Гарри Тертлдав – Правители тьмы (страница 89)

"Хорошая утренняя работа", - сказал он проводнику, который начал подбрасывать дракону куски мяса. "Лозоходцы помогли нам сегодня".

"Да", - согласился куратор. "Было бы не очень весело, если бы эти жукеры застали нас врасплох".

"Нет". Сабрино содрогнулся при мысли об этом. Когда он освободился от упряжи и соскользнул на землю, он спросил проводника: "Как держится киноварь?"

"Пока все в порядке", - сказал ему парень. "Я думаю, мы пройдем через этот бой без каких-либо проблем. Хотя не знаю, что мы будем делать со следующим".

"Побеспокойся об этом позже. Что еще мы можем сделать?" Сабрино поспешил к столовой палатке. Он предпочел бы вернуться на свою койку, но так не годилось. Он широко зевнул. Заснуть на борту своего дракона тоже не годилось. Он глотнул горячего крепкого чая, пил его и пил, пока тот не заставил его разлепить веки. На завтрак было больше тушеного мяса, которое было в горшочке на ужин прошлой ночью. Он узнал ячменную, гречневую крупу, морковь, сельдерей, лук и кусочки мяса. Он не мог сказать, что это было за мясо. Может быть, это было к лучшему.

Полковник Амбальдо поднял свою кружку с чаем в салюте, как будто в ней было вино. "За то, чтобы ункерлантцы перехитрили самих себя", - сказал он.

"Я с радостью выпью за это", - сказал Сабрино. "Это утро за нами. Пока они не смогут вывести больше драконов вперед, мы будем колотить их сколько душе угодно".

"По-моему, звучит неплохо, клянусь высшими силами", - сказал Амбальдо. "Парням внизу, на земле, нужна любая помощь, которую они могут получить".

В глазах Сабрино Амбальдо сам был не более чем мальчишкой. Это не делало его неправым. Сабрино сказал: "Люди Свеммеля слишком долго ждали нас в этих краях, будь они прокляты. Череда полевых укреплений, и они сражаются, чтобы удержать каждую жалкую, вонючую деревушку, как если бы это был Сулинген ".

"Они поступают слишком правильно", - согласился Амбальдо. "Бригады заходят в те места, а компании выходят оттуда. Это бойня, вот что это такое".

"Никогда не видел ничего подобного в Валмиере, не так ли?" Сабрино не смог удержаться от колкости.

Полковник Амбальдо покачал головой. "Ни разу. Даже близко. Они безумцы, эти ункерлантцы. Во всяком случае, они сражаются как безумцы. Неудивительно, что мы начали убивать каунианцев, чтобы сместить их. Хотя, из того, что я слышал, мы так быстро расходуем блондинов, что у нас может не хватить."

"У Свеммеля никогда не будет недостатка в людях, которых можно убить, чтобы усилить его магию", - мрачно сказал Сабрино. "В Ункерланте больше крестьян, чем он знает, что с ними делать". Он нахмурился. "Это не совсем верно. Свеммель слишком хорошо, черт возьми, знает, что с ними делать - и с ними."

Оба командира крыльев одновременно грохнули пустыми кружками. Они поспешили из столовой палатки, крича своим людям, чтобы они присоединялись к ним. Сабрино некоторое время ругался, потому что укротители драконов не закончили укладывать яйца под всеми драконами в его крыле.

Но задержка была недолгой. Возможно, это даже пошло на пользу драконопасам, хотя Сабрино не признался бы в этом кураторам. Чувствуя, как его дракон трудится под ним, Сабрино знал, что ему нужен отдых, отдых, которого у него не могло быть. Еще несколько спокойных минут на земле, несомненно, пошли ему на пользу.

Отсутствие большого количества свежих ункерлантских драконов, с которыми пришлось столкнуться, тоже пошло альгарвейцам на пользу. Большинству драконьих всадников Свеммеля не разрешили бы сесть верхом на альгарвейского зверя, но у них было больше драконов, чем у Сабрино и его соотечественников. Плохой драконник на свежем звере может сравниться с мастером на борту изношенного, переутомленного дракона.

Только что началась новая атака альгарвейцев на деревню Эйлау. Обломки двух предыдущих нападений все еще лежали за пределами этого места: мертвецы и бегемоты. По всем признакам, новым бригадам, штурмующим опорный пункт Ункерлантер, пришлось бы не легче. Но после того, как два крыла альгарвейских драконов практически без сопротивления атаковали Эйлау, опорный пункт больше не был таким сильным. Пехотинцы и бегемоты с боем проложили себе путь в деревню.

Они пробились внутрь, но будут ли они пробиваться наружу? Все больше солдат ункерлантцев уже продвигались вперед, пытаясь удержать их там. Даже если альгарвейцы действительно продвинутся вперед, много ли пользы это им принесет? Эйлау находился менее чем в десяти милях к западу от точки, с которой начался штурм. С такой скоростью, сколько времени потребуется этой армии, чтобы присоединиться к той, что продвигается к ней на восток? И останется ли у кого-нибудь из них кто-нибудь в живых к тому времени, когда они присоединятся?

