Гектор Шульц – Белая маска: Раб (страница 2)

– Муно… я… – Элар не договорил, потому что старик закрыл ему рот ладонью и помотал седой головой.

– Не время для слов, маленький лорд. Время для действий. Будьте храбрым, как ваш отец.

– Хорошо, – дерганно кивнул мальчишка, прижимаясь к старику в поисках утешенья и защиты.

– Кусты рогтеры колючи, но в них наше спасение, милорд, – забормотал старик. Он указал здоровой рукой в сторону кустов и добавил. – Ползите за мной и не отставайте. Там, у восточной стены, есть отхожая яма. Еще свежая. Почти пустая. Через нее мы и полезем.

– Хорошо, – повторил Элар. Он бросил тоскливый взгляд на поместье, охваченное огнем, и с ненавистью посмотрел в сторону гогочущих рыцарей в черно-серебрянном. После чего, вздохнул и юркнул в кусты следом за Муно.

Ползти пришлось недолго. Элар очень скоро почувствовал вонь отхожей ямы, но на эту вонь он даже не обратил внимания. Лишь желудок болезненно сжался и во рту появился знакомый горький привкус желчи. Позади послышался смех рыцарей и плач Лотаны, материной служанки, которую насиловали прямо на земле, среди крови и трупов. Всхлипнув, Элар мотнул головой и резво пополз в сторону зловонного отверстия, возле которого уже переминался с ноги на ногу старый Муно.

– Сюда, маленький лорд, сюда, – пробормотал старик. – Что за ночь? Что за ночь? Где боги, когда в них так нужда приспела? Сюда, маленький лорд. Дыра достаточно широкая, чтобы мы пролезли. Зажмите нос и ползите. Ползите, молю вас.

И Элар полз. По жидкому дерьму и крови, которая стекала в яму с внутреннего двора по каменным желобкам. Под ладонями противно чвакала зловонная жижа, голова кружилась, но Элар послушно полз вперед, молясь лишь о том, чтобы не остаться в этой дыре навеки. К счастью, боги были заняты резней и на отчанное желание смертных выжить внимания не обращали. Элар слабо улыбнулся, увидев впереди выход. И через мгновение широко втянул в легкие чистый ночной воздух, пусть и обезображенный гарью и вонью из отхожей ямы.

– Ползите, маленький лорд. Там, впереди овраг, – поторопил его Муно, пихнув в спину. Старику было тяжко. Он еле передвигался и постоянно охал, когда задевал что-нибудь рукой. – Да, овраг. Там есть вода, там есть трава. Там мы подождем, пока псы не уйдут, маленький лорд. Там подождем.

Небо прорезала молния. Ослепительно яркая, осветившая земли перед поместьем. Следом прогремел гром, а потом на землю хлынул ливень. Холодный, жалящий, обжигающе чистый и смывающий грязь, которой Элар успел пропитаться. Мальчишка остервенно потер ладонями грязное лицо, потом зачерпнул немного воды и прополаскал рот. Желудок снова сжался, заставив Элара застонать. Желчь противными толчками наполняла его рот, стекала по подбородку, падала на землю. Но старый Муно его не винил. Он дождался, когда рвота прекратится, после чего потянул мальчишку за собой, в сторону оврага.

– Здесь мы подождем, маленький лорд, – шепнул Элару Муно. Улыбка на бледном лице была пугающей, но Элар и за нее был до одури благодарен старику. Страх постепенно исчезал, оставив после себя не только противно ноющие мышцы и тяжелую голову, но и холод с голодом. Ливень хлестал с неба так, словно там, наверху, шла борьба между Ласом и его братом Тосом. А может небеса просто скорбели о крови, которая пролилась в эту ночь. Ответов у Элара не было. Была только чудовищная усталость. Он сам не понял, как повалился в заросли камыша и моментально потерял сознание.

Очнулся он от того, что кто-то навалился на него всем телом, не давая нормально дышать. Закричать Элар тоже не смог, потому что рот привычно закрывала сухая, морщинистая ладонь Муно. Сам старик, покусывая губы, коротко помотал головой, призывая Элара молчать. Мальчишка понимающе сжал руку старика и только тогда Муно убрал ладонь.

Виной всему были два рыцаря, стоящие у оврага и беспечно беседующие о ночной резне. Они знать не знали, что буквально у них под носом прячется единственный наследник дома Таллерион.

– Славная ночь, – хрипло произнес один из них. Голос усталый, но довольный.

– Лас был к нам милостив, – ответил ему второй. – Ни гарнизона, ни хоть кого-то, кто умел бы в руках оружие держать.

– По Бедко так не скажешь, – хохотнул первый. – Ему вилами в бочину…

– Сам виноват, – грубо перебил второй.

– Верно. Что десятник говорит? Когда в Ларах?

– Как головенки нужные соберем, – усмехнулся второй. – Бедко и лорда, и бабу его завалил. Мальца найти осталось. Сейчас закончу и пойдем…

Элар вздрогнул, когда ему сверху, на голову, полилась теплая струя. Рыцарь решил облегчиться. Старый Муно затаил дыхание, лишь его серые губы безмолвно шевелились. Старик молился всем богам, чтобы рыцарь не посмотрел вниз, куда справлял нужду. Выдохнул Муно лишь тогда, когда оба рыцаря, неспешно разговаривая, ушли.

