурым и промозглым. «Менять зимнюю резину на летнюю, или пока не стоит? Так-то в конце марта ещё могут быть заморозки. Нужно будет ещё раз глянуть, что там прогнозники вещают…» – с такими мыслями Михаил зашёл на КПП автотранспортного предприятия, где его ждала рабочая лошадка, Лада Ларгус фургон.
– Здорово, Максимыч. Как жив здоров? Из нашей курьерской команды пришёл уже кто?
– Здорово, Миша, особо не жалуюсь. С вашей конторы ты первый, – ответил знакомый чоповец, контролёр КПП.
– Ясно. Мне через полчасика примерно нужно будет убыть, успеешь смениться, падай на хвост.
– Лады, если сменщик не забуксует. Нет, так с другой вашей машиной поеду.
Электронный сканер считал пропуск, пискнул, мигнул зелёным, с лёгким щелчком разблокировал вертушку. Михаил прошёл на территорию, направляясь вдоль бетонного забора в сторону складского ангара к небольшой двухэтажной пристройке. На втором этаже горел свет. Фельдшер Лариса Семёновна была на месте. Предрейсовый медицинский осмотр занял несколько минут. Давление в норме, алкоголь в выдыхаемом воздухе не обнаружен, запись в журнал сделана, можно выезжать. «Провести беглый внешний технический осмотр по кругу авто, проверить уровень масла в моторе, завести машину, связаться с диспетчером…» – Михаил на автомате прогонял в голове стандартный порядок действий, шагая вдоль склада. Пройдя половину погрузочно-парковочной площадки, мужчина носом уловил слабый химический запах, отдающей кислинкой. В голове промелькнула мысль, пытающаяся проанализировать причину такого. Поблизости от территории автотранспортного предприятия, где «Бандеролька» арендовала часть парковки под свои машины, располагалось небольшое пластполимерное производство, точнее небольшой литейный цех. Обычно он себя никак не проявлял в плане сильных запахов. На фильтрации выброса вредных веществ в атмосферу там не экономили. Могло выйти себе дороже. Бывало, что ветерок доносил оттуда слабый сладковатый запах новой клеёнки, но и только. «Откуда же сейчас в воздухе привкус кислоты? Так, всё потом, не дым и ладно…» – Михаил подходил к ряду из курьерских машин, и текущие задачи переключили его внимание на происходящее здесь и сейчас.
В конце погрузочной площадки особняком стоял десяток серебристых братьев близнецов, компактных фургонов с логотипом «Бандеролька» на бортах. На нажатие кнопки брелка сигнализации отозвался третий справа в ряду автомобиль, дважды моргнув поворотниками. Михаил проверил масло в моторе. Обошёл машину, бегло осматривая кузов, накачку и состояние колёс. Заглянул под днище, в поисках подозрительных пятен или лужиц на парковочном месте под авто. Сел за руль и запустил двигатель. Закрепив смартфон на кронштейне, активировал свой аватар в приложении, используемом компанией. Гаджет плямкнул входящим сообщением. Рядом со значком аватарки с подписью «Марина дисп.» выскочила фраза: «Доброе утро. Ты уже на коне?». В ответ мужчина набрал: «Привет. На коне. Готов выдвигаться к нашему складу». Через полминуты плямкнул снова входящий: «Выдвигайся. С вечера собрана доставка посылок и бандеролей по двум районам. Для тебя там по пяти адресам».
Склад «Бандерольки» был в другой части промзоны, на границе со спальным районом. Где-то в нём жил охранник Максимыч и его сменщик. По взаимной договорённости и распоряжению руководства, отдежуривших ночь к городу подвозили утренние водители-курьеры «Бандерольки». Сотрудничество обуславливалось ещё и тем, что ЧОП «Редут» охранял территорию, где находился склад компании.
