Гай Орловский – Ричард и Великие Маги (страница 25)

– Сэр Ричард, да кое-кто уже успел… Но я на посту, только завидовал. И Умальд со мной, хотя в пустом коридоре чего делать вдвоем?

– Не всегда же на посту, – сказал я с пониманием и добавил строго: – Но с местными даже в постели нужно думать о родине!

Он вытянулся, сообщил поспешно:

– Ваше величество, сэр Норберт велел сказать, стол накрывают в нижнем зале.

– Удобно, – одобрил я. – Местные должны видеть наше величие. Скажи там, я посовещаюсь с Господом и сразу приду к ним!

Неспешно и величаво спускаясь по широким ступеням, укрытым красным бархатом, услышал внизу знакомые голоса, бодрые и, как говорят, исполненные силы, что значит грубые и безобертонные, как бы простые и мужественные, мы не женщины, у которых должна быть богатая тональность.

Зал исполинский, но в нем всего три стола, только для военачальников, да и тем мест недостает, потому завтракают быстро, освобождая стулья.

В зал то и дело заглядывает из коридора, но не входит Юстер. Блестящая кираса слегка помята, на выпуклой груди царапины, выглядит озабоченным, но не похоже, чтобы в чем-то создавал проблемы моим людям.

Я подошел со спины, он уловил по грохоту сапог моих телохранителей, что главное сзади, торопливо развернулся. Я милостиво кивнул ему, он поспешно отвесил короткий поклон.

– Сэр?

– Хорошая работа, сэр Юстер, – сказал я.

Он ответил хмурым голосом:

– Я не рыцарь.

– Отныне рыцарь, – сообщил я величественно. – Я, император, лично посвящаю вас в сие благородное сословие за отвагу и стойкость при исполнении долга. Продолжайте обеспечивать закон и порядок. Если понадобится, привлекайте моих людей. Мы, как вы заметили, олицетворяем закон и порядок, как и принято в армии. Похоже, эту ночь не спали?

Он ответил с заминкой:

– Как и две предыдущих. Потому, простите, соображаю плохо.

– Отоспитесь, – посоветовал я. – Пусть поработают ваши младшие командиры. Не все разбежались?

Он ответил с неловкостью:

– Все.

– Выберите из рядовых, – велел я, – кто остался верен долгу и вам, как отцу-командиру. Повысьте в должности, это даст и прибавку к жалованью. А так вообще ничего особого не случится.

Он всмотрелся в меня с тревожным ожиданием.

– А вы, сэр… почему вас называют императором?

– Не похож? – спросил я. – Потому что мы в походе, а в походе я полевой вождь, что гораздо выше любого наследного императорства.

От третьего стола уже орут и машут мне руками. Я улыбнулся Юстеру и пошел к ним, растопыривая руки для объятий, увидев сэра Растера, Макса и графа Келляве.

Слуги торопливо внесли еще стол, чуть поменьше, моментально уставили широкими блюдами с жареным мясом, рыбой, разложили большие круги сыра.

Макс предупредил торопливо:

– Я на минутку!.. Нужно пообщаться с сэром Рокгаллером, есть общие интересы насчет снабжения армии не только из столицы. Проще на местах организовать…

– Успеешь, – заверил я и, обняв всех по очереди, усадил за стол. – Как у вас?

Растер прогрохотал довольно:

– Мы проверили и взяли под контроль казармы. Солдаты здесь хреновые, почти все разбежались. Правда, с оружием, что хорошо… и что, конечно, плохо… Зачищают от грабителей окрестные деревни, откуда везут сюда провизию и вино.

Передо мной поставили тарелку с парующим мясом, слуг пока на кухню решили не допускать, люди Норберта готовят сами, но вполне съедобно и даже вкусно.

– Как прошла ночь? – осведомился я. – Без нападений?.. Какие-то странности?

Докладывали не поднимаясь, я запретил, мы в походе, а не во дворце, хоть и во дворце, но в походе, не до пышных ритуалов.

Далеко у входа в холл еще пару раз мелькнула фигура Юстера, все никак не решится пойти спать. Ответственный командир, старается понять, кто же я такой, что за император, а сверкающая на солнце страшная громада Маркуса все еще не убеждает, слишком невероятно. В ту сторону местные стараются не смотреть, о Багровой Звезде Зла не говорят, это как неизбежная смерть, о которой пытаются даже не думать.

