Гарри Маккалион – Зона поражения (страница 44)

Бóльшая часть вечеров были свободными, что давало мне возможность наверстать упущенное в общественной жизни. Свою первую жену я избегал как чумы. Она не очень хорошо перенесла наше расставание, и я надеялся, что она уедет из Херефорда, однако она уперлась, осталась здесь и, казалось, была полна решимости при любой возможности заставить командование влепить мне «ВВЧ».⁵⁹ Если не считать подобного рода неприятностей, то для молодого человека, только что прошедшего отбор, жизнь была прекрасной. В барах царила дружелюбная атмосфера, в женщинах тоже не было недостатка. У нас были свои вечеринки, свои многочисленные подружки и поклонницы. Но это также приводило и к проблемам, потому что Херефорд — маленький город, а Специальная Авиадесантная Служба — часть небольшая. Зачастую человек из САС обнаруживал свою бывшую или настоящую жену в объятиях другого военнослужащего Полка, а мужики, уезжавшие в командировки, по возвращению обнаруживали, что их подруги увлечены другими.

Людей, получивших «ВВЧ» из-за женщин, Полк потерял больше, чем от усилий ИРА, аргентинцев и иракцев вместе взятых. Один человек, участвовавший в особо секретных операциях, совершил ошибку, сказав своей жене, что они разводятся. Та сразу же примчалась к его командиру и выложила все, что ей сказали. Парень получил «ВВЧ» на следующий же день. Жены прекрасно знали, какой властью они обладают, и не сомневались в этом. Когда я ушел от Пэт, она первым делом побежала не к адвокату или семейному консультанту, а к моему командиру.

Я прослужил в эскадроне «B» всего шесть недель и даже не успел еще установить в своей новой квартире телефон, как однажды после чая в дверь постучали и сообщили:

— Будьте в лагере в 05:30 с достаточным количеством снаряжения, чтобы хватило на неделю. Вы возвращаетесь в Ольстер.

Энди Эл бегло ввел меня в обстановку. Мы собирались усилить мобильный отряд на время продолжительной операции. Через двадцать минут я уже сидел в вертолете и менее чем через два часа снова оказался в Северной Ирландии. Нас отправили туда только с одной целью — устроить засаду на человека по имени Джим Лайна.

В начале 1980-х годов Лайна был самым активным террористом во Временной Ирландской Республиканской Армии. Уроженец графства Монахан в Ирландской Республике, он родился 13-го апреля 1956 года, и вступил во Временную ИРА еще будучи подростком. В 1973 году бомба, которую он переносил, преждевременно сдетонировала, нанеся ему тяжелые ранения, но после своего освобождения из тюрьмы он быстро вернулся к прежним делам. В 1979 году его избрали депутатом в окружной совет Монахана от партии Шинн Фейн. Он любил убивать вблизи, с удовольствием используя либо пистолет, либо бомбу. Как и все храбрецы из ИРА, цели он выбирал соответствующие: сотрудники Королевской полиции или Полка обороны Ольстера, не находящиеся на службе, сидящие со своими женами и семьями; случайные рабочие, которые кормили свои семьи, выполняя работу для Сил безопасности, — т.е. люди, которые, как правило, были безоружны и являлись легкой добычей. Для Специальной Авиадесантной Службы Лайна был главным приоритетом, а сейчас поступила информация, что он отправляется на север, чтобы снова убивать.

Хотя Лайна и не знал об этом, но он уже пережил одну САСовскую засаду — вместе с еще пятью людьми он прошел через нее несколько месяцев назад. Его аресту помешали погода, плохая связь и неполные разведданные. Теперь настала наша очередь, но нам снова помешала плохая разведка. Мы примерно знали, когда Лайна планирует пересечь границу, но не знали, где и какую именно цель он собрался поражать. Разведчики ИРА были выявлены группами наблюдения в трех возможных местах, поэтому было решено устроить долговременные засады вблизи каждого из них. Моим местом стал небольшой лесок рядом с домом предполагаемой цели.

На протяжении следующих четырех недель мы спали по два часа, ели холодную пищу, не могли двигаться в светлое время суток, мочились и испражнялись в пластиковые пакеты, которые хранились в наших берлогах. Это был по-настоящему ужасный опыт — балансировать на пятках, целясь в кусок полиэтилена. При длительном пребывании в полевых условиях гигиена очень важна, и руки нужно было тщательно мыть после каждого туалета. Помимо риска для здоровья, последним препятствием для вас был бег.

Лежать неподвижно несколько часов подряд — это целое искусство. Если вы не будете соблюдать осторожность, ваши ноги станут как гири, и желание пошевелить ими будет почти непреодолимым. Чтобы этого не происходило, большинство из нас делало специальную гимнастику. Начиная с одной ноги, мы концентрировались на движении пальцев, затем стопы внутри ботинка, затем медленно сгибали каждую мышцу ноги и повторяли процесс со второй ногой. Это не давало ногам затекать и предотвращало судороги, которые представляли собой особую опасность, так как они могли в буквальном смысле стоить жизни.

