Гэбриэл М. Нокс – Орден Юналии (страница 19)
***
Спустя сутки пути, изнывая от голода и жажды, Хани и Аин брели по серому лесу в надежде увидеть его окраину. Здесь не шёл дождь и ягоды не росли, листья деревьев по вкусу напоминали бумагу и совсем не насыщали, такой же была и кора.
– Думаешь, он хотел таким образом наказать орден? – еле ворочая языком, спросила Хани. Под её глазами пролегли тёмные круги, и без того худые щёки ввалились ещё сильнее.
Аин выглядел не лучше. Голодный взгляд парня падал на каждый пенёк и каждый кустик. В беспочвенной надежде он рассчитывал отыскать жука или грызуна.
– Мне он сразу не понравился, – прочистив горло, ответил он. – Некромантам нельзя доверять.
– Некромантам?
– А ты не поняла, кто поднял тех людей в Саго? Это он и был. Некроманты владеют магией на порядок лучше нас, а ещё им доступны знания о смерти и возвращении из Поу Ваир2.
– Он выглядел таким… нормальным.
– Скорее всего, относится к Высшим, у них вполне себе человеческий вид.
О таинственной расе Хани знала лишь из Академических лекций, да и те слушала в половину уха. Она всегда считала, что некроманты способны лишь поднимать мёртвые тела, а также высасывать жизненную энергию из тел живых существ. Гила что-то говорила о стыке ментальной и материальной магий, но Хани всё это казалось чем-то невероятно сложным и далёким.
Очередная галлюцинация пришла внезапно. Спутники услышали на западе звонкий смех, а когда обернулись, то увидели уже знакомую ривенку и Коро Зоу. В этот раз обессиленный Аин остался на месте и привалился к широкому стволу дерева, устало наблюдая за картиной.
Фигуры влюблённых растаяли, и спутники были вынуждены идти дальше. Кругом раздавался то детский крик, то плач, то встревоженная неразборчивая речь. Лес буквально тонул в тревожной какофонии, затягивал в водоворот чужих воспоминаний. У Хани разболелась голова, Аин тоже хватался за виски, очередной раз слыша, как рыдает испуганный или голодный младенец.
– Когда это закончится? – вновь и вновь цедил сквозь зубы Аин.
– Я больше не могу идти: ноги болят, пить хочу ужасно, – поддерживала его в негодовании Хани.
И он, и она еле двигались, с трудом переставляя потяжелевшие ноги.
– Давай остановимся? – предложила Хани.
– И умереть от голода? Нет уж, я найду край этой дыры.
Снова смех, крики и рыдания, снова непрекращающаяся душевная боль, коей наполнено серое пространство. То там, то здесь возникали образы Юналии и Коро. Где-то они были счастливы, где-то ругались, а где-то просто молчали. Хани видение испугало лишь однажды, когда маг и ривенка посмотрели прямо на них, будто ощутили присутствие гостей.
– Мой отец очень много рассказывал… о… дяде, – вяло начал Аин, пытаясь, вероятно, отвлечься от мыслей о еде и усталости. – Но в доме была всего парочка карточек с его лицом. Семья Зоу отвернулась от Коро, а почему, никто не говорил. Я знал лишь то, что он якобы опозорил семью. Ты знала, что я из благородного рода магов? Наша линия идёт от самих Хранителей магии.
– Нет, не знала.
– В библиотеке я нашёл множество книг, написанных дядей Коро. И знаешь, его идеи оказались близки мне, намного ближе, чем мировоззрение отца. Теино Зоу одержим положением в обществе и статусом семьи перед императором. А Коро… Коро считал, что все мы равны перед Вселенной: и император, и бедняк. Я тоже так считаю. Для меня что ривены, что дуен, что эхлоки – все равны.
– Но некромантам ты не доверяешь, – слабо усмехнулась Хани.
– Это другое.
– Ну конечно.
– Так вот, я всегда мечтал встретиться с Коро. Поговорить с ним. Мне кажется, будь он жив, в семье Зоу ко всему относились бы проще.