В овраге им пришлось просидеть до ночи. Элар, непривыкший к подобному, мелко трясся от холода и стучал зубами. Вода в овраге оказалась ледяной, так еще и ночная гроза принесла с собой прохладу. Поэтому Элару ничего другого не оставалось, кроме как переползать за лучом солнца с места на место, чтобы хоть немного согреться под живительными теплыми лучами. Муно же с улыбкой за ним наблюдал. Старика тоже донимал холод, но он не стенал и не жаловался. Только прислушивался к тому, что творилось снаружи.

Мимо оврага то и дело проезжали черные десятки. Элар слышал топот тяжелых копыт и грязную ругань рыцарей. Потом из поместья веренницей потянулись телеги. Рыцари собрали богатую добычу и возвращались в Ларах груженые доверху. В овраг же, где прятались Муно и Элар, они по пути скидывали трупы убитых. Элар, вжавшись спиной в мокрую землю, с ужасом смотрел, как разбухшие тела с громким хлюпаньем падают в воду. Вот только тел отца и матери не было. Их рыцари, судя по всему, везли с собой в Ларах. По крайней мере, так Элару сказал старый Муно.

– Нет их тут, маленький лорд, – грустно улыбнулся он, когда Элар принялся ползать по трупам в поисках родителей.

– Почему? Я видел, как их… убили, – прошептал мальчишка. Муно вновь помотал головой.

– Убили их, да. Убили по приказу. Чей был приказ, я не знаю, маленький лорд. Да тела, видать, в доказательство содеянного увезли.

Элар промолчал, понимая, что понятных ответов не дождется. Замолчал и старый Муно, с болью смотрящий на плавающие в овраге тела. Еще вчера все эти люди были живыми. Улыбались, смеялись, выполняли свою работу. А сейчас… сейчас все они мертвы.

– Потерпите, маленький лорд, – вздохнул старик. – Ночью мы покинем овраг.

– И что делать дальше? – тоскливо спросил Элар.

– Для начала найдем теплое место и сухую одежду. Как бы лихорадь вас не тронула, маленький лорд, – ответил Муно.

– А рыцари… ну, они не вернутся?

– Рыцари нет. А падальщики набегут. И нам поспеть пораньше них надо. Ежели кто прознает, что маленький лорд выжил, так новое горе случится, – пробормотал старый Муно. Он замолчал и, снова помотав головой, пробормотал молитву Ласу. Элар молиться не стал. Понимал, что светлому богу до его слов нет дела. Ему сперва с мертвыми разобраться надо.

Однако ночью случилось то, чего Муно боялся больше всего. С окрестных селений к сожженному поместью потянулись люди. Не с целью помочь тем, кто выжил. Украсть то, чем рыцари побрезговали или попросту забыли в суматохе. До Элара то и дело доносились чьи-то голоса. Хуже всего было то, что он слышал смех. Радостный и довольный. А потом в овраг спрыгнули два человека.

Один точно был эмпейцем. Крупный, воловатый, одетый в одежду из просоленных шкур, он вытащил из-за пояса нож и принялся тыкать острым концом в тела мертвецов. Второй худощавый и дрожащий от холода не меньше Элара, брезгливо прищурился и зажал правой рукой нос. В овраге и впрямь нестерпимо воняло.

– Дались тебе эти мертвяки, – глухо прогудел худой, пиная носком ботинка изувеченный труп молодой девушки.

– А ну цыть, – рявкнул на него первый. – А ну как тут живчики остались? Ежели остались, так мы еще и деньгами разживемся.

– Лучше бы в поместье пошли, с остальными, Пуст.

– Ага, как же, – рассмеялся тот, оттаскивая в сторону останки сына садовника. – Десятки ежели что и оставили, так только дерьмо свое. Нет там ценного, уж поверь. Не первый раз такое вижу. А вот живчики… живчики лучше пары гнутых монет. Точно тебе говорю, Виелис.

– Да нету тут никого… – тощий Виелис запнулся и с испугом вжался спиной в крутую стенку оврага, когда из кучи тел послышался сдавленный стон. – Что там, Пуст?

– Девка, – равнодушно ответил тот, стоя над телом Илмены, молоденькой кухарки. Элар помнил ее доброту. Она всегда подкармливала его. Когда пирожками, когда спелым яблочком. Сейчас же Элар видел перед собой другую Илмену. Истерзанную, искалеченную. Последними силами цепляющуюся за жизнь. – Эх, жалко, что порченная.

– Ну так, отмыть, приодеть, – облизнул губы Виелис. Луна ярко освещала его лицо и Элар увидел, как похотливо блеснули глаза мародера.

– Куда там. Она на пути к Тосу, – сплюнул под ноги Пуст. – Места живого нет. Ну, вытащим, ну отмоем, а она завтра душу отдаст. Возиться лишний раз… – не договорив, эмпеец с размаху вонзил нож под ребра Илмене и радостно гоготнул, услышав слабый болезненный вскрик.

– Жалко, – вздохнул Виелис. – Хоть бы раз нормальную бабу найти.