Галина Одинцова – Призрак из прошлого (страница 3)
Три дня море бунтовало. Виктория успела написать план будущего детектива, расписать образы главных героев, но эта работа была сделана без азарта. Виктории казалось, что не с того она начинает писать задуманную книгу, а сюжет слишком избит.
«Надо выйти за рамки детектива, – думала она, поглощая шоколад одну плитку за другой, – надо добавить новых сюжетных линий, я психолог, и исследование психики человека имеет важное значение. Хочется вытащить наружу «подпольного человека», который есть в нас и, как писал Ф. М. Достоевский, пытается прорваться наружу. За масками и фасадами скрывается настоящая натура человека. Как рассказать об этом читателям так, чтобы было интересно».
Виктория занималась творческой работой с удовольствием. Даже ненастная погода настраивала на нужный лад.
На третий день к вечеру море изменило характер, и спасатели убрали предупреждающие штендеры. Отдыхающие потянулись к воде.
Виктория тоже спустилась на пляж. Смельчаки тут же начали заплыв, не думая о риске для жизни. Виктория позавидовала ребятам, но сама отдаться волнам не решилась.
Глава 4. Не всем суждено увидеть лунную дорожку…
В этот вечер закат был особенным. Низкое небо окрасилось в алые и пурпурные оттенки. Они постепенно гасли, и сумерки опускались всё ниже и ниже. Виктория, насладившись этой неописуемой красотой, побрела к выходу с пляжа.
По щербатой лестнице осторожно, боясь споткнуться, поднимались несколько женщин. Они аккуратно переставляли ноги со ступеньки на ступеньку, о чём-то болтая и размахивая руками. Их движения были неспешными и ленивыми, как в замедленном кино.
Эта картина выглядела ярко: все дамы были одеты в аляповатые пляжные туники и цветные шляпы – просто живопись! И среди них была… мама. В соломенной шляпке, в пёстром сарафане, который любила носить в жаркие дни. Даже издалека было видно, что он давно выцвел на солнце и абсолютно не вязался со стильными яркими одеждами остальных женщин. Но мама, которой нет на этой земле уже почти пятнадцать лет, была там! Среди оживлённо болтающих отдыхающих!
Виктория ускорила шаг. Споткнулась, чуть не упала, едва удержав ноутбук, а когда вновь подняла голову, лестница была пуста. Взбежала по ней. И аллея тоже опустела.
Аллея была пуста, как будто и не было никого здесь минуту назад. Что за наваждение? Или мираж? Фата-моргана?
Виктория в замешательстве крутилась на месте, пытаясь хоть кого-то увидеть на аллее парка. С пляжа поднялись пловцы, они громко обсуждали температуру воды и силу утихающего шторма, хвастаясь друг перед другом умением побеждать сильные волны.
Снова мамин образ. Виктория не на шутку всполошилась. «Кто эта женщина? Существует ли на самом деле? Куда пропадает, как только приближаюсь, чтобы убедиться в том, что я не сошла с ума? Может быть, это двойник, реальная женщина, отдыхает в этом санатории. А я придумала этот образ и мучаю себя».
В эту ночь Виктория снова вспоминала детство, юность. Впервые в жизни начала ревизию своей жизни. Её внутренний ребёнок всполошился. Но почему здесь, на отдыхе, о котором она так долго мечтала?
«Боже, как я устала от этих воспоминаний. Зачем пишу это? Почему душа рвётся на части? Хочу написать книгу, а воспоминания, словно водопад, хлынули на несчастную голову. Неужели пора собирать камни? И природа сама подталкивает сделать это. Откуда эта мистика? В чём причина? Неужели не зря вижу фантом, может быть, воображение не просто так преследует меня? Я читала, что, вспоминая своё прошлое, мы переоцениваем те чувства, которые не осознавали ранее. И это может помочь мне лучше узнать себя настоящую? А мои мемуарные воспоминания станут кому-то полезны даже через десять, двадцать лет? Н-да… куда меня понесло? Третий час ночи, а я строчу и строчу, словно кто-то свыше ведёт мою руку. Это воздух и здешняя аура меня так всколыхнули, сделали из меня чувственную особу. Странно…»
Виктория отодвинула ноутбук, достала из холодильника лимонад, выпила залпом, вышла на балкон. Ночные птицы негромко переговаривались между собой, их трель путалась и терялась в кронах деревьев, внизу шептались волны, лёгкий ветерок доносил аромат цветущих деревьев вперемешку с запахом солёного моря.
Лунная дорожка протянулась к берегу. Значит, наступило полнолуние, и счастье тому, кто увидит это чудо. Но не всем суждено увидеть, а ещё лучше – искупаться в отображении луны на морской глади. Существует много поверий, связанных с лунной дорожкой. Например, нельзя её переплывать, не загадав желания. Лунная дорожка создана для влюблённых, она стелется и переливается, словно сшита из дорогой парчи, мерцает, притягивает.
Послышался смех, вода всхлипнула, и два силуэта медленно поплыли к линии горизонта по серебряной тропинке счастья. Отплыв довольно далеко от берега, силуэты замерли и, держась за руки, качались на волнах, как в колыбели. Можно вечно любоваться этой красотой. Виктория, убедившись, что пара вернулась на берег, улыбнулась и пошла спать. Она была счастлива!