У Сабрино не было ответов. Все, что он мог сделать, это как можно лучше командовать своим крылом и надеяться, что те, кто был над ним, знали, что они задумали. Он приказал своим драконьим летунам возвращаться на ферму. Побольше мяса для драконов, побольше яиц, загруженных под них, немного еды и много чая для мужчин, и снова в бой.

***

Сидрок удивлялся, почему он все еще дышит. Все, через что он прошел до этой великой битвы на фланге Дуррвангенского выступа, каким бы ужасным и устрашающим это ни казалось в то время, здесь было ничем иным, как реальностью. Он всегда думал, что драка начнется, а потом закончится. Эта драка началась, да, но не было никаких признаков того, что она когда-либо хочет закончиться.

"Полторы недели", - сказал он сержанту Верферту, который каким-то чудом тоже не сгорел и не взлетел на воздух в результате взрыва магической энергии, не был разрублен летящим осколком яичной скорлупы, не был сожжен драконом или с ним не произошел какой-либо другой несчастный случай со смертельным исходом. "Победили ли мы? Побеждаем ли мы?"

"Спросите меня, если я знаю. Спросите меня, знаю ли я что-нибудь еще". Верферт почесал волосатый подбородок. "У меня в бороде вши. Я это знаю".

"Я тоже", - сказал Сидрок и почесался, как сиулианская обезьяна.

Небо над ними заволокло дымом. Где-то неподалеку лопались яйца: яйца ункерлантцев, поражая альгарвейцев, поражая людей из бригады Плегмунда, которые сражались на их стороне. Верферт сказал: "Каждый раз, когда мы думаем, что расплющили этих жукеров, они появляются снова".

"Если мы убьем достаточно каунианцев..." - начал Сидрок.

Но Верферт покачал головой. "Какая нам от этого польза? Они просто убили бы еще кого-нибудь из своих, и мы вернулись бы к тому, с чего начали. Мы уже видели, как это происходило слишком часто, черт возьми".

Сидрок хотел поспорить. Он хотел смерти каунианцев. На что еще они были годны? - кроме удовольствия, которое майор Альгарвейцев получал от той, в кого был влюблен его кузен. "Ванаи", - пробормотал Сидрок себе под нос. Это начисто вылетело у него из головы, пока альгарвейец не заговорил - он был в нокауте, когда кузен Эалстан ударил его головой о стену, пока они дрались. Но теперь он вспомнил. Да, кусочки снова складываются воедино.

Он рассмеялся, звук, близкий к искреннему веселью. Он задавался вопросом, что произошло там, на Фортвеге. Вошли ли альгарвейцы и вычистили каунианцев из Ойнгестуна, как и должны были? Или дорогой старина Эалстан все еще получал услуги этого рыжего неряхи-секунданта?

"Мы могли бы с таким же успехом убить еще несколько каунианцев", - сказал он, придумывая новый аргумент. "Ты думаешь, ункерлантцы перестанут убивать своих, если мы уйдем? По-моему, это чертовски маловероятно. Они будут продолжать в том же духе, они будут. Даже если мы не будем убивать блондинов, чтобы нанести удар, нам нужно будет сделать это, чтобы защитить себя ". Он выпятил подбородок. "Продолжай. Скажи мне, что я неправ".

Верферт хмыкнул. "Я скажу тебе, что ты слишком много болтаешь, вот что я сделаю". Он зевнул так широко, что сустав на задней части его челюсти треснул, как костяшки пальцев. "Я хочу поспать год. Два года, если вообще повезет".

"Здесь я с тобой". Сидрок никогда не знал, что мужчина может быть таким измотанным. "Не думаю, что я спал больше пары часов подряд с тех пор, как началась эта проклятая драка. Половину времени я чувствую себя пьяным ".

"Хотел бы я быть пьяным", - сказал Верферт. "Я даже не пригубил с тех пор, как нашел того мертвого Ункерлантца с флягой, наполовину полной спиртного". Он растянулся на изрытой земле. Пару минут спустя он захрапел.

Через пару минут после этого Сидрок, вероятно, тоже храпел. Его товарищи сказали, что он храпел. Поскольку он никогда не слышал самого себя, он не мог доказать это тем или иным способом. Храпел он или нет, он определенно спал тем глубоким, почти смертельным сном, который приходит от полного изнеможения.

И через пару минут после этого они с Верфертом оба проснулись и оба копали как одержимые, когда вокруг них лопались яйца ункерлантера. Сидроку казалось, что он движется под водой. Он продолжал ронять маленькую лопатку с короткой ручкой. "Проклятая штука", - пробормотал он, как будто виной тому была его неуклюжесть.

Альгарвейцы наконец начали швырять яйцами в людей короля Свеммеля. "Им потребовалось достаточно времени, - проворчал Верферт. "Я полагал, что они подождут, пока мы все не умрем, а затем кое-что вернут".