Гай Хейли – Волчья погибель (страница 5)

– Клык. Они зовут его Клыком. Только не называй и это слово. Или Этт или никак.

Иллюзия владений варварского короля была бы полной, если бы не многочисленные разрушения, обнажавшие техническое оборудование. Проведенный после Алаксеса временный ремонт свели на нет недавние набеги корабля за пределы Солярного периметра. Новые шрамы наложились на старые раны, корабль получал все новые и новые повреждения. Целые секции изолировали. Там где пламя прорывалось сквозь переборки и выжигало отсеки, кучи древесного пепла перемешались с костьми смертных. В других секциях примитивное покрытие Космических Волков срывалось для получения доступа к недрам корабля. Работающие молоты сотрясали «Храфнкель» лихорадочной дрожью. Этот гигантский зверь получил почти смертельное ранение. Понадобятся десятилетия, прежде чем он восстановит полную боеготовность.

Локен слышал, что Леман Русс собирался отбыть в течение недели.

Тюрфингр вел Локена все дальше внутрь, и повреждения становились менее заметными, хотя их следы ни разу полстью не исчезли. Воины поднимались по влажным лестницам и на подъемниках, чьи механизмы боролись с деформированными шахтами. Через некоторое время два легионера добрались до спинальной магистрали, огромного, от носа до кормы, коридора, которым располагали все крупные звездолеты.

Даже здесь, под гигантскими окнами, где стремительно мчались монорельсовые поезда, а украшенные ворота вели к дворцам астротелепатии и астронавигации, управления вооружением, инжинариуму и другим огромным секторам, ощущение примитивного поселения оставалось стойким. Каждые несколько сотен метров высеченные менгиры, чьи основания все еще хранили грязь чужой земли, стояли часовыми в нишах, которые на кораблях других Легионов могли занимать статуи. Локен увидел несколько братьев Брора до того, как они добрались до спинальной магистрали, где Космических Волков было уже немало. Большинство носили маски и сегментированные кожаные костюмы. В целом они походили на одеяние Брора, но обладали отличительными особенностями, которые отражали нрав воина, который его носил. Для каждого легионера кожаный костюм был более индивидуальным, чем его лицо. Выделанные из шкур фантастические звери сверлили взглядами проходящего мимо Локена, и он чувствовал себя неуместным в своем сером боевом доспехе без отличительных знаков. Те немногие легионеры, что носили броню, были ничуть не менее странными. Их темно-серую броню украшали переплетающиеся узоры, кованые руны, веревки с нанизанными зубами и кончики волчьих хвостов, вставленные в угловатые медные украшения.

Брор завел Локена в вагон для экипажа, заполненный трэллами. Многие из них носили форму с многочисленными знаками отличия, как и у их хозяев, и Локен решил, что это были старшие по званию кэрлы Легиона. Монорельс безжалостно ускорился, превратив спинальную магистраль в размытое пятно.

Вскоре они достигли командного шпиля и направились к Волчьему Чертогу – тронному залу Лемана Русса.

Ведущий к залу длинный оборонительный коридор был облицован исключительно огромными листами из слоновой кости. Здесь находились варагюр, которых чужаки называли Волчьей гвардией. Эти отмеченные множеством наград ветераны Космических Волков стояли на страже снаружи зала, хотя Локен использовал бы подобный термин только условно, потому что они не стояли навытяжку, но собрались группами по двое-трое, громко разговаривая на грубом фенрисийском языке, словно какие-то гуляки, и на первый взгляд небрежно относясь к своему заданию. И даже эмблемы у них были разными. Общим был только знак Легиона в виде красного рычащего волка на левом наплечнике. На других заметных местах боевых доспехов Локен видел двуглавых, стоящих на задних лапах, воющих и прочих всевозможных волков.

– Мой лорд не придерживается этикета, – прошептал Брор, заметив выражение лица Локена. – Мы не проводим парадов.

– Понимаю, – сказал Локен.

– Лучше быть верными и немного грубыми, чем лощеными солдафонами с предательским нутром, не так ли? – спросил Брор.

Его слова производили впечатление прямого вызова, пока Брор не пихнул Локена и не оскалился. Локоть Космического Волка с глухим стуком ударился о пласталь. Хотя на Локене был доспех, он был рад, что его не оказалось на Броре.

– Вот эти – Волчья гвардия из эйнхериев, внутренний круг ярла. Они здесь в твою честь. Все это ради тебя, – Брор поднял руку и ухмыльнулся своему приятелю. Воин был в силовом доспехе, но без шлема, а его лицо закрывала такая же, как у Брора кожаная маска. Он кивнул в ответ.

– Это честь для меня, – сказал Локен.

– Так и должно быть, – ответил Брор.

Локен был искренен. Для него это было честью. В прошлом он бы пропустил эти слова дикаря мимо ушей, считая свой Легион намного лучшим. Это было до того, как Лунные Волки стали Сынами Гора, а Сыны Гора стали изменниками. Волки Русса, истинные волки, оказались более верными.

