Гарри Килуорт – Мыши-вампиры (страница 35)
Нюх просиял:
– Рад это слышать!
– Нет, ты не можешь быть рад.
– Но я рад! Я горжусь тобой, Баламут. В молодости ты был невыносим, но, надеюсь, все это в прошлом. Я очень рад быть твоим кузеном и греться в лучах твоей славы.
В этот момент семь ласок-носильщиков выкатили из здания станции тележки на колесах с огромными мешками. Они остановились за спиной Баламута, который уже остановил извозчика. Тот подвел свою желтошеюю мышь к краю тротуара и неодобрительно взглянул на мешки.
– В мой экипаж столько багажа не поместится.
– Нет, нет, они поедут следом, – успокоил его Баламут. – Я заказал телегу.
– Хорошо, сударь. Садитесь.
– Баламут, а что в твоих мешках? – спросил Нюх.
– Удобрение из Таравака. Оно замечательное. От него растения растут как по мановению волшебной палочки. Я не только стану более знаменитым, чем ты, кузен, но и сделаюсь гораздо богаче тебя! Ты будешь завидовать, но тут уж ничего не поделаешь.
Вот тогда мы увидим, кто из нашей семьи войдет в историю, вот так!
С этими словами Баламут залез в экипаж, извозчик цокнул языком на мышь, и та потрусила по булыжной мостовой.
Нюх с опаской смотрел вслед кузену.
– Гм. Что-то не верится. Баламут всегда стремился к известности, но не к богатству. Он презирает богатых и при первой же возможности подложит под них бомбу. Что-то здесь не так! Хотел бы я получить образец этого удобрения… Если это действительно удобрение.
– Нет проблем, хозяин! – произнес Грязнуля и разжал лапу, показав всем комок мягкой земли. – Пока вы тут разговаривали, я залез в мешок и поинтересовался его содержимым!
– Блестяще, Грязнуля! Бриония, спрячь, пожалуйста, образец почвы в кармашек своего рюкзака, а когда вернемся, отдай в лабораторию.
– Если вернемся, – мрачно пробормотал Плакса. Полчаса спустя команда перешла мост. На другой стороне реки дышать стало труднее. У людей было гораздо больше заводов и фабрик. Над их частью города висел ужасающий смог. Смешиваясь с речным туманом, он образовывал отравляющую смесь.
А еще на этом берегу было довольно опасно. Крохотные ласки ежеминутно подвергались опасности быть раздавленными. Ведь люди не замечали их. А если человек наступит на ласку, это означает для бедняги верную гибель. Поэтому каждую секунду им приходилось быть настороже, лавируя между сапогами и ботинками жутких гигантов.
– Дурацкие горностаи, неужели вам своего берега реки мало? – спросил человек, чуть не задавивший Плаксу.
Тот едва успел отскочить, увидев над собой опускающуюся ногу. Вообще-то люди не собирались калечить или убивать куньих, просто они были очень неуклюжи. Этот человек, безусловно, очень бы расстроился, раздавив Плаксу, но он был неповоротливым и близоруким. Он даже не сумел отличить ласку от горностая!
Но таковы уж люди. Если бы кто-то из ласок обвинил человека в невежестве, тот бы скорее всего ответил:
– Вам хорошо! Ведь мы, люди, все похожи друг на друга, а вас, куньих, великое множество!
Что, конечно, было бы правдой. Однако невежество людей всегда было любимой темой для разговоров среди куньих. Многие люди считали, что существует только один вид мышей, и очень удивлялись, когда узнавали, что на Поднебесном их по крайней мере четыре, не считая сони да еще трех подвидов полевок и четырех землероек!
Плаксу обидели слова человека.
– Почему они не смотрят, куда ступают? – хныкнул он.
Нюх был более объективным.
– Это трудно, особенно в таком тумане.
– Вернемся к нашим вампирам, хозяин! – предложил Грязнуля. – С чего начнем поиски? Их сиятельство должен быть в каком-то темном месте, правда? Может, на складе или в погребе?
– Мне кажется, он выберет место более привычное для подобных тварей! – предположила Бриония. – Мы же знаем, любимое место вампиров – кладбище и церковь. С чего начнем?
– Хорошая идея! – одобрил Нюх. – Идем на кладбище!
