Галина Юсупова – Где живёт гармония? (страница 2)

Я не позволила ржавой плесени родительской жизни проникнуть в меня, отгородившись миром фантазий. Когда это произошло? Видимо, в самом раннем детстве. Во время одного из пьяных скандалов, когда разъярённый отец с руганью и угрозами убить избивал мою мать. Именно тогда сформировалась моя «капсула», мой уютный домик.

Я предпочитала не замечать происходящего, не брать его близко к сердцу. Я отгородилась. Со временем я старалась, чтобы меня не замечали, и погрузилась в мир книг. Так сформировалась моя позиция избегания.

Я проживала чужие жизни, чтобы не чувствовать своей. Впоследствии я слепо следовала этому шаблону: стоило в моей жизни произойти чему-то плохому, я погружалась в книги, читала запоями. Чтобы не чувствовать одиночества и боли, чтобы заглушить внутреннюю пустоту.

Возможно, в этом вы узнаете себя.

Чем плоха позиция избегания?

Задача не решается. Мы надеемся, что «само рассосётся». Иногда это срабатывает, но чаще – нет. Это всё равно что смотреть на течёт кран в ванной и говорить: «Ничего, сам перестанет». В итоге вы топите и свою ванную, и соседей. Масштабы катастрофы становятся несоизмеримы с той маленькой проблемой, которую можно было решить сразу.

Есть и другая позиция – позиция нападения, когда человек в каждом видит врага и сам создаёт конфликтные ситуации. Этот механизм тоже во мне есть, и о том, как он сформировался и как проявляется в моей жизни сейчас, я расскажу позже.

А теперь – самый главный вопрос: что со всем этим делать?

Мои клиенты часто говорят: «Умом всё понимаю, а сделать ничего не могу!»

Правда в том, что лучший вариант – это работа со специалистом. Инструменты, которые я буду давать, – это хорошо, но это требует системного, планомерного, ежедневного труда. Справиться с этим в одиночку может далеко не каждый. Мы часто «начинаем за здравие, а кончаем за упокой». Специалист же помогает сохранить фокус и получить результат.

Итак, что делать, если вы поймали себя на избегании?

Понять, чего именно вы избегаете. Что запускает этот механизм? Вам поможет Дневник наблюдений. Выписывайте ситуации, в которых вы хотите сбежать в свой «уютный домик».

Сделать шаг. Когда ситуация повторяется, и вы уже заранее знаете свой старый сценарий, сделайте иначе. Встаньте в позицию Взрослого человека и задайте себе вопросы:

«Если я сейчас поступлю по-старому, к чему это приведёт?»

«Мне это выгодно?»

«А как я могу поступить иначе?»

Мы не можем управлять тем, что не осознаём. Только осознав свой автоматический сценарий, мы можем отделить его от себя, понять, что он нам не нужен, и сделать осознанный выбор.

Чему меня учили мои родители?

Они не учили меня словами. Их уроки были молчаливыми, порой жестокими, и заключались не в том, «как надо», а в том, «как не надо».

Моя мама научила меня выгоранию.

Она была живым примером того, как можно полностью раствориться в долге и обязанностях, пока от тебя не останется лишь тень. Она учила меня, что отдавать всего себя, не оставляя ни капли на собственную жизнь, – это путь в пропасть. Её жизнь была криком о том, что без заботы о себе любая любовь превращается в тяжкое бремя. Она, сама того не желая, показала мне ту черту, за которую нельзя заходить.

Мой отец научил меня ответственности за свои слова и поступки.

Он был зеркалом, в котором я видела, как больно могут ранить неконтролируемые эмоции, осуждение и безразличие. Его урок был в том, чтобы я никогда не позволяла себе становиться тираном для близких. Он показал мне, как выглядит разрушенное доверие, и тем самым заставил меня ценить уважение и бережное отношение в отношениях.

Вместе они преподали мне главный урок – урок выживания.

Они заставили мою душу искать спасения. Там, где не было безопасности, я построила свой внутренний мир. Там, где не было гармонии, я научилась создавать её внутри себя. Они, мои вечно уставшие и несчастные учителя, показали мне дно, от которого моё сердце с силой оттолкнулось в поисках света.

Они научили меня искать и создавать то, чего они сами были лишены: любовь без жалости, силу без агрессии, ответственность без жертвенности и право на свою собственную, яркую и настоящую жизнь.

И в этом – самый большой и болезненный парадокс. Их величайшим даром мне стали не их сильные стороны, а их раны. И моя благодарность им – не за счастливое детство, а за ту силу, которая родилась из его отсутствия, и за осознанный выбор идти другой дорогой.

Глава 3

Глава 3. Как формируются наша самооценка?

Как регрессолог я повторяю это раз за разом: мы выбираем именно тех родителей и тот род, который подчеркнет задачи нашей Души. Моей задачей был этот длинный, тернистый путь – исцелить себя, чтобы стать наставником для тех, кто жаждет своих трансформаций.