Они прошли через толпу воинов, принося им свои извинения. Космическим Волкам совсем не была присуща дисциплина, но Локен знал, что за этим скрывается устрашающее воинское мастерство.

Жаровни источали удушающий жар. В них использовались животные масла, которые покрывали потолок жирным налетом. В дальнем конце коридора путь преграждали огромные и круглые двери, покрытые слоновьей костью. По их периметру тянулся змей, обрамляя чешуйчатым кольцом бурное море, наполненное чудовищами и тонущими деревянными кораблями. Пасть змея крепко вцепилась в его же хвост. Локен узнал уробороса, древний символ вечности, но он никогда видел его в таком образе.

– Брор Тюрфингр! – проревел бородатый гигант. Он носил такой же, как у Брора кожаный костюм и от него разило берлогой пребывающего в спячке медведя. Воин полуобнял, полуобхватил борцовским хватом Брора. Локену пришлось сделать шаг назад, чтобы увернуться от их шумного приветствия. Воины с кряхтеньем потолкались, после чего разразились смехом и крепко обнялись.

– Вот, брат Локен, – сказал Брор, обняв за плечи воина. – Этот варагюр Кеттрил Модинссон, прозванный Угрюмым, из свиты Хварла Красного Клинка, ярла Сепп.

Кеттрил одарил Локена широкой заразительной улыбкой.

– Одинокий волк, – сказал он и протянул руку. Локен пожал ее только, чтобы очутиться в объятиях, которых предпочел бы избежать. Он набрал полный рот затхлой шерсти, прежде чем Кеттрил его отпустил.

– Познакомиться с тобой – честь, брат, как волку с волком, – сказал Кеттрил.

– У меня больше нет братьев, – ответил Локен. Эти слова заставили Кеттрила снова притянуть к себе Локена.

– Никогда так больше не говори, – прошептал фенрисиец. – Здесь мы все – волки Императора. Если ты обнаружишь, что некому прикрыть тебя, – он в шутку кивнул в сторону Брора, – можешь позвать меня. Клянусь тебе пламенем мировой кузни.

– Благодарю тебя, – только и ответил Локен, не зная точно, что говорить.

– Волчий Король созвал эйнхериев, – сказал Кеттрил Брору. – Говори четко и с гордостью, – посоветовал он Локену. – И ничего не пропускай.

Кеттрил пронзительно свистнул. Двери открылись. За панелью из слоновой кости оказались стандартные адамантиевые противовзрывные двери, толстые и величественные, как и на любом корабле. «Суть Космических Волков», – подумал Локен. – Маскировка железа под прикрытием примитивизма».

– Что ж, идите, – сказал Кеттрил. – Не заставляйте ждать Повелителя Зимы и Войны.

Зал за дверьми был огромным, но из-за количества воинов и того, что они собрались в его центре, он казался маленьким и тесным. Потолок терялся в задымленной темноте. Несколько стрельчатых окон пропускали достаточно сияния Терры, чтобы осветить резных чудовищ, притаившихся на вершинах колонн. Локен бы предпочел, чтобы они оставались невидимыми. Они напомнили ему нечистых существ, которых он видел на «Мстительном духе».

Единственным источником света были жаровни и смолистые факелы.

Крошечные люмен-индикаторы на силовых доспехах мигали в мрачном зале, перемещаясь подобно искрам, когда их носители двигались. Тюрфингр проложил дорогу через два десятка диких воинов. Здесь было много лордов, а прочие Легионес Астартес, щеголявшие примитивными костяными амулетами на силовых доспехах, явно принадлежали к знаменитым жрецам Лемана Русса. Многие из присутствующих носили странные кожаные маски Своры. У пары легионеров шлемы имели форму волчьих черепов. В мерцающем свете маски плясали, придавая залу облик преисподней, населенной забытыми богами. Только у горстки воинов лица были обнажены, но выглядели они такими же жуткими и свирепыми, как и прочие.

На костяном троне восседал Волчий Король. Брор без церемоний повел Локена к примарху. Люди входили и выходили через различные небольшие двери по бокам зала, и примарх не обратил внимания на гостя, пока его не представили.

– Мой ярл! – обратился Брор, пройдя мимо варвара в черной броне. – Он со мной, я привел последнего верного Лунного Волка!

Приближение к Волчьему Королю было сродни движению навстречу буре. Свет изменился. Воздух изменился. Ощущалось легкое давление на те редко используемые чувства, что предупреждали о грозящей беде. Это они говорили женщине, что ее сын погиб в бою, они предупреждали дитя о таящейся в темноте опасности. Мир менялся в присутствии Русса, становясь менее понятным и более первобытным. Шаг навстречу примарху означал шаг назад во времени, к человеку из далекого прошлого, когда огонь не пускал зверей в пещеру, и у каждого валуна было имя.