Гектор Флейшман – Жозефина. Письма Наполеона к Жозефине (страница 27)

Наполеон поклялся, что будет любить Жозефину всегда. Но любить женщину – не значит понимать ее. Жозефина оставалась для Наполеона загадкой в первые годы их совместной жизни. Единственное, в чем он мог быть абсолютно уверен, так это в том, что он нисколько не похож на тех мужчин, которыми Жозефина увлекалась в его отсутствие. Он грустно признавал: «Природа не дала мне привлекательности, чтобы завоевать тебя». Хотя разговоры о разводе начались уже в начале 1799 года, когда он вернулся из Египта – злой, с разбитым сердцем из-за ее явной неверности, – он не мог отпустить ее.

Жозефина, вот уже двести лет обожаемая французами за ее легендарную доброту и такт, составляла во многих отношениях идеальную пару Наполеону, который часто бывал резок и груб. Он замечал: «Я только выигрываю сражения, а Жозефина завоевывает для меня сердца», – и добавлял, что она даже превзошла его ожидания как императрица.

Чувства Жозефины к Наполеону поначалу были весьма сдержанными. Воспитанная в традициях восемнадцатого века, она не ожидала, что основой брака может стать романтическая любовь. Когда Наполеон писал ей письма, она думала, что он иронизирует, и, читая их своим друзьям, приговаривала: «Бонапарт такой забавный». Она не допускала, что муж может так страстно любить жену, находила его чувства к ней чрезмерными и повторяла: «Он проводит дни, обожая меня, как будто я божество».

Наполеон простил Жозефине ее неверность, но она утратила его доверие. Его страсть постепенно переродилась в дружбу, а чувства Жозефины – в любовь и преданность. Она сделалась безумно ревнивой и при этом не могла дать мужу наследника. Когда Консулат открыл дорогу Империи, ее бесплодие стало темой салонных разговоров и предметом неподдельного интереса. Это угнетало Жозефину, которая и сама понимала, что Наполеону нужен наследник, но все же она надеялась, что сможет удержать его.

В декабре 1809 года они развелись, но остались друзьями. Наполеон настоял, чтобы за Жозефиной был пожизненно закреплен титул императрицы, и оставил ей Мальмезон. Сорокалетний император вскоре женился на восемнадцатилетней австрийской принцессе Марии Луизе, которая родила ему сына. Наполеон назвал его Римским королем. На короткий момент показалось, что все его мечты осуществились. Однако вторжения в Испанию и Россию привели Империю к катастрофе. Объединенные армии Англии, Пруссии, России и Австрии вторглись на территорию Франции в начале 1814 года и захватили Париж. Наполеон отрекся и был сослан на остров Эльба, а Мария Луиза вернулась к своему отцу в Вену, взяв ребенка с собой. Наполеон больше никогда не увидел их.

Наполеон часто писал Жозефине письма на официальных бланках. В начале их супружеской жизни он использовал бланки военного департамента или Итальянской армии, украшенные эмблемой Французской республики, где он значился как главнокомандующий армией. Короткие и личные письма он писал на маленьких листках обычной бумаги. Почти все свои письма Наполеон диктовал секретарям, но письма Жозефине (и ее детям Гортензии и Евгению) писал сам. Его почерк было очень трудно разобрать, и однажды Жозефина приняла его любовное письмо за карту-схему местоположения Итальянской армии.

Свои же письма Жозефина оформляла более элегантно. В начале 1800 года она купила бумагу для них в самом известном магазине канцелярских принадлежностей в Париже – Сюссе. Этот магазин, который существует и по сей день, стал официальным поставщиком императрицы. Жозефина заказывала там бумагу, по бокам украшенную мотивами в стиле Древнего Рима и Греции, и конверты из толстой веленевой бумаги кремового цвета с золотым или серебряным обрезом по одной стороне. Ее письма запечатывались зеленым сургучом, а после 1804 года их украшали монограмма с буквой «J» и маленькая корона.

Вскоре после смерти Наполеона были опубликованы некоторые его письма к Жозефине, причем самые страстные. Но в глазах Гортензии, дочери Жозефины, которая старалась уничтожить всякие следы авантюрного прошлого своей матери, эти публикации должны были выглядеть лживыми, апокрифическими и, следовательно, отверженными.

Восемь таких писем было напечатано в Англии в 1824 году, через три года – во Франции. Гортензия ограничилась поначалу тем, что поставила подлинность указанных документов под сомнение.

Однако чтобы уничтожить влияние опубликованных текстов, этого оказалось недостаточно. И тогда дочь Жозефины решила выпустить в свет два объемистых тома под названием: «Письма Наполеона к Жозефине времен Итальянской кампании, Консульства и Империи». Цель этой публикации состояла в том, чтобы доказать: всё, что в нее не вошло, должно решительно рассматриваться как апокриф.

