Гарри Маккалион – Зона поражения (страница 45)

В первые месяцы 1982 года лодочный отряд был отправлен на интенсивную подготовку, сначала со Специальной Лодочной Службой, затем на водолазную подготовку с Королевскими инженерами и ВМС. Во время погружений на севере Шотландии, к нам присоединился Большой Фред Эм, огромный фиджиец, которого вскоре должны были назначить на должность сержант-майора эскадрона. О мастерстве Фреда в «литрболе» ходили легенды, но, к огромному сожалению для моих шотландских собратьев, к северу от границы о нем не знали. Одним из ветреных вечеров мы отправились в местный паб, чтобы немного подкрепиться. Вдоль барной стойки стояла батарея бутылок шотландского виски, по меньшей мере тридцать различных видов и сортов. Фред посмотрел на них с восхищением.

— Брат, — душевно сказал он бармену, — это же очень много виски.

Бармен, облокотившись на массивную дубовую стойку, небрежно полировал стакан.

— Конечно, много. У нас тут небольшое пари.

Фред наклонился к нему, на его смуглом красивом лице расплылась огромная улыбка.

— И что за пари, брат?

— Ну… — Бармен бросил быстрый взгляд на группу местных жителей, сидящих неподалеку, и попытался подавить улыбку. — Если любой посетитель сможет выпить по одной порции виски из каждой бутылки, отмеренной по дозатору, и при этом остаться на ногах, он получит выпивку бесплатно.

Улыбка Фреда стала шире, и своей огромной лапой он хлопнул по барной стойке так, что задребезжало стекло.

— Брат, мне этого хватит, — произнес он и протянул 50 фунтов, чтобы подтвердить свои добрые намерения.

Через несколько секунд нас окружили местные жители. Ставки были сделаны. Мне удалось поставить 10 фунтов при соотношении 2 к 1. Фред приступил к атаке. Предыдущие завсегдатаи старались пить быстро, но наш коллега был человеком, который наслаждался стаканом доброго виски, поэтому он пил каждую порцию медленно, наслаждаясь ароматом, смакуя букет и комментируя их. В шотландских пабах шоты продаются мерами в одну восьмую часть джилла, и я подсчитал, что для того, чтобы выпить каждую порцию, Фреду пришлось бы употребить не менее двух с половиной бутылок виски.⁶¹ То, что произошло тем вечером, навсегда вошло в легенду и осталось частью местной истории. Фред не только выпил всю партию, но и незадолго до закрытия заведения зашел на второй круг. Вышел он из паба под бурные аплодисменты восхищенной публики.

Ближе к концу курса водолазной подготовки я слишком быстро всплыл на поверхность после погружения, отчего у меня в ухе произошел маленький взрыв. Доктор быстро осмотрел меня.

— Больше никаких погружений, парень. Возвращаемся в Херефорд.

У меня лопнула барабанная перепонка.

*****

По возвращении на Стирлинг Лэйнс я обнаружил, что эскадрон готовится к ежегодным учениям «Флинтлок»,⁶² проводившимся в Германии. Учения эти вызывали стойкое неприятие у всего личного состава Полка, и я приложил немало усилий к тому, чтобы убедить сержант-майора эскадрона, что из-за полученной травмы мне нельзя прыгать с парашютом. К моему большому огорчению, в состав участников меня таки включили.

Выходя из старого деревянного барака, я столкнулся со своим другом из другого отряда, Бобом Кеем. Он спросил, слушал ли я радио.

— Аргентинцы угрожают вторгнуться на Фолкленды.

— А где, черт возьми, эти Фолкленды? — Спросил я.

— Не знаю. Но где бы они ни были, аргентинцы собираются туда вторгнуться.

Посмеявшись над абсурдностью всего этого, мы направились в солдатское кафе.

Во время перерыва в кафе к нам с Бобом присоединились еще несколько бойцов эскадрона «B». Было здорово узнать последние сплетни. Боб рассказал свою историю о Фолклендах, чем немало повеселил всех сидящих за столом.

— Возможно, они вторгнутся, и мы все избежим участия во «Флинтлоке».

Мы все еще смеялись, когда появился один из сержантов отряда.

— Вас всех просят вернуться в комнату для совещаний. Аргентинцы высадили на Фолклендах силы вторжения, и там идут тяжелые бои. Походу, это война.

Война! Возможность поучаствовать в боевых действиях! Я с трудом сдерживал свое волнение.

— Как ты думаешь, это правда? — Спросил я Боба.

— Не знаю. — Он пожал плечами, а затем лучезарно улыбнулся. — Но я думаю, что на «Флинтлоке» можно будет поставить крест.

Мы прибыли в комнату для совещаний, где уже собралась бóльшая часть эскадрона. В помещении царило оживление. Все полагали, что полномасштабное вторжение другой страны в колонию Короны оправдывает развертывание по меньшей мере двух эскадронов. В тот район уже был отправлен срочно отозванный эскадрон «D». Мы были следующим эскадроном в очереди на отправку.

