Галина Врублевская – Как писать прозу. Полный курс для начинающих (страница 4)

Часто встречается и начало, где идет перечисление банальных истин:

«Любовь – чувство необъятное. Существует любовь матери к ребенку, бабушки к внуку, любовь к Родине, к Богу. Я коснусь только любви между мужчиной и женщиной, являющейся одной из самых великих и созидательных сил нашей жизни».

А каких правил нужно придерживаться, начиная рассказ? Для зачинов правил нет! Но есть варианты начала, удобные для отсчета времени или указания места действия. Например: «Стояла поздняя осень, упавшие на землю листья уже побурели»; или: «Жаркий солнечный день располагал к неге и бездействию». Если вы начинаете рассказ с картинки природы, то этим не только указываете время года, но и задаете тон повествования. Очевидно, что первый пример предполагает депрессивное повествование, а второй предсказывает, что, вероятно, случится благоприятное событие.

Иногда время указывается конкретно: «Наступил декабрь 1999 года». Такой зачин нередко используется, если ваша история имеет совпадения с общеизвестными событиями, происходящими в стране или в мире, и вы собираетесь в дальнейшем упомянуть их.

Место действия в первых строках рассказа очень важно показать в тех случаях, когда оно заметно влияет на происходящее. Например: «Ребята вбежали в пустой класс и закрылись ножкой стула» или «Влюбленные шли по широкому проспекту города и не замечали обтекающую их толпу».

Если рассказ ведется от лица героя, от имени «я», то уместно сказать несколько слов «о себе». Мы рассмотрим эти варианты в отдельной главе. Если же, что бывает чаще, историю излагает «всезнающий рассказчик» и говорит о ком-то в третьем лице, то рассказ можно начать с портрета героя: «В комнату вошел малорослый, но широкоплечий парень».

Динамичным зачином может стать и диалог героев, но тогда с помощью авторской речи следует одновременно вводить и характеристики героев.

Однако перечисленные выше обстоятельные зачины подходят полноформатным рассказам, новеллам или повестям, но не сверхкраткой прозе.

Если вы пишете миниатюру, тем более с сатирическим уклоном или в жанре предполагаемого абсурда, то уже первую строку надо максимально нагружать вашей идеей, чтобы быстрее развернуть ее. Предлагаю вашему вниманию несколько таких зачинов у автора абсурдов Даниила Хармса (из цикла «Случаи»): «Жил один рыжий человек, у которого не было глаз и ушей»; «Однажды Орлов объелся толченым горохом и умер»; «Одна старуха от чрезмерного любопытства вывалилась из окна, упала и разбилась».

Однако снова подчеркну, что все эти рекомендации приблизительны, и вы вправе удивить мир собственным неповторимым и оригинальным началом!

«Скелет» рассказа

Может ли автор написать рассказ, не задумываясь о его внутреннем строении, о «скелете» рассказа? Мы ведь не составляем точного плана, не выстраиваем сюжет, не подыскиваем особенные слова, если рассказываем знакомым просто житейскую историю. Допускаю, что кто-то из литераторов может изложить такую историю и письменно. Однако между устным и письменным рассказом лежит пропасть. Рассказывая друзьям о происшествии, мы попутно отвечаем на их вопросы, уточняем обстоятельства, помогаем словам жестами. Все эти возможности у пишущего человека отсутствуют. Автор должен и предусмотреть возникающие вопросы, и уточнить обстоятельства в процессе работы еще над черновым вариантом.

Прежде всего необходимо определиться с композицией. Не обязательно следовать классической схеме литературного произведения, но знать ее полезно:

– завязка (обозначение конфликта);

– перипетии (развитие действия);

– кульминация (место, где конфликтная ситуация максимальна, где случается физическая или психологическая катастрофа);

– развязка (действия, следующие за кульминацией).

По краям этой схемы еще могут иметь место экспозиция (описание положения дел до завязки) и эпилог в конце как конспективное изложение будущей жизни героев. Мы подробнее рассмотрим каждую из составляющих в третьей части, посвященной роману, поскольку он опирается почти на все узловые точки этой схемы.

Но вернемся к рассказу. Перед начинающим автором стоит более простая задача: изобразить цель, поставленную героем, и показать его борьбу за ее достижение. Эти два момента очень важны, потому что пренебрежение ими приводит автора к творческой неудаче – к скучному, невнятному перечислению событий.

Итак, главные ошибки композиции в рассказе:

1. Очень плохо, если не удалось создать напряжения, если история описывается нудно, без всплесков неожиданности, когда читателю с первых строк ясно, к чему ведет автор. Или того хуже: читателю безразлично, чем дело закончится.

2. Отсутствие в рассказе четкого конфликта.