– Ну, у тебя хотя бы есть отец, Аин.
– Да, я знаю, тебя Ехоа подобрал.
– Именно. И я до сих пор не имею понятия, кто мои мать и отец.
Аин вдруг остановился, внимательно посмотрел на Хани. В лесу, лишённом магии, она снова выглядела, как диковинный зверь. Белый мех пробивался на подбородке и скулах.
– Знаешь, на самом деле это забавно выглядит. Нет, не ужасно и не противно, даже… мило, что ли.
– Аин, ты точно не в себе от голода, – покачала головой Хани. – Идём.
***
Тропа вывела их к узкому ручью, и Хани даже вскрикнула от радости, увидев его, но приблизившись, поняла, что вода тоже будто замерла, застыла. Нет, не покрылась коркой льда, а просто остановилась.
Поместив руку в её толщу, Хани ощутила лишь приятный холод. Зачерпнуть жидкости на один глоток она так и не смогла.
Вместе с Аином она села на берегу ручья, устало подогнув под себя ноги.
– Извини… за тот случай… – тихо произнесла она. – За то, что убежала.
Аин молчал, глядя в пустоту, ни один мускул на его лице не дрогнул.
– Мне всегда было страшно, что кто-то узнает о моих проблемах с магией, о влиянии мэркуэрона. Я была чужой в Академии, понимаешь?
– Да, похожее чувство.
– У тебя? Только из-за влияния камня?
– Нет, из-за родителей. Когда отец отправил меня в Академию, мать ни слезинки не обронила. Ко мне относились как к… гостю. Хани, а ты не думаешь…
Аин осёкся, и девушка удивлённо вскинула брови, услышав, как по-доброму и нежно звучит её имя в его устах. Впервые за много лет он назвал её «Хани».
– Что?
– Что всё это не просто так. Что наша отправка не была ошибкой. И здесь мы тоже не случайно?
– Конечно не случайно, от нас избавился некромант…
– Поверь мне, если бы такой, как он, хотел нас убить, мы бы уже не шевелились. Нет, тут что-то другое. Гляди!
Аин подскочил с места и указал дрожащей рукой вперёд. Между тощими стволами мелькнула крохотная фигурка то ли птицы, то ли бабочки.
– Снова галлюцинация? – спросила Хани, не скрывая разочарования.
– Нет, это птица. Настоящая, живая.
– Я не уверена…
– Да посмотри же внимательно. Там деревья шевелятся, – раздражённо бросил Аин. И Хани проследила за его жестом. В метрах двухстах над пожелтевшей травой действительно летала маленькая птичка.
Оба рванули с места и помчались как голодные псы, учуявшие добычу. Хани даже удивилась собственной прыти после пары суток без сна, еды и питья. Словно у неё открылось второе дыхание.
Стоило переступить серую безжизненную черту, как холодный ветер обдал их лица и тела. Пахнуло лесной сыростью.
– Значит, мы смогли! – радостно воскликнула Хани, да так неожиданно, что Аин вздрогнул. – Выбрались из магической аномалии! Тут всё живое!
– Да. И вон там в чаще я вижу небольшую хижину. Линия мёртвого леса проходит прямо по забору.
Они двинулись в сторону невысокого деревянного домика из сруба. Вокруг заросшего малого сада возвышалась ограда из резных панелей. Между деревьев неподалёку свисал гамак. Под небольшим навесом около входа в углу стояли две удочки на металлических болтах. Только подойдя ближе, Хани рассмотрела проржавевшую и отвалившуюся рукоятку у катушки одной из них. Здесь же прямо на земле валялось небольшое деревянное корыто, распухшее от лесных дождей и подёрнутое пушистым мхом. Это место тоже замерло во времени, но уже иначе.
Аин отворил просевшую дверь, осторожно вошёл внутрь.
– Никого, заходи, – послышался его голос.
Когда-то хижина представляла собой уютное гнёздышко семьи отшельников. Одна большая кровать с разноцветным пледом, две крохотные детские люльки, на стенах красивые рисунки: лес, дом, дети и… Коро Зоу.