Гай Орловский – Ричард Длинные Руки — Властелин Багровой Звезды Зла (страница 59)
– Жизнь неласковая, – сообщил я ей потрясающую новость, – откуда научиться? А меня почешете между ушей, принцесса?
Она посмотрела исподлобья.
– Вы меня отпускаете?
– Я и не держал, – заверил я пылко. – Ну, разве что самую малость. Мне так одиноко и совсем не спится.
Она поднялась из кресла и, не сводя с меня взгляда, сделала шаг в сторону зеркала.
– Бобик, – велел я, – ко мне!
Он поднялся, поглядел на принцессу с укором, но тяжело вздохнул и, подойдя ко мне, рухнул у моих ног.
Принцессе проходить пришлось мимо меня, потому на всякий случай обошла по дуге, а то ухвачу и усажу себе на колени, мужчины всегда так делают, старшие женщины рассказывали всякие ужасы, что потом, когда вот так ухватят и усадят.
Я не двигался, а она, все убыстряя шаги, пошла к зеркалу, последние шаги пробежала, там одной рукой ухватилась за раму, другой подобрала длинный подол платья, оглянулась.
Я сказал торопливо:
– Принцесса, вы в безопасности! Можете скрыться в любой момент, но умоляю, просто поговорите со мной!.. Может быть, именно сегодня последний день империи и наших жизней? Может быть, остались минуты?..
Она сделала движение ринуться в зеркало, но оглянулась снова.
– Вы… почему вы… так?
– Последний день, – напомнил я. – Почему бы его не прожить честно?
Она вдвинулась в зеркало почти вся, только перевитая лентами золотая копна волос осталась на этой стороне, потом принцесса повернулась в нашу сторону, странное зрелище, когда лицо выступает из поверхности зеркала, как барельеф из стены.
– Вы странный вор…
– Еще бы, – согласился я. – Ворую империи и всякие там королевства… Хуже того – ворую веру в людей! Хотя у кого она еще есть?
Она сказала из зеркала сердито:
– У меня.
– Принцесса, – сказал я, – весь мир погибнет. Ваш император Скагеррак сейчас в пещерах?.. Так и думал. Тогда чего вам не остаться здесь?
Она покачала головой, края лица исчезали за кромкой зеркала, оставались только глаза, нос и губы.
– Во-первых, я вас боюсь. Во-вторых, я дала слово магу Лаперузе.
– Он там в комнате? По ту сторону зеркала?
Она ответила настороженно:
– Да… а что?
– Спросите, – сказал я быстро, – можно мне пройти на ту сторону с вами?..
Ее глаза стали строгими, однако повернулась, я видел только кончик ее прически, некоторое время ничего не происходило, звуки через зеркало не проходят, наконец золото волос исчезло, возникло ее лицо с недоумевающим выражением и тревогой в глазах.
– Он сказал, можно…
– Спасибо, – вскрикнул я. – Бобик, вперед!
И мы разом ломанулись на ту сторону.
Глава 7
Из тьмы в яркий свет, помещение заполнено светом, сверкающие огнями люстры висят прямо в воздухе, свет дают яркий и радостный, а за широким окном звездная темнота ночи, что лишь подчеркивает уют этого мирка.
На той стороне огромной комнаты в кресле удобно расположился старик в расшитом звездами плаще и в островерхой шляпе с широкими полями.
В руках посох, наконечник направлен в мою сторону, красный камень горит зловеще-багровым огнем.
– Стой, – велел старик хрипловатым голосом, – где стоишь!
– Стою, – ответил я и сказал быстро: – Бобик, лежать!..
Бобик тут же лег у моих ног, а я растопырил руки и пошевелил пальцами, показывая, что в ладонях ничего, а то вдруг старик подслеповат, с возрастом зрение у всех садится.
Старик сказал требовательно:
– Ты вор?
– Нет, конечно, – ответил я, – хотя кто из нас не вор? Воровство – понятие расплывчатое. Все мы воруем друг у друга время…
– Понятно, – прервал он и опустил направленный мне в грудь наконечник посоха. – Принцесса, он в самом деле варвар с Севера. Это видно сразу даже по доспехам…
– Вот как, – ответил я с огорчением, – а я думал, по моей исполненной благородства внешности, одухотворенности и бьющей через край харизматичности.
– Принцесса сказала, – продолжил он неумолимо, – что тебе доверяет…
Я оживился:
– Наконец поверила, что я властелин Багровой Звезды?
Он покачал головой.
– Нет, просто решила, что не причинишь ей зла. Но это она поверила…
– Понял, – ответил я. – Взаимное недоверие – залог успешного сосуществования. А если еще и гарантированное взаимное уничтожение друг друга раз двести, то еще лучше. Но у нас могут быть даже в таком положении общие интересы…
– Какие? – спросил он без интереса.
– Не знаю, – ответил я честно. – Вы же маг, а я воин, значит – враги. Но вы помогаете этой чудесной девушке, значит – человек хороший. Я тоже готов ей помочь…
Он поинтересовался с иронией:
– Помочь? Как?
Я пожал плечами.
– Да как угодно. К примеру, разнести империю… как ее… Клонзейд. Только из-за названия стоит смести с лица земли, слишком дурацкое. Давайте переименуем? Для меня это запросто. А можно за то, что ее император обидел эту милую малышку. Выбирайте, что вам больше нравится.
Принцесса насмешливо сказала:
– Легко говорить такое, когда мир вот-вот…
– Давайте, – сказал я, – обсудим, как в цивилизованном мире, а не на поле брани? Например, за чашей вина? Хорошо?
И, не дожидаясь ответа, мало ли что ответят, я сосредоточился и создал три фужера из тончайшего стекла, которого и не видно бы, если бы не кроваво-красное вино, чей тонкий и в то же время сильный аромат сразу потек по комнате.
Маг сказал с иронией:
– О, перед нами маг? Что ж, прошу за стол…
Я выждал, пока сядет принцесса, они оба отметили этот странный жест вежливости, а я, собравшись с силами, быстро уставил стол пирожными всех видов, мороженым в вазочках, наконец восточными сладостями и сахарным печеньем.
Бобик устроился под столом, на меня поглядывал с ожиданием. Я сосредоточился, давно такое не проделывал, с усилием создал гуся, хотя по легкости, с какой он появился на столе, он просто исчез с чьего-то стола, а я зашвырнул его под стол.
Там тут же послышался мощный хруст перемалываемых костей. На лице мага наконец проступило изумление, он поднял на меня взгляд очень внимательных глаз.
– Такова магия Севера?
– Я не маг, – сообщил я. – Такое у нас каждый ребенок может. Все, кроме вина, детям не положено, а взрослых не жалко. А вот маги… о, маги могут все! Но им нельзя.