К тому времени, как перешли к десерту, все новости я услышал, да и какие здесь новости, все затаились и ждут. Наконец Кенговейн, верный вассал Альбрехта, сел рядом и сказал тихонько, глядя в тарелку:

– Ох, сэр Ричард…

– Что-то случилось? – спросил я с сочувствием.

– Мир перевернулся, – ответил он с каким-то странным смешком. – Я тогда тоже подумал, как и все, что вы пошутить изволили… ну, насчет доступных женщин, чем выше, тем… ну как бы…

– А-а-а, – сказал я, – кого-то уже?.. Герцогиню, не меньше?

Он ответил шепотом:

– Стыдно признаться, но не я, а меня… Даже не думал, что женщины могут быть такими смелыми. И пикнуть не успел… Даже и не знаю, сэр Ричард… как с этим вот будете бороться?.. Молодежь не удержим точно…

– Будем, – пообещал я. – Вы же молоды, сэр Бриан, а вот уже почти удерживаетесь.

– Как удержите?

– Пойдем от обратного, – пообещал я. – Никаких «низзя», не подействует, а напротив – сделаем еще доступнее! Чтоб никакой сладкой запретности. Укажем этим утехам их истинное место, а оно, если уж правду, крайне низкое. Ценное только для простолюдинов. Это же любой таракан умеет! А уж про козлов вообще молчу.

– И что, – спросил он с недоверием, – откажутся?

– Не откажутся, – согласился я, – но не будут ценить и вообще придавать значение. То, что для местных ловеласов почти цель жизни, они все на уровне тараканов, для наших будет как посрать сходить. Необходимость есть, даже некоторое удовольствие, но на политику партии вашего лорда и предстоящий подъем сельского хозяйства влияния оказывать не будет.

Он покрутил головой.

– Ох, сэр Ричард… На все у вас есть решение.

– Вот только насчет императора нет, – ответил я тускло, – хотя с магами почти решил… Там как, народ уже собирается?

– Четверть армии готова загрузиться в Маркус, – заверил он. – Еще четверть подтягивается, жует на ходу. Остальные будут удерживать, как вы и велели, позиции здесь. У всех такой подъем, даже страшно. Все вообще-то готовились сражаться со всей яростью…

– Подъем, – сказал я, – всегда страшно. Потому что за подъемом… в общем, тоже дожуем на ходу. Но сперва дождемся разведчиков с последних багеров.

Подошел Альбрехт, вид достаточно разочарованный, издали покачал головой. Я указал ему место рядом, он сел, обеими руками придвинул блюдо поближе, очень серьезный, покачал головой.

– Сэр Ричард, в канцелярии императора обшарили все.

– Насчет карт?.. Вы ешьте, дорогой герцог, а то как-то худеете неприлично.

Он ответил хмуро:

– Ни одной карты! То ли сожгли, то ли унесли с собой. Хотя не понимаю, какой смысл?

– Может быть, – предположил я, – для истории? Или ищут закономерности? Да ешьте же, а то скажут, что всех объедаю.

Он нехотя взял в руку нож, но есть еще не стал, поинтересовался:

– Какие закономерности?

– Сравнивают, – пояснил я, – с тем хаосом, что был после предыдущих визитов Маркуса? Вдруг разломы всегда на одних и тех же местах?.. Ладно, ждем возвращения разведчиков.

– Норберт уже во дворе, – предупредил он. – Там все время кто-то да возвращается. Есть и совсем интересные новости.

Я с энтузиазмом потер ладони:

– Прекрасно. Сейчас закончу с этой перепелкой, и пойдем. Хотя ладно, дожую на ходу…

Обглоданную ножку вручил обомлевшему лакею у выхода, Альбрехт по дороге рассказал, что сэр Джуллиан, Верховный Псарь, выказал себя настоящим государственником: гонцы по его указу ринулись на багеры, спеша попасть во все концы империи, а так как большинство его работников пребывают в столице, то уже к вечеру их доставили в его прежний кабинет, где всех впряг в работу, и сейчас вот еще пашут со вчерашнего вечера не поднимая головы.

Верховный Псарь как будто услышал, что разговор о нем, торопливо догнал нас, поклонился совсем не со вчерашней слоновьей грацией.