Гай Хейли – Волчья погибель (страница 28)
А затем наступил финал: утонченное завершение и от этого более убедительное. В этом изображении было больше, чем просто визуальная достоверность. Каким-то, неведомым для Коула образом, и судя по голосам других свидетелей этого технологического чуда, для них тоже, изображение перестало быть таковым, и стало реальностью.
Неподвижная до этого момента одежда незнакомца зашевелилась от дуновения теплого бриза, что было невозможно для изображения. Невероятно, но все почувствовали запах священных масел, смазывающих аугметику адепта, ладана, мазей эксплуатации, покрывающих механические детали. Качество звуковых частот приблизилось к качеству кабельного вокса, а затем превзошло его. Все это было невозможно.
Помещение наполнили голосовой ропот и сигналы бинарика. Адепты гадали, как это было сделано. Коул гадал. Все гадали.
А затем фигура заговорила.
– Приветствую вас всех, верных Бога-Машины, – голос был женским и пылким, удивительно эмоциональным как для такого аугментированного существа. Коул не позволил ему ввести себя в заблуждение своим проповедческим пылом. Это был ее единственный признак человечности, но, несмотря на красоту голоса, в определенных словах улавливалась бесстрастность, которая вовсе не была человеческой. – Я принесла вам послание с Марса. Я – Сота-Нуль, эмиссар нового Механикума к магистру войны Гору Луперкалю, спасителю Империума.
На ее последнее заявление отреагировали с ужасом.
– Ложный Механикум! – воскликнул вице-король экстрактаториан. – Вы раскрыли свою лояльность. Завершить этот разговор!
Техноадепты в машинной яме неуверенно потыкали в свои машины. Затем подняли лица из бледной плоти и маслянистого металла к своему господину.
– Мы не можем деактивировать проектор, милорд, – прошептал крайне напуганный адепт.
– Отключите его!
– Милорд, он уже отключен, – сказал другой, напуганный больше первого.
Обслуживающие гололит адепты начали петь. Самый высокий из них поднял бронзовый молот на цепи, поцеловал его, прошептал над ним ритуальные слова и разбил стеклянную переднюю часть ящика, прикрепленного к стене ямы, чтобы извлечь хранящийся внутри пучок ладана для непредвиденного случая. В ответ на это оскорбление сработал сигнал тревоги.
– Вы не сможете отключить этот канал связи. Только я обладаю такой силой, и вы выслушаете меня, – страстно заявила особь женского пола.
Коул считал Асперцию Сигма-Сигма ужасно пугающей. Эта Сота-Нуль была гораздо хуже.
– Мои коллеги, мои братья по вере, я – слуга истинного Механикума. Механикума Марса. Разве вы не видите, что те, за кем вы следуете, они с Терры и ненашего рода? Загрей Кейн – марионетка.
Владыка без владений. У вас нет дома, вы отрезаны от кладезя всех знаний. Мы предлагаем вам руководство и сплоченность под властью генерала-фабрикатора, который был назначен волей священного синода и действует по указанию Движущей Силы, Бога-Машины, что ступает среди нас.
Коул принюхался. Обоняние пренебрегалось людьми, которые презирали тело и искали высшей чистоты машинной жизни. Это чувство было слишком животным, слишком грубым, но адепт продолжал пользоваться своим носом и уловил им нечто отвратительное, проникшее внутрь и прилипшее подобно испорченному маслу к задней части гортани. Его машинные чувства не зарегистрировали ничего недопустимого, даже более того, они вовсе не обнаружили необычных обонятельных входных данных, но природное обоняние уловило в воздухе смрад, расходящийся от изображения, если оно действительно было таковым, и вызвавший у Коула тошноту. Гнилое мясо и кровь. Позади Сота-Нуль что-то двигалось, что-то нечистое.
– Ложь! – воскликнул вице-король экстрактаториан. – Хал отвернулся от человечества. Я не поступлю так.
– Мои собратья по поиску знаний! – взмолилась Сота-Нуль. – Можете мне не верить. У меня есть послание к вам, пожалуйста, выслушайте его. Внемлите мудрости!
Изображение размылось, словно оказавшись под водой. Когда оно очистилось, там оказался Келбор-Хал, сидящий на троне Марса. Голову жреца обрамлял бело-черный зубец Шестеренки Механикума.
– Хал! – выкрикнул экстрактаториан, обвинительно выбросив дрожащий палец. – Как ты смеешь показываться на глаза?
«Он не показывается, – подумал Коул. – Это запись».
Так и было. Несмотря на невероятное правдоподобие Келбор-Халу не хватало реализма эмиссара. Не было ни движения, ни запаха, хотя четкость изображения сама по себе была достаточно удивительной.
