Геннадий Борчанинов – Разыскивается живым или мёртвым (страница 7)

– Просто потрогайте, какая тут подошва, ей сносу нет, – сказал я.

Он потрогал, удивлённо цокая языком.

– Да и наличные деньги мне не нужны, мистер Томпсон, меня интересуют ваши же товары, – сказал я. – Мы оба останемся в выигрыше.

– Вам бы выступать в Конгрессе с вашими сладкими речами, мистер Шульц, – пробормотал Томпсон.

– Я стараюсь держаться подальше от политики, мистер Томпсон, я честный гражданин, – сказал я.

– Вы упоминали товары… Что именно вас интересует? – спросил он.

Список получился почти бесконечным, и в шестьдесят долларов я точно не уложусь. И в сотню бы не уложился.

– Первым делом, патроны для моего кольта. Хороший нож, крепкая верёвка, – начал перечислять я. – Сапоги, взамен ботинок, разумеется. Желательно, какая-нибудь шляпа. Огниво или спички. Котелок. Мешок или сумка, чтобы можно было всё это сложить туда. Съестные припасы. Фляжка или бурдюк…. Наверное, на этом всё, хотя я уверен, что что-то забыл.

– Звучит так, будто вы собрались пройти и вторую половину пустыни Чиуауа, – усмехнулся Томпсон. – Разве не лучше было бы остаться в городе? У нас тут есть вакансия…

– Помощником шерифа? – перебил его я. – Нет, благодарю. Я намерен отправиться по следу кое-каких негодяев. Только и всего.

Ничего не имею против службы в полиции, но сейчас мне попросту некогда заниматься поеданием пончиков. Надо отправляться за головой Мартинеса и нашим оружием.

– Вы храбрый человек, мистер Шульц. И совершенно безрассудный. Мне это нравится! – рассмеялся торговец. – Думаю, мы сумеем придти к соглашению. Вы же не возражаете, если я подберу вам… Гм… Бывшие в употреблении вещи. Но ещё крепкие!

– Разве я в том положении, чтобы выбирать? – усмехнулся я.

Надеюсь, он не решит сплавить мне всяческий неликвид. Я и правда не в том положении, чтобы морщить нос и что-то требовать, мне и так делают великое одолжение. Томпсон мог бы запросто выгнать меня из магазина, законов по защите прав потребителей тут ещё не было.

К чести мистера Томпсона, он выдал мне всё, что я попросил. Да, старое, потёртое, со следами активной эксплуатации, но всё ещё пригодное к службе. Раньше вещи делали на совесть, а не так, как у нас, когда маркетологи требуют от инженеров, чтобы вещь гарантированно сломалась после какого-то времени.

Так что из «Припасов Томпсона» я вышел счастливый и довольный, расстались мы с ним по-дружески, каждый пребывая в полной уверенности, что сумел облапошить другого. Ботинки, конечно, было немного жаль, поудобнее сапог будут, но эти говнодавы развалятся через сезон-другой, так что я считал эту сделку выгодной.

Теперь можно было и офис шерифа навестить. Временно исполняющий обязанности должен быть на месте.

Мои новые сапоги новыми вовсе не были, и разношены оказались под чужую, менее широкую ногу, отчего пока что немного натирали, но более удобных из тех, что предложил мне Томпсон, я не нашёл, все остальные оказались ещё хуже. Наверняка сняты с трупа, с мёртвой холодной ноги.

Шляпа тоже хранила в себе запах чужого пота, и по-хорошему её следовало бы постирать, но я постарался смириться. Я мужик, я должен быть угрюм, волосат и вонюч. Сапоги, шляпа и щетина у меня теперь были, осталось только сунуть сигаретку в зубы, и можно было сниматься в рекламе «Мальборо», но, к моему удивлению, сигарет у Томпсона не оказалось. Только жевательный табак, трубочный и для самокруток. И он намекнул, что за табак придётся выложить ещё что-нибудь, помимо ботинок и кепки, так что я решил, что пока перебьюсь.

Офис шерифа оказался одним из немногих кирпичных зданий в городе, и, пожалуй, самым маленьким из них. Зато у коновязи переступала с ноги на ногу пегая лошадь, и это значило, что внутри кто-то есть. Я толкнул дверь и вошёл внутрь.

– Бах! Ты убит, – раздался радостный возглас, едва я шагнул в приёмную.

За столом, развалившись в кресле, сидел молодой парень с длинными сальными волосами. Напротив него находился обезьянник, в данный момент пустой, а за его спиной находилась какая-то закрытая дверь.

– Чтобы меня убить, надо чего-нибудь посерьёзнее, чем просто об этом объявить, – усмехнулся я.

– Чё, крутой, да? – фыркнул парень, и я разглядел на его мятой жилетке потёртую латунную звёздочку. – Ладно, крутой. Видел я вчера, как ты стреляешь. Метко. Олдмен с утра уже в новой шляпе щеголял.

Я промолчал, обходя офис по кругу и осматривая его убранство. Заглянул в обезьянник, где не было ничего, кроме пустой лавки, поглядел на какие-то грамоты и документы, висящие на стенах. Обыкновенный участок, если говорить по-простому.