Мы чередовались так, чтобы никто не проводил в наблюдении за объектом больше часа. Спустя это время даже лучшие из нас начинали думать о других вещах, таких как горячая еда или теплая ванна. Ночью для того, чтобы следить за объектом, мы использовали периферийное зрение. Если вы ночью будете долго смотреть на дерево, то у него вырастут руки и ноги, а затем оно начнет двигаться. Если вы выстрелите, то оно снова превратится в дерево. Слишком долгое непрерывное наблюдение ночью за каким-то предметом не раз становилось причиной того, что бедный спецназовец по ошибке открывал огонь, лежа в засаде.

Объект, которого я помогал охранять, отставной констебль Королевской полиции Ольстера, знал о грозящей ему опасности и о нашем присутствии рядом с его домом. Но его соседи, в основном католики, этого не знали. Один из них выгуливал свою собаку, крупного лабрадора, рядом с нашей позицией, и однажды любопытный пес подошел прямо ко мне. С расстояния менее трех дюймов человек и собака подозрительно смотрели друг на друга. Я чувствовал ее горячее дыхание, когда она изучала меня. Ее нос коснулся моего лица и незаметно для себя я чуть отодвинулся. Собака продолжала принюхиваться, так как после нескольких дней работы в поле запах моего тела должен был быть для нее весьма привлекательным. Я услышал слабый зов, лабрадор поднял голову, и из меня вырвался тихий вздох облегчения. Затем этот демон задрал ногу и помочился. Бóльшая часть мочи стекла с моего непромокаемого плаща, но часть попала на брюки. Я люблю собак, но в тот момент мог бы легко задушить зверя голыми руками.

Лайна так и не появился. Уже не в первый раз мне захотелось, чтобы ИРА была более дисциплинированной. Если бы они таковыми были, мы бы их разгромили. А сейчас пришлось уйти с пустыми руками. Работа «Группы» в ее нынешнем составе подходила к концу, и мы передали ее нашему эскадрону.

В январе 1982 года череда неудачных операций в Ольстере мобильного отряда эскадрона «D» завершилась ошеломляющим успехом. Более года протестантская террористическая банда, входившая в состав Ассоциации обороны Ольстера, нападала на высокопоставленных республиканских деятелей. Говоря в целом, Специальная Авиадесантная Служба редко использовалась против террористов-«продов».⁶⁰ Для того, чтобы поработать в том или ином районе, САС выводила его из-под контроля обычных патрулей сил безопасности, чтобы предотвратить «дружественный огонь». Когда мы пытались делать это в протестантских районах, местные протестантские военизированные формирования почти всегда получали информацию об этом от сочувствующих из числа завербованных на местах военнослужащих Полка обороны Ольстера. У себя в САС мы были абсолютно беспристрастны; террорист всегда был террористом. Если бы нас использовали против «продов» на регулярной основе, это привело бы к тому, что бойцы Ассоциации обороны Ольстера и Ольстерских добровольческих сил стали бы возвращаться домой в гробах, а это, в свою очередь, почти наверняка привело бы к каким-то ответным действиям с их стороны.

В описываемом случае, причина нашего присутствия заключалась в том, что предполагаемой целью нападения Ассоциации была бывший член парламента Бернадетт Макэлиски, более известная как Бернадетт Девлин. Специальный отдел Королевской полиции Ольстера знал, что Макэлиски является мишенью, но не знал, когда произойдет нападение. Группа из четырех человек из эскадрона «D» была направлена для проведения рекогносцировки ее дома, расположенного недалеко от города Колайленд, в котором проживают ярые республиканцы. Группа, одетая в форму местного патрульного подразделения Британской Армии, приближалась к месту жительства Макэлиски, когда услышала звуки выстрелов. Бросившись вперед, парни перехватили группу убийц из Ассоциации в количестве четырех человек. Если бы разведчики опоздали всего на несколько минут, то, несомненно, погибла бы одна из самых ярых защитниц республиканцев, женщина, которая однажды призвала американцев давать деньги ИРА, чтобы еще больше британских солдат отправлялись домой в «ящиках». Несмотря на это, террористы почти достигли нужного результата, однако медик из патруля не дал раненой Макэлиски истечь кровью.

Террористов Ассоциации обороны Ольстера арестовали, обвинили в покушении на убийство и, наконец, признали виновными в Белфастском королевском суде, приговорив их к длительным срокам заключения. После этого в спецназовских кругах было много саркастических комментариев о том, что одна из наших самых решительных и откровенных критиков обязана своей жизнью усилиям САС.