Галина Ширяева – Сказания пери Иман (страница 6)

Свежее, с ветерком утро сменил знойный день. Шерали к этому времени добрался уже до водопада. Присев отдохнуть, он с интересом разглядывал большой Таваксайский водопад. Затем, умывшись в его холодных струях, наполнил флягу и решил двинуться дальше.

Неподалеку высился огромный белоснежный валун, напоминающий верхушку небольшого айсберга. Солнце отражалось от его поверхности каким-то необычным свечением, придающим камню флер таинственности. Глядя на это чудо природы, Шерали раздумывал: откуда взялась здесь такая громада? Рядом с саем расположились его неказистые братья – обычные серые или коричневые валуны, ничем особенным не отличающиеся. Сдвинув тюбетейку на лоб и почесав затылок, путник пытался вспомнить, что насчет камня говорил Нияз-бобо.

«Кажется, он говорил, что к нему нельзя приближаться». После обильных возлияний накануне Шерали не все помнил. Впрочем, мужчина не верил слухам о таинственных исчезновениях и прочих странных происшествиях.

Вдруг он испытал нестерпимое желание подойти к камню и посмотреть на него вблизи. Ишак упирался, но Шерали пригрозил ему плеткой, поэтому Кулакли ничего не оставалось, как последовать за хозяином.

– Кажется, мрамор… – Шерали пощупал камень и шагнул за него. – Вот видишь, все в порядке, ничего не случилось.

Но ишак, похоже, думал иначе, поскольку беспрерывно оглушительно орал.

Шерали прошел немного вперед и сел на сваленный ствол дерева. Воздух был чистый, солнце освещало снежные шапки высоких гор.

Мужчина потянулся к цветку с зелеными в черную крапинку лепестками и вдруг отпрянул.

Разве бывают такие цветы? И откуда взялись высокие горы, когда только что были невысокие холмы Таваксая?

Ответов на вопросы не было.

Внимательно осмотревшись, он вдруг заметил, что и деревья вокруг огромные.

Откуда?! В горах растет боярышник, орешина, миндаль. Вместо них к нему протягивали свои зеленые лапы толстоствольные гиганты с красновато-коричневой корой, чьи листья напоминали дубовые, только раза в два больше. Высокие кусты с желтыми в красные пятнышки ягодами попадались на каждом шагу. Крупные грибы имели странный фиолетовый оттенок. Шерали заметил большого сиреневого впившегося хоботком в шляпку жука – он насыщался соком гриба. Трава была почему-то зловещего сине-зеленого оттенка… Шерали никогда не видел такого растительного буйства: местным горам это не свойственно. Да и не только местным.

«Неземное…» – мелькнула в голове шальная мысль.

От природы Шерали был любопытным, но и в здравом смысле отказать ему было нельзя. Все происходившее казалось диковинным сном. Ишак, пугливо озираясь, даже не пытался щипать траву. Интуиция подсказывала, что нужно как можно быстрее выбираться из этого странного места, поэтому он повернулся и пошел обратно.

Внезапно он спиной почувствовал взгляд. Вздрогнув, повернулся и увидел невысокого человека в серой рубахе и холщовых штанах. На шее его висело ожерелье то ли из камней, то ли из корней каких-то растений. Данный субъект вежливо улыбнулся и спросил, куда Шерали держит путь.

– Скажите, как мне дойти до большого белого камня? – растерялся Шерали. – Я правильно иду?

– Увы, нет, – с легким поклоном ответил незнакомец и махнув рукой показал в противоположную сторону: – Вам туда.

Удивившись, Шерали все же пошел в указанном направлении. Пройдя немного, обернулся, но незнакомец исчез – как будто испарился!

– Ничего, посмотрю, что там дальше, и вернусь. Хотя, может, я заблудился?

Пройдя шагов триста, он увидел небольшой глинобитный дом.

«Надеюсь, здесь мне укажут верное направление», – только успел подумать Шерали, как на пороге появилась девушка в длинном платье. Ее прическу из множества косичек украшала необычных сине-фиолетовых оттенков тюбетейка, на шее играло разными цветами монисто из монет и бусин. Точеные черты лица, черные как ночь глаза…

– Куда путь держишь? – нежно спросила девушка.

Глядя на нее, Шерали немного успокоился: страхи его улетучились, местность уже не казалась такой зловещей.

– Уважаемая, как мне дойти до белого камня?

– Здесь недалеко. Не беспокойся, я тебя провожу. Ты, наверное, устал, путник? Заходи, отдохни и попробуй моего угощения, – девушка сделала приглашающий жест.

Шерали почувствовал себя вдруг очень голодным и усталым и решил, что часок-другой отдыха ничего не изменит. Тем более что девушка ему очень понравилась.

– Привязав ишака под навесом, Шерали зашел в дом. В середине большой комнаты стоял невысокий столик, вокруг которого были разложены курпачи. Кухню от комнаты отделяла стеклянная дверь.

– Меня зовут Хавса, – женщина быстро накрыла на стол, поставив большую тарелку с мясом и овощами фиолетового цвета, синей зеленью, хлеб и какой-то напиток в глиняном горшке.

– Меня Шерали, – представился он.

Шерали с опаской попробовал еду, но она оказалась вкусной, и он с удовольствием поел.

– Хавса, а ты здесь одна живешь?

– Да, одна. Но неподалеку кишлак. Я травница, собираю травы и лечу местных.

– А тебе не страшно одной?

– Я ничего не боюсь, – твердо ответила девушка и, заглянув в ее глаза, Шерали вдруг понял, что она старше, чем кажется.

