Гай Хейли – Заблудшие и проклятые (страница 52)

За спиной Кацухиро раздался хруст.

– А вот это уже просто кошмарная удача, – прокомментировал Доромек.

Кацухиро резко обернулся – а это требовало огромных усилий. Противогаз, который он носил, был плохо спроектирован: пар от дыхания затуманивал линзы, а передняя часть маски отодвинулась в сторону при повороте, ухудшая обзор призывника еще больше.

Доромек посмотрел вниз. Он был без противогаза и жевал кусок хлеба, зажатый в окровавленной руке.

– Можешь его снять, – сказал товарищ, кивнув на маску Кацухиро. – Воздух все еще воняет, но газ уже не настолько концентрированный, чтобы причинить тебе вред.

Кацухиро нерешительно протянул руку, расстегнул противогаз и стянул его через голову. Резина отвратительно заскользила по потной коже. Холодный горный воздух ударил в лицо, а запах газа вызывал тошноту, но солдат с благодарностью вдохнул его, радуясь, что освободился от удушливой маски.

– Слава Императору, – сказал Кацухиро. – Император нас защищает.

Доромек с любопытством посмотрел на него.

– Ты ведь не один из них, правда? Ты ведь не верующий, а?

– Я… – начал было Кацухиро. – А что? Что такого? Я просто где-то это слышал.

– Ну, – хмыкнул Доромек. – Император тут ни при чем. Наше положение спасли космодесантники и слепая случайность.

– Куда делся враг?

– Назад, – сказал Доромек. – Предатели усилят осадные лагеря. Полагаю, они добились того, что намеревались сделать – под прикрытием боя эти ублюдки подтянули артиллерию и уже выпустили несколько снарядов в стены.

– Но зачем?

– Кто его знает? – пожал плечами Доромек. – Но у них есть на то причина, можешь не сомневаться. Я знаю, что легионеры не делают ничего без причины, – солдат улыбнулся. – А ты был очень храбр, не так ли?

Кацухиро опустил глаза, позволяя взгляду остановиться на Ранникане.

– Оставь меня в покое.

– Как хочешь, – сказал Доромек. Он бросил пакет с хлебом рядом с Кацухиро и ушел. – Только не устраивайся слишком удобно! – крикнул он, будучи в отдалении. – С третьей линией уже покончено! Скоро мы будем отступать за вторую!

Кацухиро смотрел ему вслед, пока Доромек не ушёл. Когда он скрылся из виду, Кацухиро схватил Ранникана.

Перевернув товарища, солдат застонал. Мертвые всегда были тяжелее, чем он ожидал, а в его ослабленном состоянии перенос трупа был практически неосуществимой задачей.

Кацухиро встревожили открытые глаза Ранникана. Он обрадовался куда больше, чем следовало бы, когда повалил труп лицом в грязь, но то, что солдат увидел, было куда хуже.

Кацухиро застыл, уставившись на спину мертвого друга.

Смертельная рана, что унесла жизнь его товарища, была ожогом лазера, искусно нацеленным в спину прямо в сердце Ранникана.

ДВАДЦАТЬ ДВА

Кровавая охота

Цена славы

Недостойный сын

«Завоеватель», околоземная орбита Терры, 7-ое число, месяц Квартус

Одного присутствия Кхарна на мостике было достаточно, чтобы привести в ужас команду. Когда легионер только вошел, бойцы Лотары напряглись и крепче сжали свое оружие. Одних звуков неторопливых шагов, доносившихся с палубы, вполне хватало, чтобы офицеры съежились в страхе. Люди чувствовали запах крови, запекшейся на оружии воина, и вздрагивали в унисон со звоном цепей, прикованных к его доспехам.

Пусть смертные дрожат. Пусть они боятся.

Лотара Саррин тоже боялась центуриона, но у нее хотя бы хватало смелости встретиться с ним взглядом. Команда и корабль выглядели потрепанными: больше никто не занимался техническим обслуживанием помещений, и целые сектора командной палубы погрузились во тьму. Различные машины обнажили свои кабели и внутренности, повсюду стоял резкий запах крови. На заброшенных станциях лежал огромный слой пыли. Форма экипажа была грязной, а на мостике не хватало людей – постоянные убийства стерли их с лица земли.

Саррин тоже выглядела грязной и неопрятной: кровавый отпечаток, который она носила на своей униформе, терялся под сотней других пятен, но девушка, в отличии от своего корабля, сохранила остатки гордости.

Капитан с нетерпением ждала легионера, и когда Кхарн приблизился к ее командному трону, она встала, чтобы поговорить с воином.

– У нас возникла серьезная проблема, – сказала Лотара, когда легионер подошел к ней вплотную.