– Шульц, да? Ты, наверное, это… Помощником заделаться хочешь? – спросил парень.

– К тебе, что ли? – хмыкнул я.

– Ну а чё? Шерифа кокнули. Я за него теперь, – ухмыльнулся парень. – Одному несподручно. Помощник нужен.

Уверен, до того, как шерифа кокнули, этот парнишка служил тут максимум для того, чтобы сбегать за пончиками или что у них тут вместо пончиков. Принеси-подай, не более. Но помощник есть помощник, оформлен согласно закону, значит, он тут теперь и исполняет обязанности.

– Тебя-то хоть как звать? – спросил я.

– Амброз Ларсен, можно просто, Ларсен, – представился парень.

– Скажи-ка, Ларсен, есть у тебя тут плакаты, за кого награда назначена? – спросил я.

Парень почесал в своих сальных патлах, вытер пальцы о штанину, заглянул в ящик стола, затем в другой.

– Где-то было, – пробормотал он. – У нас тут охотники нечасто бывают…

– Зато небось бандиты как к себе домой заходят? – спросил я.

– Сплюнь. Мартинес вот заехал, почту обнёс, и всё, у нас городок спокойный! – возразил парень.

– Навёл его кто, нет? – хмыкнул я.

– Может и навёл, – пожал плечами Ларсен, извлекая наконец из стола целую пачку отпечатанных плакатов, которые, по-хорошему, должны бы висеть на доске у всех на виду.

Я взял всю пачку сразу, полистал. Вот, значит, кого разыскивает милиция. Часто плакаты повторялись, иногда встречались старые, за прошлые года. Я попытался хоть как-то их рассортировать по свежести, но не преуспел.

– Я все заберу? – спросил я.

– Валяй, – равнодушно бросил малец.

Лучше полистаю их на досуге, вдумчиво, с толком и расстановкой. Постараюсь запомнить имена, суммы, на случай, если судьба вдруг столкнёт меня с кем-нибудь из разыскиваемых. В жизни всякое бывает, и случайно подслушанный разговор, например, может вывести меня на след кого-нибудь из этих ребят.

Теперь, когда я держал в руках эти замусоленные бумажки, я наконец почувствовал, что знаю, как быть дальше. Знаю, чем займусь в ближайшем будущем. Нервы отчего-то немного расшалились, будто я бахнул пять банок редбулла за один присест.

– А чё, пострелять не хочешь? На спор, – предложил мне Ларсен.

– Нет, не хочу, – сказал я, понимая, что сейчас у меня дрожат руки.

И с похмелья, и от нервов. И патронов у меня было всего три дюжины. В кольт я зарядил пять, без предохранителя иначе нельзя, особенно без кобуры. А каждый патрон по стоимости это шот виски в баре. Да, рюмка здесь именно поэтому называется шотом.

– Ну, как хочешь, – пожал плечами Ларсен. – Скучно, блин. Одному вот особенно.

Я хотел посоветовать ему заняться делом, но понял, что ему бесполезно что-либо втолковывать. Не поймёт, да ещё и обидится.

– Слушай, Ларсен, – спросил я вдруг. – Где тут лошадку можно взять?

Я вдруг понял, что без лошади тут никуда. Даже если я сумею выследить какого-нибудь преступника, как я повезу его обратно? На убере?

– Сходи да купи, – фыркнул он. – На конюшнях. Голдуэлл только старых кляч продаёт, лучше съездить к Бриттлам, у них нормально, хоть и ехать далеко.

– Нет, ты не понял, – сказал я. – Может, бесплатно можно как-то взять?

Ларсен рассмеялся, закачавшись на стуле.

– Бесплатно! Ха! Бесплатно можешь только конского навоза набрать! – воскликнул он.

– Ну нет, послушай. Может быть, после шерифа осталась. Или его помощника, – предположил я. – Они же казённые, нет?

– Нет, не казённые. Вон, моя Долли, я её у команчерос купил вот таким жеребёнком, растил, – сказал Ларсен. – А под шерифом лошадь убили.

– Слушай, Ларсен, – сказал я. – Тебе помощник нужен? Добудь мне лошадь, будет тебе помощник.

– Любую? – он даже перестал качаться на стуле.

Ну конечно. Приведёт мне пожилую клячу, видевшую ещё Крестовые походы. Я в лошадях не особо разбирался, вернее, совсем не разбирался, но такое, мне кажется, даже ребёнок обнаружит.

– Приличную, – сказал я.

– Замётано, – сказал он. – Будет тебе лошадь. Лови.

Он швырнул мне латунную звёздочку. Ну всё, назад дороги нет. Придётся послужить местному закону.

Глава 5

Я привинтил звёздочку к бомберу. Никакой тебе проверки на полиграфе, обязательной службы в армии, или что там ещё нужно для поступления в ряды доблестных полицейских. Здесь оказалось достаточно изъявить желание, и Ларсен выдал мне документ, подтверждающий, что Джек Шульц теперь является помощником шерифа. Я – закон.

Заодно узнал из этого же документа, как называется этот паршивый городок. Хомстед Медоус. Название казалось знакомым, в моём времени это был пригород Эль-Пасо, а сейчас, получается, отдельный посёлок.