Глава 5. Потому что гладиолусы…
Викторию разбудил стук в дверь. «Кто там? Кто так нетерпелив? А говорили, что в этом санатории люди корректные и не беспокоят до тех пор, пока не попрошу!» За дверью стоял букет гладиолусов. Таких королевских цветов Виктория ещё не видела. Цветок-меч был такой высоты, что закрывал гостя полностью. Бархатные цветки потрясали великолепием и разнообразием.
– Так, Марк, открывайся, я узнала тебя по непромытым кроссовкам. Когда ты их сменишь? – Виктория посторонилась, пропуская гостя в номер.
Кроссовки потоптались на месте и сделали шаг вперёд.
– Виктория, ну тебя ничем не удивишь. Хоть бы притворилась, что не узнала меня, – возмутился гость, словно обиженный ребёнок.
– Да я и не узнала бы тебя, Марк, если бы ты пришёл в чистой обуви. Где взял таких великолепных красавцев?! – Виктория залюбовалась шикарными цветами.
– На рынке! С раннего утра ждал, когда завезут этот сорт! – хвастливо произнёс Марк. Он обрадовался, что цветы понравились начальнице.
– Обожаю гладиолусы! Ладно, проходи, не стой на пороге. Слушай, существует легенда: гладиолусы выросли из мечей пленённых римлянами воинов-фракийцев. Им приписывают лечебные свойства.
– Ух ты, я и не знал! Как интересно… Вы прекрасно выглядите, Виктория! – воскликнул Марк и аккуратно возложил букет на кровать.
– Марк, ты, как всегда, оригинален. Вот что я с этими мечами буду делать, а? – Виктория развела руки в стороны.
– Да что хотите! Любуйтесь, это же для любования…– оправдывался Марк.
– Для любования… Ты что тут делаешь? Я же просила не беспокоить меня в отпуске! Алло, а горничную можно? С вазами. Тут вырос огород цветов… Спасибо! – Виктория повернулась к Марку.
– Я прилетел на юг неделю назад, путешествую по побережью. Изучаю, так сказать… И вот решил проведать вас! – радостно отчитался Марк.
Виктория рассмеялась, было видно, что она рада и Марку, и цветам. Она уже скучала по коллегам.
– Марк, сильно не радуйся, выпьем кофе – и можешь путешествовать дальше. В Москве расскажешь, что видел, с кем познакомился.
Пришла горничная с большой стеклянной вазой, размером с ведро.
– Я видела, что гость несёт такие цветы. Знала, что придётся их пристраивать, ножницы сразу же приготовила. И вазы приготовила, стала ждать, когда позовёте. На кровать такие нельзя, там могут быть гусеницы, выползут… мало не покажется! Напугать могут. Особенно ночью. Я проверю постель, не беспокойтесь. – Горничная говорила и говорила на своём наречии, не обращая внимания на постояльцев.
– Марк! Ты специально? – возмутилась Виктория. – Какие гусеницы?! Унесите цветы немедленно!
– Не бойтесь, я же сказала: приберу, проверю! Обрежу стебли, украшу балкон! В номере не надо цветов! Их много, пусть там поживут!
Горничная, с именем Айсулу на бедже, разговаривала уже сама с собой, не обращая внимания на гостей. Виктория и Марк спустились в бар. Марк болтал без умолку, что-то рассказывал, размахивал руками, пританцовывал, показывая, как он чуть не свалился с мостика в горную речку.
Виктория не слышала о чём он говорил. Внизу, на пляже, среди отдыхающих, она вновь видела маму. В соломенной шляпке и выгоревшем сарафане мама сидела на раскладном стульчике и смотрела на море.
– … А вы даже не представляете, как я завис, не поверил глазам! Виктория, вы меня слышите? – Марк стоял на одной ноге, кое-как удерживая равновесие.
– Марк, уходи! – вдруг приказала Виктория.
– Почему, что я такого сказал? – опешил Марк.
– Почему-почему… потому что гладиолусы! Вот почему! Я позвоню.
Виктория подошла к Марку, развернула его и подтолкнула в спину. Марк, не оглядываясь, ушёл. По его напряженной спине было видно – обиделся.
Но Виктории было не до него. Она спустилась на пляж. Прошла вдоль берега, но маму не нашла: как ветром сдуло! Виктория ещё больше разозлилась на Марка.
«Я забыла, зачем сюда приехала, гоняюсь за привидением! Марка обидела. Что со мной? Что не так? Нет, так нельзя, пора начинать полноценный отдых!»
Виктория спустилась к морю, нашла свободное место у лестницы, отсюда пляж как на ладони. Ей нравилось наблюдать за людьми, за пляжной жизнью. Кажется, что время здесь течёт монотонно-скучно! Нет! Здесь жизнь кипит. Можно писать рассказы, и даже романы, если внимательно рассматривать героев остросюжетных историй. Здесь люди знакомятся, влюбляются, общаются, уединяются и отсутствуют среди толпы.