Собрание Гортензии содержало, однако, только ловко подобранные или безжалостно сокращенные послания. Всё в целом облекалось в вид почти нравоучительного пособия для подростков: любовь, страсть, рискованные признания, слишком точные реминисценции – о них и речи не было.

Как и об упреках. И не без причины! Собрание Гортензии начиналось со второй части их романа, однако первая часть была увлекательно интересна. Гортензия же, пожертвовав ей, начинала свою публикацию с приезда Жозефины в Италию. Таким образом, сразу исчезали жалобные, угрожающие, нежные и гневные письма молодого генерала к его легкомысленной жене, остававшейся в Париже и вовсе не помышлявшей порывать с развлечениями, чтобы присоединиться к новому мужу, какими бы лаврами он ни был увенчан.

С 11 марта 1796 года, дня их расставания в Париже, до 13 июля 1796-го, дня их воссоединения в Италии, Наполеон отправил Жозефине минимум 123 письма. Написал же он их, по его собственному заявлению, еще больше: «Придет, быть может, день, когда я вновь тебя увижу… Так вот, в тот день я покажу тебе свои карманы, набитые письмами, которые я тебе не отправил, потому что они были слишком глупы…»

Из этих ста двадцати трех писем, если полагаться на собрание Гортензии, не оставалось ни одного.

К счастью, не все рукописи сгорают, и за последующие полтора века благодаря совместным усилиям исследователей стало возможным собрать немалое количество волшебных образчиков неистовой литературы Наполеона, так что только в эту книгу включено в общей сложности 265 писем.

Генерал

Одиннадцатого марта 1796 года Наполеон отбыл в Италию, так как 2 марта был назначен главнокомандующим Итальянской армией, и молодожены общались посредством переписки.

Покидая Париж, Бонапарт пишет Президенту Директории Летурнеру о своей женитьбе на гражданке Богарне и сообщает ему, что он уже попросил Барраса проинформировать Директорию об этом событии: «Доверие, которое Директория показала мне при всех обстоятельствах, делает моей обязанностью советоваться с ней по всем моим действиям. Это еще одна нить, которая связывает меня с родиной. Это еще одно доказательство моей непоколебимой решимости обрести безопасность только в Республике».

14 марта 1796 года, из Шатильона в Париж

Я написал тебе из Шатильона и послал доверенность, чтобы ты могла пользоваться суммами, которые мне поступают…

Каждый миг отдаляет меня от тебя, любимый друг, и в каждый миг у меня остается все меньше сил выносить разлуку с тобой. Ты – вечный предмет моей мысли. Мое воображение истощается размышлениями о том, что ты делаешь. Если я вижу тебя грустной, мое сердце разрывается и боль возрастает; если представляю, что ты весела и забавляешься с друзьями, то упрекаю тебя в том, что ты так скоро забыла расставание третьего дня, – в таком случае ты легкомысленна и неспособна на глубокие чувства.

Как видишь, мне нелегко себя порадовать. Но, мой милый друг, всё становится совсем иначе, если я вдруг начинаю опасаться, что здоровье твое пошатнулось или у тебя нашлись причины для огорчений, которых я не могу угадать. Тогда я сожалею о том, с какой скоростью мне приходится удаляться от моей милой. Я чувствую, что твоя природная доброта на меня более не распространяется, а я могу быть удовлетворен, если совершенно уверен, что с тобой не случилось ничего дурного.

Если меня спрашивают, хорошо ли я выспался, я понимаю, что мне необходимо сначала получить весточку, что и ты хорошо отдохнула. Болезни и людская злоба задевают меня лишь мыслью о том, что могут поразить и тебя, мой милый друг.

Пусть же мой гений, всегда сохранявший меня среди величайших опасностей, сохранит и укроет тебя, а я останусь неприкрытым.

Ах, не будь весела, будь хоть немного грустна. Но пусть душа твоя будет избавлена от горя, как твое прекрасное тело – от болезни. Ты знаешь, что говорит об этом наш добрый Оссиан.

Пиши же мне, мой нежный друг, пиши подлиннее. И получи тысячу и один поцелуй нежнейшей и наиподлиннейшей любви.

Буонапарте

Наполеон увлекался стихотворениями, которые поэт Макферсон публиковал под именем Оссиана (1736–1796).

Это последнее письмо, подписанное Буонапарте. После 24 марта – только Бонапарт.

30 марта 1796 года, из Ниццы в Париж

Я не прожил и дня без любви к тебе. Я не прожил и ночи, не сжимая тебя в объятиях. Я не выпил и чашки чая, не проклиная славу и честолюбие, которые удерживают меня вдали от моего сердца.

Среди дел, во главе войск, на объезде лагерей у меня в сердце царит любимая Жозефина, она одна занимает мой ум и поглощает мои мысли.