Галина Ширяева – Сказания пери Иман (страница 7)
Шерали разорвал рубаху и кое-как перевязал ишака.
– Ничего, дружище, жить будешь, – он ободряюще потрепал его по загривку.
Шерали радовался счастливому избавлению.
«Какое-то проклятое место. Не дай Всевышний никому туда попасть. А ведь девушка, которая оказалась ужасной ведьмой, вначале ему понравилась.
И тут он вспомнил о золотых монетах.
«Ну хоть что-то хорошее! Теперь у меня есть деньги. Построю себе хороший дом, женюсь, куплю баранов, коров и прочую живность и буду жить счастливо и богато», – удовлетворенно подумал он.
Он опустил руку в карман, чтобы полюбоваться золотом, но там вместо монет оказались мусор и труха. Пару секунд Шерали разочарованно смотрел на этот мусор, потом с досадой стряхнул его на землю.
За всем этим наблюдала луна, которая много чего повидала на своем веку, но никогда не уставала удивляться людским поступкам.
Ребята, увлеченные рассказом, слушали затаив дыхание.
– Ну, и как сложилась дальнейшая жизнь твоего прадеда? – спросила Диана.
Он все-таки добрался до фермы. Проработал там некоторое время. Через несколько лет женился и построил дом на заработанные деньги. Родил троих детей и учил их никогда не брать чужого. Кулакли в награду за спасение хозяина больше никогда не работал. До конца жизни ишака холили, лелеяли и вкусно кормили.
Прадедушка не разбогател, но прожил счастливую жизнь. Он никогда никому не рассказывал эту историю. Кроме своих детей. И велел им рассказать своим детям. Так эта история дошла до меня.
– Как интересно, – сказала Диана, по-новому посмотрев на валун. Я и раньше слышала, что Таваксай мистическое место. Получается, этот валун – портал в другой мир или параллельную вселенную?
Азиз пожал плечами.
– А давайте мы сейчас это проверим! – Камилла вскочила на ноги. – История, конечно, интересная, но, по-моему, твой прадед был изрядным выдумщиком. Ему бы сказки писать. Нет никаких иных миров и параллельных вселенных. Рустам, пойдем, – позвала она парня.
Они взялись за руки и, смеясь, побежали к валуну.
– Ребята, стойте, не надо!.. – бросился за ними Азиз.
Но, они не слушали его и радостно бежали навстречу своей судьбе. На секунду остановившись перед валуном, они сделали шаг – и внезапно исчезли.
Зеркало для Дильшода
– Дильшод-ака, просыпайтесь, на работу опоздаете, завтрак уже на столе. Дильшод открыл глаза и подумал: «Эх, опять на работу!». Потом нехотя встал с постели.
– Все вы работаете допоздна, себя не жалеете, – причитала за завтраком жена. Дильшод сокрушенно кивал головой.
– Вот и вчера, вы очень поздно вернулись, – Наргиза укоризненно посмотрела на супруга.
– Ну что поделаешь, было важное совещание, – строго ответил мужчина.
Взяв в спальне портфель, Дильшод по привычке взглянул на себя в зеркало. Однако себя в нем не увидел. Зеркало, словно черно-белый телевизор, показывало события вчерашнего вечера:
Вот Дильшод сидит за столиком в ресторане «Нилуфар» с очаровательной черноволосой красавицей и что-то нежно шепчет ей на ушко. Дильшод, стоя у зеркала, сначала зажмурил глаза, потом осторожно открыл один глаз, но изображение перед взором не исчезло.
«Что это значит, кто сделал?», – в панике подумал Дильшод. Но времени на обдумывание не было, поэтому он схватил зеркало, сунул его подмышку и быстро вышел во двор.
– Дильшод-ака, вы зачем зеркало взяли? – прокричала в окно жена.
– Надо починить, то есть поменять, и, вообще, я опаздываю! – торопливо ответил Дильшод и мелкой трусцой побежал на работу.
– Войдя в кабинет, он солидно сел за письменный стол и сделал вид, что читает вчерашний отчет. Через некоторое время, ненароком взглянув в зеркало, висевшее на противоположной стене, вновь обомлел. Зеркало показывало вчерашнее событие, произошедшее в его кабинете. Посетитель дает ему пухлый конверт, а Дильшод, воровато оглянувшись по сторонам, быстро кладет его в ящик стола.
Сегодняшний, настоящий Дильшод, искоса взглянув на сотрудников, с облегчением заметил, что те увлеченно обсуждают вчерашний футбольный матч. Накричав на них и отправив выполнять поручения, Дильшод снял зеркало со стены и спрятал в шкаф. « Это происки недругов. Наверное, это Алишер метит на мое место начальника отдела. Молодой да ранний. Ну, держись, я тебе покажу! – Дильшод сжал кулаки. «А как он это делает? – пронеслось у него в голове». Невеселые мысли прервал ежедневный вызов к начальнику, на ковер. Зариф ака, был из тех начальников, которые считали, что подчиненных нужно ежедневно ругать для острастки. Дильшод робко постучал в дверь начальственного кабинета, и получив разрешение, кланяясь, вошел в него. Зариф-ака1 начал свое обычное внушение, а Дильшод, встав по стойке смирно, делал вид, что внимательно слушает. Машинально он каждую минуту кланялся и повторял: «Хоп, булади».