Человеческое кладбище поразило их огромными размерами могил. Некоторые из надгробий были выше ласки раз в десять. Вокруг многих могил зияли отверстия мышиных нор, в которые ласки могли пролезть, чтобы исследовать содержимое гробов. Работа не из приятных, но ее необходимо было проделать.
– Автор знаменитой сказки «Ветер в ивах». Вот человек, любивший нас! – уважительно произнес Плакса. – Не многие из людей пишут о животных, правда? В его времена люди обычно расставляли силки и капканы, чтобы стереть нас с лица Земли, а он какой молодец!
Они не стали копаться в этой могиле: Нюх предположил, что граф скорее выбрал бы гроб писателя, в соседстве с останками которого чувствовал бы себя комфортнее, например автора «Дракулы».
Плакса, плюясь от отвращения, полез по узкой норе в какую-то могилу. Путь был длинным, темным и извилистым. В норе стоял отвратительный запах и было довольно жарко. Добравшись до гроба, он зажег огарок свечи и с дрожью огляделся, надеясь не увидеть здесь графа Рянстикота. К счастью, так и случилось. Графа-вампира здесь не было. В гробу лежал скелет человека с оскаленным черепом. Казалось, человек смеялся над перепуганным лаской.
– Ну чего ты скалишься? – проворчал Плакса, глядя на череп. – Делать тебе больше нечего, да?
– А я не скалюсь!
Плакса чуть не выпрыгнул из шкуры. Сначала он решил, что столкнулся с первым говорящим человеческим скелетом, но тут увидел Грязнулю.
– Ты напугал меня до смерти! – набросился на него Плакса. – Я чуть не сошел с ума!
– Прости, – извинился друг. – Я полез за тобой. Нечего так волноваться! Рянстикота нет?
– Я никого не заметил.
– Ладно, тогда ползем обратно. Нужно обследовать еще много гробов, дружище!
В ответ раздался стон Плаксы.
34
Четверо ласок продолжали поиски. Это заняло массу времени. Они обследовали парки, большие общественные здания с темными подвалами, саркофаги в музеях, художественные галереи, сундуки и ящики в жилых домах, конюшни, подвалы церквей и собора святого Помпона. Как раз во время поисков в соборе Грязнуля провалился сквозь решетку в колодец, куда в старину бросали еретиков.
Грязнуля с глухим стуком упал в пыль, рваные тряпки и кости несчастных, умерших в этой яме.
– Эй, наверху! – отряхиваясь, позвал он. – Я провалился в какую-то яму!
До него донесся голос Плаксы:
– Сейчас поищу веревку! У тебя свет есть?
– Только спички.
Мгновение спустя что-то ударило в землю у ног Грязнули. Он чиркнул спичкой и заметил среди костей огарок свечи.
– Спасибо! – крикнул он.
Грязнуля зажег свечу и стал осматривать свою тюрьму. Это было весьма мрачное место. Решетка находилась под столом, за которым трапезничали монахи, и узникам через нее перепадали объедки. Поэтому некоторое время они умирали не сразу.
Какой-то несчастный успел даже выковырять известковый раствор, скреплявший камни, и вынуть один из них из стены, тем самым создав узкий лаз, ведущий неизвестно куда.
Через некоторое время вернулся Плакса.
– Не могу ничего найти! Да и Нюх с Брионией куда-то подевались! Что мне делать, Грязнуля?
– Перестань волноваться! Я нашел какую-то дыру в стене. Попытаюсь выбраться через нее! Ты можешь сбросить мне мешок с молотком и колом?
Некоторое время стояла тишина, потом послышался голос Плаксы:
– Я не вижу его. Он случайно не упал вместе с тобой?
Грязнуля еще раз перерыл груду тряпок и костей, но напрасно.
– Ну ладно, я полез!
Дыра вела, как оказалось, в соседнее помещение. Пламя свечи осветило камеру со сводчатым потолком. Здесь тоже валялись человеческие кости, по-видимому кости дурачков, которые обрадовались, что сбежали из колодца, но потом умерли здесь. Тем не менее пламя свечи покачивалось, из чего Грязнуля сделал вывод, что сюда каким-то образом поступает воздух, а значит, должен иметься и выход.
Он ощупал стены, но самое тщательное обследование не привело к желаемому результату. Да, конечно, воздух поступает из соседней ямы через прогнившую решетку в полу трапезной. Значит, выбраться отсюда можно только с помощью веревки или лестницы!