Автор обязан обозначить конфликт так, чтобы была понятна его суть. Ведь бывают простые конфликты между двумя персонажами за «место под солнцем», а бывают более глубокие. Герой может вступать в конфликт с обществом, с природой, с самим собой. Последний вариант – конфликт с самим собой – вызовет противоречивость поступков героя, но читатель должен видеть внутреннюю борьбу персонажа, «болеть» за добро и сокрушаться злу. Герой может выбирать между чувством и долгом, между желанием и выгодой, между честностью и ложью. Вспомним Онегина.

Вернемся к первой ошибке: отсутствию в рассказе напряжения. Как же создать его, как заставить читателя следить за сюжетом затаив дыхание? Один из простейших способов – обман ожиданий читателя. Полстраницы вы ведете героя к какой-то цели, и вдруг – раз и появляется какая-то помеха. Преодолели ее и ведем героя к новой цели. Поскольку мы сейчас говорим о малой прозе, то таких обманных обещаний вставляем не больше, чем два-три. Этот прием усиления внимания читателя в теории литературы принято называть выдвижением. Другим способом выдвижения могут быть необычная завязка (из ряда вон выходящее событие) и какой-то необычный финал (неожиданная развязка). Но здесь хочу обратить внимание начинающих авторов на то, что, хотя и предполагается неожиданная для читателя развязка, автор должен подготовить ее, «вывесив ружье» по ходу действия. Если же неожиданный финал никак и ничем не связан с остальным текстом, если даже при втором чтении не удастся обнаружить это «ружье», то концовка рассказа не создаст нужного впечатления. Тогда у читателя возникнет досада (если финал плохой) или недоверие (при счастливом разрешении ситуации).

Но легче всего заинтересовать читателя настоящим, реалистичным конфликтом – из тех, которые часто встречаются в жизни: проблемы время от времени встают перед каждым человеком. Конфликт можно взять самый простой: отсутствие денег, ссора влюбленных, встреча интеллигента или слабой женщины с хулиганом. Главное – внести какую-то новую изюминку в рассказываемую вами историю. Интересным может быть конфликт человека с природой (как в рассказе Хемингуэя «Старик и море»); или конфликт политической жизни; или вечный конфликт поколений.

Поначалу, когда мы задумываем сюжет, прорабатываем конфликт и перипетии вокруг него, наши герои подвисают в пространстве. Поэтому следующая задача автора – приземлить их, определить место, где происходят действия, чтобы читатель увидел «все кино».

Место действия, декорации рассказа

Назовем места, где происходят события, декорациями. Ведь их облик во многом условен. Даже при большом желании мы не можем дать описание места действия, сравнимое с фотографией.

«Декорациями» в книге могут стать интерьеры зданий, улицы, леса и горы – в общем, любое место, где что-то происходит с героями.

На первом месте среди ошибок, связанных с созданием декораций, у молодых авторов стоит практическое отсутствие описания декораций. Начинающие литераторы не рисуют нам картинку комнаты, магазина или улицы, полагая, что это не суть важно для действия или разговора, происходящего в некоем месте. И хорошо, если сам автор видит перед мысленным взором всю картину целиком, как фильм.

Однако читатель, пусть и увлеченный острым сюжетом, подсознательно будет ощущать нехватку информации. Он станет похожим на зрителя, который сидит в кинотеатре в тот момент, когда изображение покрылось рябью и остался только звук. На рябом экране кто-то кричит, стреляет, убегает – зритель даже распознаёт голоса, но не представляет, за какой выступ может спрятаться герой, в какую яму провалиться. А ведь окажись наш читатель в реальной жизни хотя бы случайным свидетелем экстремального происшествия – убийства или аварии, – он непременно, неосознанно, без всяких волевых усилий увидит и окружающую обстановку. Поэтому если герою предстоит провалиться в яму, автору следует описать часть улицы в рытвинах и колдобинах. А если перестрелка героев произойдет в магазине, то желательно заранее упомянуть и стеллажи, и прилавок, и кассу, и относительное их расположение.

Вторая по частоте ошибка описания декораций представлена противоположностью первой. Автор долго и нудно описывает, например, всю мебель в комнате: «В углу у окна стоял компьютерный стол, вдоль той же стены возвышался шкаф, рядом – тумба с телевизором и еще комод для белья, а вдоль другой стены выстроились …». Уверена, что такие длинные, скучные и бессмысленные описания чьей-то комнаты никто не дочитает до конца.

Оптимальное решение, как обычно, ищем в золотой середине. Вы описываете в обстановке один-два интерьерных предмета, но таких, с которыми как-то связаны предстоящие действия героев. Например: «Большой книжный стеллаж, стоящий у двери торцом к стене, закрывал обзор остальной части этой проходной комнаты, так что мать, проходя в смежное помещение, не видела, чем занимается ее почти взрослый сын: то ли делает уроки, то ли играет на компьютере».