– Отдыхай, путник, – Хавса бросила на курпачи пару подушек, – а я пойду к саю по воду.

– Может, тебе помочь, хозяюшка? – вежливо предложил Шерали.

– Не беспокойся, я сама справлюсь, – Хавса взяла кувшин и удалилась.

Шерали вышел на порог и удивился, увидев, что на горы уже опускаются сумерки. Он полюбовался последними лучами солнца, которые украсили величественные пики гор в розово-золотистые краски и только потом спохватился, что вроде бы недавно был полдень…

Лестница в прихожей вела в подвал. Вдруг на ней что-то блеснуло. Нагнувшись, Шерали поднял монету с надписью незнакомыми буквами. Наверняка золотая!

Он крадучись спустился по лестнице и осторожно приоткрыл дверь, за которой оказалась небольшая комната, заваленная вещами. Повсюду прямо на полу в беспорядке валялись коробки, мешки, сундуки. Шерали открыл коробку – там травы, корешки, в сундуке – разноцветные тряпки или одежда. Он уже махнул рукой на весь этот хлам, но ради интереса открыл маленький сундучок и замер: там в скудном свете закатного солнца, пробивающегося сквозь небольшое оконце, тускло поблескивали монеты.

Пугливо озираясь, мужчина взял, сколько поместилось в ладони, и опустил в карман. Вдруг он почувствовал, что кто-то смотрит на него. Обернувшись, увидел большого черного кота. На шее животного висело ожерелье из камней и растений.

– Где-то я это уже видел… – подумалось Шерали.

Между тем кот укоризненно, как показалось мужчине, посмотрел на Шерали, махнул хвостом и, юркнув в угол комнаты, исчез так же неожиданно, как и появился.

Шерали даже встал, чтобы посмотреть, куда делся кот, и нечаянно уронил зеркало. Это было старинное круглое зеркало в бронзовой оправе. Мужчина протер его и аккуратно поставил на место. Вдруг за своим отражением в зеркале он заметил темный силуэт. Силуэт превратился в жуткую старуху, редкие седые волосы которой едва прикрывали покрытый пигментными пятнами череп. Морщинистое лицо искажала кривая ухмылка. Нос длинный, загнутый крючком, глаза ввалившиеся, зубы желтые, большие, как клыки, руки длинные и костлявые. С колотящимся сердцем Шерали обернулся, но там никого не было.

– Алмауз кампыр… Надо же, чего только не привидится, – мужчина рукавом вытер липкий пот со лба.

Он тихонько вышел из комнаты и поднялся наверх.

«Нужно срочно бежать отсюда, что-то здесь нечисто» Но вдруг Шерали почувствовал, что ужасно хочется спать.

«Ничего, завтра с первыми лучами солнца я уйду», – успел подумать Шерали, проваливаясь в сон.

Когда он проснулся, Хавса уже возилась на кухне. Через стеклянную дверь было видно, что девушка, покрыв голову платком, месит тесто.

«До чего же хозяйственная, так бы и остался здесь, но в доме у нее какая-то чертовщина…»

Шерали потихоньку встал, взял свою котомку, ружье и на цыпочках пошел к выходу. Но выхода… не было: дверь куда то исчезла! Он вопросительно посмотрел на Хавсу. Словно почувствовав взгляд, та повернулась. Руки ее были в муке, но лицо… господи, что это?! Вместо девушки на него смотрела вчерашняя жуткая старуха. На ее шее вместо монисто «красовалось» мерзкое ожерелье из живых червяков и пауков.

– Скоро будет самса, – она рукой показала на казан с мясом, поверх которого лежала его собственная голова.

Шерали в ужасе застыл, затем забегал по комнате в поисках выхода из этой ловушки.

– Бесполезно, – засмеялась старуха жутким дребезжащим голосом. – Ты наверняка вкусный, но попробовать тебе самсу не удастся, – продолжала издеваться ведьма.

В этот момент на улице жутко заорал Кулакли. Старуха на минутку отвлеклась – и наваждение исчезло, появилась дверь. Не теряя времени мужчина, выбив ногой дверь, выбежал на улицу и… чуть не упал в обморок. Бедного ишака окружала толпа страшных существ с пустыми глазницами. В руках они держали ножи и вилы, направленные на несчастное животное.

– Шайтаны! – в ужасе закричал мужчина и не теряя времени выстрелил наугад. Два чудища упали, остальные отступили.

Быстро отвязав ишака, по боку которого струилась кровь, Шерали что есть мочи помчался, стремясь оказаться как можно дальше от жуткого места. Кулакли, несмотря на боль, тоже не отставал. Вдруг мужчина услышал топот погони. От страха он побежал еще быстрее. На горизонте уже появился белый валун, но чем ближе Шерали к нему приближался, тем тяжелее было бежать. Сердце стучало, пот застилал глаза, а топот погони не утихал. Последние метры он полз по земле, но, когда осталось совсем чуть-чуть, кто-то ухватил его за ногу. Тут наилучшим образом проявил себя Кулакли: лягнув копытом жуткое существо, он потянул Шерали, ухватившегося за поводок, и буквально вытащил его за валун. Как только они пересекли невидимую линию, все исчезло С облегчением Шерали увидел, что местность приняла обычные очертания. За валуном, как прежде, виднелись немногочисленные кустарники и деревья. Минут десять мужчина отлеживался на траве, потом с трудом поднялся и сел на старый потрескавшийся пень. Светила полная луна, освещая знакомый пейзаж Таваксайских гор. Слышался шум водопада. Его даже не удивило, что недавно было раннее утро, а сейчас наступила ночь.