– Граждане Империи Марса. Я – лорд Келбор-Хал, генерал-фабрикатор и ваш законный правитель, – сделал он бессмысленное заявление. Каждый член фратернис технис, от тупых гигиенических рабов в одном проступке от превращения в сервиторов до правителей миров-кузниц знал, как выглядит Хал. – Я требую вашей верности. Отвернитесь от ложного Омниссии Терры. Откройте глаза и узрите, что вас обманули. Так называемый Император пришел к нам с ложью в Своем сердце, потребовав наши технологии и нашей подневольной службы. Мы были ослеплены Его мощью. Он – колдун, который использовал Свои способности, чтобы затуманить наши разумы, и он вор информации. Присоединяйтесь ко мне, вашему господину, и унаследуете все знания. Узрите соглашение с магистром войны. Смотрите, что нам пообещали.
Широкоформатный информационный импульс наполнил голову каждого, кто мог принять его, новым договором Марса. Открытие запрещенного хранилища Моравеца. Щедрый дар Гора – данные СШК Аврейской технократии. Пролонгация автономии Марса. Все, в чем им отказывал Император. Толпа зашумела.
– Если щедрость магистра войны к нашему народу не убеждает вас, подумайте над этим, – продолжил Хал. – Слуги ложного Омниссии Терры назначили Загрея Кейна генералом-фабрикатором. Никогда прежде внешняя сила не навязывала Марсу правителя. Механикум должен раствориться. Нашей независимости пришел конец. Этот новый Адептус Механикус навсегда подчинит права Марса терранской гегемонии. Этим актом Император завершил тайное завоевание нашей империи, которое начал два столетия назад. Он – ложный бог. Он не позволит нам добиться большего единения с истинным богом, Богом-Машиной, потому что Он завидует нашей мудрости, и потому что боится. Присоединяйтесь к нам. Присоединяйтесь к магистру войны, и низвергните империю ложного Омниссии, чтобы Марс мог возродиться!
Послание закончилось.
– Разве он не заперт на Марсе? – спросил Коул у Асперции Сигмы-Сигмы. Она взглянула на него. Неподвижные черты ее маски смогли достаточно точно передать ее презрение. Коула это не обескуражило. Он обратился громким голосом ко всем присутствующим.
– Хал в ловушке, – сказал он. – Он не кажется настолько сильным, чтобы выдвигать кому-либо требования.
Брошенный на Коула взгляд вице-короля экстрактаториана был не менее неодобрительным, чем у Асперции.
– Кто эта особа? – спросил он.
– Никто, – ответила Асперция Сигма-Сигма.
– Я – адепт Велизарий Коул, недавно принятый на службу домине Гестер Асперции Сигма-Сигма, – сказал он.
– Тогда, адепт Коул, помолчи, – приказал экстрактаториан. На гололите снова появилась Сота-Нуль. Она отгородилась манерным терпением.
Сгорбленное тело вице-короля экстрактаториана распрямилось, став выше со щелчком дополнительных сочленений, вставших на место.
– Разум диктует, Сота-Нуль, что ты требуешь нашей капитуляции. В противном случае мы будем уничтожены.
– Верно. Магистр войны – не чудовище, он предлагает мир, но если встанете у него на пути, он уничтожит вас, – сказала эмиссар.
– Мы не сдадимся, – ответил вице-король экстрактаториан.
– Тогда я предлагаю другие входящие переменные. Чтобы подчинить вас магистр войны отправляет часть своего могучего флота, но эти силы намного превосходят то, что ваш жалкий аванпост сможет противопоставить. На помощь новому Механикуму идут девять Легионов. Вас сотрут в порошок. – После паузы она продолжила. – Трисолиан, мир-кузница Механикума, хорошо подумайте, кому принадлежит ваш верность. Марсу или Терре.
Каждый зрительный сенсор в помещении повернулся к вице-королю экстрактаториану. Он щелкнул пальцами. Вперед вышел, шаркая ногами, угодливого вида младший адепт, подол его просторной одежды волочился по полу. В руках он держал накрытый предмет. Вице-король кивнул. Спрятанными в рукава руками техножрец стянул ткань со своей ноши.
В то время как все в ужасе отшатнулись, восхищенный Коул поддался вперед. Под тканью оказался магнитный сосуд из прозрачного кристалфлекса. Внутри содержалось нечто разгневанное, бьющееся о прозрачный металл и вопящее. В ее форме возникли крошечные рты, затем в один миг она превратилась в облако розоватого пара, следом в рой цифр, далее во вспышки на монтажной плате.
– Мы слышали о том, что случилось на Марсе и Калте. Думала застать нас врасплох? Как только твое послание достигло наших приемников, мы изолировали это от субстрата несущего сигнала. Вы не разрушите нашу защиту, как проделали это на Калте. Когда вы явитесь сюда, то найдете нас готовыми к вашему приходу.
– Ты – предатель Марса и Культа Механикуса, – заявила Сота-Нуль.
– Это ты – предательница. Этот скрап-код пропитан нечестивыми энергиями. Он – синтез науки и колдовства, результат глупости Моравеца! – взорвался вице-король. – Эти пути запрещены.
– Запрещены Императором.