Ларгус встал перед воротами. Михаил коротко посигналил. С КПП вышел Максимыч, сразу направившись к нему. Откатная створка ворот поползла в сторону. Охранник сел в машину со словами: «Успел. Сменщик вовремя пришёл. С тобой поеду». Проезд ещё не открылся полностью, как снова распахнулась дверь проходной, и из неё появился парень в кожанке, джинсах и фирменной бейсболке «Бандеролька» на голове. Михаил приветственно махнул рукой коллеге, получил ответный жест, убедился, что пассажир плотно закрыл дверь, и выехал с территории АТП. Повернув направо, авто в спокойном режиме стало набирать ход. Слева походу движения тянулись кусты и низкорослые деревья. Они занимали большую часть пространства на полосе отчуждения между железной дорогой и территорией промзоны, окаймлённой с этой стороны объездной двухполосной дорогой с асфальтом не первой свежести. Боковым зрением Михаил заметил клубящийся белёсый туман у земли, в канавах и под кустами, но особого значения этому не придал. Весна пора капризная. За зоной отчуждения железки виднелась насыпь и само железнодорожное полотно. Дальше толком было ничего не разглядеть, но Михаил знал, что там начинались луга и поля, разбавленные перелесками. Справа тянулись серые бетонные заборы, с изредка попадающими в поле зрения воротами. За высоким ограждением просматривались ряды серых бетонных коробок складов. Примерно через полтора километра за т-образным перекрёстком показалась АЗС известной популярной сети. Подсветка, яркое оформление и большие стёкла магазина заправки выглядели неким оазисом посреди серой унылости промзоны. До склада «Бандерольки» можно было добраться, как повернув направо, углубляясь в промзону, так и по окружной дороге вдоль железнодорожных путей. Михаил не любил ездить напрямик, хотя так и было ближе. Унылый вид заборов с растянутыми и закреплёнными поверху спиралями «егозы» или нитями из обычной «колючки», а так же необходимость периодически петлять, не добавляли позитива. Не сказать, что вид на объездной из окна особо радовал глаз, но здесь хотя бы не было ощущения, что едешь по мрачным коридорам. Проскочив ещё пару километров и три т-образных перекрёстка, мужчина увидел впереди габаритные и стоп сигнальные огни хвоста пробки. В этом месте заторов Михаил не припомнил. Простояли несколько минут, не сдвинувшись с места. Сзади пристроилось ещё несколько машин, пополнив собой колонну ожидающих проезда.
– Максимыч, глянь аккуратно, что там случилось, – попросил Михаил соседа.
– Момент, – охранник вышел на обочину, понаблюдал некоторое время за происходящим впереди и вернулся в машину. – Ничего особенного. Панелевоз, выезжая из ворот с территории завода по производству бетонных изделий, плохо рассчитал радиус. В результате раскорячился, маневрируя, но двигается понемногу, ему там помогают, – пояснил Максимыч.
Ожидая начала движения машин в спонтанной колонне, Михаил снова переключил внимание на свои ощущения. Запах кислой химии усилился. Клубящийся в углублениях почвы туман стал плотнее. «Странно это», – подумал он. Через несколько минут впереди погасли стоп сигналы минивэна и мысли снова вернулись к привычному ходу для утра обычного рабочего дня. Выстроившись за панелевозом, как вагончики за паровозом, попутные машины начали движение. Разметка на данном участке была между полос сплошная, никто из «вагончиков» ценою штрафа на обгон не пошёл. В этом месте были установлены камеры, фиксирующие не только превышение скорости. Тем временем объездная плавно забирала вправо, впереди и немного левее замаячили многоэтажки спального района. В паре километров дальше просматривался массив путепровода автодороги, ведущей в город над железнодорожными путями.
До поворота на склад «Бандерольки» оставалось всего с половину километра, когда над землёй, дорогой и обочиной начал резко сгущаться и стелиться густой туман. «Это что за хрень?» – спросил Максимыч, повернувшись к Михаилу. «Ты смотри, как стелет плотно и воняет чем-то химическим», – продолжил он. Михаил врубил аварийку, КПП перевёл в нейтраль и пустил машину накатом, пребывая в готовности нажать по тормозам. Вскоре они не обогнали бы даже уставшего пешехода. Тем временем дорожное полотно, разметка и обочина стали плохо видны. Пришлось остановиться, закрыть подачу внешнего воздуха в салон, отключить принудительную вентиляцию и заглушить мотор. Туман стал подниматься выше капота. Габаритные огни впередиидущей машины пропали. Химический кислый запах резко усилился. Во рту запершило и пересохло, глаза заслезились. Спустя ещё несколько минут клубы плотного тумана обволокли автомобиль полностью. Стало не видно ни земли, ни неба. По прикидкам Михаила до поворота на склад их конторы они не доехали метров двести. В непроглядном тумане периодически пробегали электроразрядные всполохи и отчётливо различались приглушённые раскаты грозы. Мужчины смотрели на светопреставление через окна, не помышляя выйти наружу. Обоим было ясно, что происходит что-то необычное, а по ощущениям, ещё и не слишком полезное для здоровья. Попутчики, перекрикивая шум с наружи, обменялись парой фраз и стали ждать. Михаил, наблюдая за происходящим, увидел, что значок сети на его смартфоне, включённом в режиме навигатора, пропал. Время тикало, а ситуация не менялась. Отсутствие мобильной связи с момента появления всполохов в тумане добавляло неопределённости. Так прошло около четверти часа. Наконец, Михаил заметил, что туман начал терять свою плотность. Стало светлей, проявились контуры обочины.
– Вроде растаскивает. Голова, правда, раскалывается, – хрипло произнёс Максимыч.