Наконец, вместе с сержант-майором эскадрона прибыл наш командир отряда, «Босс Эм». Он ознакомил нас с тем, что мы и так уже знали, и сообщил, что в этот день никаких движений не будет, и что командир эскадрона соберет нас на следующий день. Остаток дня прошел в ускоренной подготовке к быстрой переброске. В тот вечер большинство из нас собрались в отеле «Бут», чтобы пропустить по стаканчику, все еще находясь под впечатлением от происходящего. Затем, подобно меткому удару под дых, нас оглушили новостью — вместо нас отправляли эскадрон «G».

Атмосфера вокруг меня разрядилась, сменившись горькими упреками. Наш командир был бывшим командиром эскадрона «G»; мы полагали, что нас обошла «гвардейская мафия». Дело в том, что многие военнослужащие считали, что гвардейцы, составляющие костяк эскадрона «G», имели слишком большое влияние на высший командный состав САС и в первую очередь заботились об интересах друг друга. Я же старался быть чуть более позитивным. Может быть, это всего лишь слух? Но вид ухмыляющихся сотрудников эскадрона «G», покидающих паб, убеждал, что это не пустые сплетни. Разговоры коснулись вопроса о возможном развертывании трех эскадронов, но шансы на это были призрачны. Большинство из нас в тот вечер вернулись домой с привкусом пепла во рту.

На следующее утро, прибыв в расположение, я увидел стройные ряды эскадрона «G», готовящегося к отбытию. В комнате для совещаний царила тишина. Прибывший «Босс Эм» сообщил, что командир проведет совещание в 10 утра, и что эскадрон «G» отправляется, потому что нас задерживают по какой-то особой причине.

— По причине того, что мы не эскадрон «G», — выкрикнул кто-то из задней части комнаты. Раздался сердитый одобрительный ропот. Сержант-майор эскадрона призвал к тишине, и в комнате снова стало тихо. «Босс Эм» заявил, что он понимает наши чувства, но попросил дать командиру эскадрона шанс. До совещания мы были предоставлены самим себе.

Командир ворвался в помещение в своей обычной шутливой манере, казалось, не замечая враждебности, исходящей от шестидесяти или около того человек, сидевших перед ним. Это был человек, который, по мнению многих в эскадроне, присвоил себе медаль за осаду посольства, которая должна была достаться предыдущему командиру эскадрона «B». Он проинформировал нас, что эскадрон «G» был развернут раньше нас, поскольку, закончив только что службу в качестве антитеррористической группы, мы имеем специальную подготовку, необходимую для проведения конкретных видов операций. Мы должны были остаться стратегическим резервом для специальной операции, детали которой пока не уточнялись. Затем он спросил, есть ли у нас какие-либо идеи относительно того, в какой форме может быть проведена эта специальная операция.

Он получил только два ответа, возможно потому, что мы все еще чувствовали, что нас прокинули. Пит Даблю (который позже напишет книгу «Солдат “Ай”)⁶³ предложил запустить по аргентинцам баллистические ракеты «Поларис» без ядерных боеголовок. Один из «Рупертов» отряда предложил проникнуть на материковую часть Аргентины, установить там контакт с антиправительственными партизанами и использовать их против нынешней хунты. Помню, как смотрел я на лицо командира и думал: вот и исчезла бесследно его карьера в САС. На этой далеко не оптимистичной ноте совещание закончилось.

Затем мы начали тренироваться. Боже, как мы тренировались! Никогда прежде в своей армейской карьере я не проходил такой длительной и интенсивной подготовки. Мы часами отрабатывали приемы действий в составе патрулей, в составе отряда и эскадрона, стреляли из всех видов оружия, имевшихся в арсенале, и после этого получали новое оружие — американские подствольники M202, четырехствольные гранатометы и 60-мм штурмовые минометы. Наше служебное время начиналось в 07:00, и работали мы до 22:00.

Ежедневно мы получали сводки от представителей Разведывательного корпуса, этих чудо-юдо в зеленых беретах. Они сообщали некоторые подробности, но почти всегда заканчивали предупреждением о том, что, по их мнению, до высадки британских войск весь этот конфликт будет решен политическим путем. Такое же мнение они высказывали всего за несколько дней до начала стрельбы, совершенно не понимая, что этим вторжением аргентинская хунта поставила на карту само свое существование, а Мэгги Тэтчер никогда не отступит. Иногда я задаюсь вопросом, что означало слово «разведывательный» в названии «Разведывательный корпус».

Мы упорно тренировались днем и ночью, но в глубине души никто из нас не верил, что нас отправят на задание. В период с 10-го по 26-го апреля 1982 года подразделения эскадрона «D» обеспечивали захват Южной Георгии. Двадцать первого числа, в ночь, когда на леднике Фортуна потерпели крушение два вертолета, я стоял в карауле. Первые сообщения были противоречивыми: люди пропали без вести, потом были ранены, потом погибли, потом снова пропали без вести. Ближе к рассвету мы с огромным облегчением узнали, что благодаря героическим усилиям летчиков Королевских ВВС все наши парни были благополучно эвакуированы.