Я прекрасно понимаю, как сложно сделать первый шаг. Ещё сложнее – довериться кому-либо. Помните, в первой главе я писала, как жила до начала своего развития? Если ты не понимаешь своих уроков, жизнь начинает тыкать тебя носом в незакрытые задачи. И чем упорнее ты не понимаешь, тем сильнее будут тыкать. Иногда человек не понимает совсем – и тогда, к сожалению, его «игра», как правило, завершается. Я называю жизнь игрой с повышенным уровнем вовлеченности и сложности.

Очень сложно абстрагироваться от пережитого и посмотреть на всё это как сторонний наблюдатель, давая холодную оценку и резюме. Но знаете, именно в этот момент многое встает на свои места. Казалось бы, череда событий, зачастую болезненных, и хочется, задрав лицо к небу, прокричать: «Ну, почему, Господи?!»

Но правильный вопрос – не «почему», а «зачем».

Зачем всё это было? И это всегда для чего-то. Замысел Божий о нас априори прекрасен, каким бы он ни был. То, что мы проживаем – то, что подчеркивают нам наш род и родители, – это всего лишь наши задачи. Если тебя били, унижали – значит, тебе нужно было пройти через это для чего-то. И до тех пор, пока ты обвиняешь мир, Бога, родителей в своих неудачах, ты не управляешь своей жизнью. Ты пытаешься вручить штурвал кому-то другому. Ведь это же не ты, это кто-то сделал так, что тебе плохо.

И то, как формируется наша самооценка, её болезненные колебания – это один из звоночков, который указывает тебе: «Это твоё! Это тебе решать! Обрати на это внимание!»

Условное подкрепление, или «Любовь за…»

Да, мы берем сценарии нашего рода. Родители через условное подкрепление формируют структуру нашей самооценки. Но они лишь подчеркивают нам то, что в нас и так есть.

Обратите внимание, как по-разному дети реагируют на одни и те же ситуации. Например, ребенок вышел к доске, и над ним начали смеяться. Для одного это ужасная травма, нестерпимая боль и стыд, с которыми он придет к специалисту. А другой начнет паясничать и хохотать вместе с классом. То есть человек притянул подтверждение уже имеющемуся внутри. Так работают наши внутренние контексты.

Мои родители не хвалили меня просто так. Их любовь и внимание были валютой, которую нужно было заработать. Мозг ребенка – гениальный логик. Он быстро вычислил: «Чтобы меня заметили и не ругали, нужно быть идеальной. Чтобы меня любили, нужно заслужить».

Вырастая, мы тащим за собой этот чемодан бездонной потребности в подтверждениях. Нам мало похвалы от начальника – мы ждем её каждый день. А если не получаем? Внутри просыпается тот самый невидимый ребенок и шепчет: «Смотри, ты опять недостаточно хороша».

Как это было у меня?

Я была очень жизнерадостным и активным ребенком, улыбка не сходила с моего лица. Правила – это не для меня, было написано на моей хитрой мордашке. Я не думала, что я неправильная или некрасивая. Мне всё было окей.

Но всё изменилось. Думаю, это был не один момент, а постоянное подчеркивание моей незначительности, ничтожности, пренебрежение моими интересами. Я доверяла словам близких. И семена внутренних болей, что были во мне, дали всходы. Уже к третьему классу я стала замкнутым, обиженным ребенком. Постоянные претензии к моему поведению привели к тому, что я перестала проявлять эмоции. Жизнерадостность потухла, в глазах появилось выражение затравленного зверька.

Меня травили в школе. Я не пришлась одноклассникам ко двору, мне объявляли бойкот, издевались. Это ещё больше погружало меня в пучину взращенных комплексов. А дома я не находила поддержки. Уставшая или пьющая мама. Раздраженный отец, которому было не до детских проблем.

Что такое самооценка на самом деле?

Итак, наша самооценка – это то, как мы сами себя воспринимаем. Что сами о себе думаем. И если происходит что-то, что задевает нашу внутреннюю боль, тут-то и срабатывает крючок. Самооценка начинает скакать, и, как правило, в отрицательную сторону.

Мне очень импонирует градация структур самооценки по Борису Литваку. Но как регрессолог я рассматриваю это глубже. Когда люди приходят ко мне на сессии, работать только с детством часто неэффективно. Заложенное могло перейти по роду как выживательная реакция, либо это опыт прошлых воплощений, где вы в силу обстоятельств с чем-то не справились. И теперь этот непройденный урок «фонит».

Вот и я свою психосоматику прорабатывала годами. Я могла позволить себе отдохнуть, только когда болела. Сама собирала пожитки и ехала в больницу: «Ложите меня, я болею». Так как другой возможности отдохнуть не было. Мне годами внушали, что я не имею права на отдых. Потребовались огромные усилия, чтобы исцелить эту программу и позволить себе спокойно отдыхать без болезней.