Вдруг, случайно взглянув на зеркало, висящее за спиной начальника, он ужаснулся. Зеркало показывало вчерашнюю сцену: Дильшод-ака хвастает перед подчиненными, что сидит в кресле начальника, положив ноги на стол в то время, как сам Зарифака, вытянувшись в струнку, записывает его мудрые мысли.
Реальный Дильшод взмолился Всевышнему о помощи.
– Дильшод, ты, что застыл как соляной столп? – обиженно произнес начальник.
– Извините, многоуважаемый, я обдумываю драгоценную мудрость ваших слов, проговорил Дильшод, медленно подходя ближе к начальнику.
– А, ну это другое дело, сколько раз говорил, записывайте в блокнот! – поучительно сказал Зариф ака.
В это время Дильшод, сделав вид, что поскользнулся, разбивает локтем зеркало.
– Да что с тобой случилось? – закричал начальник, вскакивая с кресла.
– Извините, Зариф ака, я сейчас все уберу, у меня неожиданно закружилась голова.
– Не надо! Если тебе плохо, иди к врачу, – отрезал Зариф ака.
Дильшод выбежал на улицу. Мысли кружились в голове, как стая ворон. Он метался по городу, не понимая, что ему делать: то ли разбить все зеркала в городе, то ли пойти к врачу. Тут зазвонил мобильный телефон, это Нигора-опа, его мама, приглашала на обед.
Накупив продуктов, Дильшод пошел в родительский дом.
– Сынок, почему ты такой бледный, не заболел ли? – забеспокоилась Нигора—опа
– Нет, ойижон, все в порядке – ответил мужчина, тайком поглядывая на зеркало. И тут же зеркало, словно по заказу, начало демонстрировать сцену из далекого детства: Дильшод разбивает копилку, в которую они вместе с братишкой бросали монетки. Потом денежки он прикарманил, а осколки копилки выбросил. Дома потом все долго недоумевали: куда же она девалась?
– Ойижон, – сказал давно выросший Дильшод, закрывая зеркало спиной, – а вам не надоело это старое зеркало? Давайте, я вам куплю новое.
– Да на что мне новое, мне и это нравится, висит себе и висит, – ответила мать.
Дильшод яростно повернулся к зеркалу, и вдруг оно, будто бы смилостивившись над ним, «переключилось» на другую сценку. Вот Дильшод с братишкой приносят с улицы больного котенка. Они кормят его с пипетки и лечат. Со временем он стал здоровым котярой, долго жившим у них в доме. Глядя в зеркало, Дильшод даже улыбнулся, вспоминая, с каким гордым и независимым видом, полный чувства собственного достоинства, кот ходил по двору.
Потом зеркало «перешло» на другой сюжет. Оно показало, как раньше Дильшод нежно заботился о матери, когда она болела. Вот она его благодарит. А вот он помогает отцу и он его благодарит. Что же, такие видения куда лучше. Будто бы гора упала с плеч! Дильшод опять улыбнулся и сказал:
– Вы правы, ойижон, это очень хорошее зеркало.
– Ты, сынок, самый лучший, – ласково сказала Нигора опа. Не зная, что ответить, Дильшод покраснел как помидор, и опустил взгляд к еде…
– Дильшод-ака, просыпайтесь, на работу опоздаете, завтрак уже на столе. Дильшод открыл глаза и подумал: «Эх, опять на работу». Потом нехотя встал с постели.
– Все вы работаете допоздна, себя не жалеете, – причитала за завтраком жена. Дильшод сокрушенно закивал головой и хотел было ответить, но вдруг вскочил и побежал в спальню. Зеркало висело на своем месте. Дильшод посмотрелся в него и в зеркале увидел лишь собственное заспанное лицо.
– Какое счастье, что это был всего лишь сон, с облегчением подумал он.– Так, какие у меня планы на сегодняшний вечер? – и потер руки.
Зеркало слегка затуманилось…..
Автобус
Мелко накрапывал дождик. Анна Петровна, держа в руке пакет с хлебом, молоком и яблоками, тяжело шла через двор, опираясь на палку. Вдруг ей показалось, что в пожухлой, прибитой дождем прошлогодней траве что-то блеснуло. С трудом нагнувшись, пожилая женщина с удивлением подняла крупную серьгу с красным камнем в обрамлении золотых завитушек. Камень насмешливо поблескивал в морщинистой руке. Она поднесла серьгу к глазам, чтобы получше рассмотреть, и вдруг в груди защемило…
– Не может быть, чтобы это была та самая, – прошептала старушка, держась за дерево. – Нет, показалось, наверно. Надо соседей спросить, может, потерял кто…
Положив в карман диковинную находку, Анна Петровна стала карабкаться по лестнице домой.
Яблочный пирог стоял на столе рядом с белым в синий горошек чайником и такой же чашкой. Она налила в чашку чаю и подошла к окну.
Отрешенно глядя в окно, Анна Петровна видела лишь перемигивание фонарей да отражение своего постаревшего лица. Неужели и завтра будет дождь, тоскливый и беспросветный, непривычный для южного города?