– Хн-н-н-н, – рыкнул Кхарн, судорожно сглотнув. Он с трудом перевел свое прерывистое дыхание в привычную для человека речь. – И что, теперь никаких приветствий, Лотара, никаких расспросов о моем здоровье? – голос центуриона походил на невнятное бормотание пьяницы. Он полностью сосредоточился, пытаясь сдержать свою жажду насилия. Чем дольше Пожиратели Миров находились на орбите, тем сильнее стучали Гвозди, и тем настойчивее становились их требования пролить кровь. Командование было неприятным и отвлекающим от более важных дел мероприятием. Воин должен сражаться и проливать кровь…

– У меня нет времени на твои попытки шутить, да и у тебя тоже, если ты все-таки хочешь увидеть конец войны, а не умереть от рук собственного отца, – несдержанно ответила капитан. Женщина была худой и измученной попытками навести хоть какое-то подобие порядка на своем корабле. – Давай, – приказала Лотара одному из своих людей. – Покажите мне изображение.

Рука Кхарна нетерпеливо сжалась на рукояти «Дитя Кровопролития». Он никогда не выпускал топор из рук. Легионер предпочел бы лишиться своих конечностей, но только не отпустить оружие.

– У меня нет времени, хн-н-н-нг… на это… и на все остальное…

– Уж будь любезен, удели мне немного времени. Будь ты проклят, Кхарн! Приди уже в себя! Посмотри, что ты натворил!

Появился цилиндрический куб. Он казался неисправным и показывал только кроваво-красное изображение, но это было не так. Из аудиопроэкторов доносился ужасный рев, сопровождаемый такими слабыми криками, что их едва можно было расслышать. По экрану пронеслась нечеловеческая огромная рука, растопырившая когтистые пальцы, и по полу тут же разлетелась куча конечностей и запекшаяся кровь.

– И что здесь такого? – спросил Кхарн. Гвозди Мясника мягко пронзали его череп при виде этого зрелища, пытаясь искусить устроить подобную бойню на мостике. Оставшийся экипаж был укомплектован меньше, чем на половину, и все они знали, на что он способен. Матросы ждали, что Кхарн убьет их. С какой стати разочаровывать людей?.. Его указательный палец дернулся к переключателю, который должен был оживить оружие и превратить зубья в размытое пятно. Легионер прикинул, что сумеет уложить двадцать человек команды прежде, чем они успеют хоть как-то среагировать… – Смертные умирают. Легионеры нет.

– Ангрон бесчинствует на палубах рабов! – воскликнула Лотара. – У нас и так осталось слишком мало людей! Мы не можем себе позволить так глупо ими разбрасываться!

Кхарн представил, как берет череп капитана. Она не обладала великой силой, но ее действия привели к гибели миллионов мужчин. Лотара станет достойным подношением Медному Трону…

Эта мысль потрясла Кхарна лишь на мгновение – но этого было вполне достаточно, чтобы он вернул контроль над собой.

– Я уверена, Ангрон убьет их всех, но у нас есть и более важные проблемы.

– Какие же? – выдохнул Кхарн своим опасным гортанным шепотом.

– С тех пор, как ты закрыл его там, примарх прорубает себе дорогу через весь флагман. Он в опасной близости от инжинариума, и если ему удастся проникнуть туда, то в порыве ярости он может уничтожить трансмеханические блоки, а это приведет к гибели корабля! Или же Ангрон заскучает и найдет дорогу сюда и тогда тебе придется сражаться с ним!

Кхарн уставился на изображение. В поле зрения появилось демоническое лицо примарха. Прищурившийся желтый глаз заглянул в видео-авгур. Затем появился огромный кулак и превратил картинку в облако статики.

Кхарн сразится с Ангроном. Он мог бы сделать это…

– Отключить трансляцию, – приказала Лотара. Проекционный цилиндр мигнул, и картинка окончательно погасла. – Ты можешь его остановить? Мы уже зашли так далеко… Я не хочу умереть до того, как у нас появится шанс сразиться!

– Мой отец волен делать то, что пожелает, – ответил Кхарн, сглатывая слюну, отдающую медью. – Ничто не сможет его удержать. Ангрон не вернется в свои покои. Он стал слишком сильным и больше не может сдерживать свою мощь. Я… Я…

Кровь. Ангрон пролил кровь. Голос в голове Кхарна требовал ответа – почему этого не сделал он?

Лотара шагнула к нему.

– Кхарн? Кхарн! Послушай меня! – прокричала капитан.

– Я слушаю, – с трудом выговорил легионер.

– Кхарн, я знаю как тебе тяжело, – мягко произнесла женщина. – Но также я знаю, что ты слышишь и понимаешь меня. Ангрона нужно остановить.

Кхарн посмотрел на капитана сверху вниз. Стук каждого удара сердца тяжело отдавался в голове, вызывая агонию.

– Ты была его любимицей. Он сам одарил тебя кровавой меткой, а ты хочешь запереть его? Наш отец желал первым высадиться на Терру. Он едва не погрузился в полное бешенство! Видеть, как Легион Мортариона высаживается на планету раньше него – настоящее оскорбление. Нам повезло, что примарх не оставил «Завоеватель» и не отправился крушить Гвардию Смерти…

– Это все очень прискорбно.

– Он едва сдерживается. Я запер его, как ты и приказала. А теперь оставь Ангрона в покое. Он причинит мало вреда там, где сейчас находится.

– Мало вреда?! – закричала Лотара. Ее лицо сморщилось в недоверии. – Малый вред не включает в себя уничтожение наших инженеров и последующую гибель реактора!