Галина Маркус – Цвета индиго (страница 7)

– Не-благо.

Удивительно… Пат смотрела на него в потрясении – откуда этот нравственный закон, заставляющий умирать, но не совершать «не-благо»? Вот же она, загадка илинита! А земляне… земляне ничегошеньки в них до сих пор не поняли.

– Если индиго – высший цвет, как ты говоришь, почему я ничего этого не знаю и не могу понять до конца? – Пат потерла обе щеки. – Может, я не индиго?

– Цвет ствола не изменится от высоты дерева и количества листьев на нем, – странно ответил Стар. – Ты – индиго.

– А ты… значит, все, что ты знаешь, кроме того, что тебе объяснила мама, ты понял сам?

– Мне кажется, я знаю голос отца, ведь наша связь не могла прерваться… – сказал парень, и добавил тревожно:

– Если только я не думал в несвойственном жизни направлении. Слышу ли я отца или только себя?

– На Земле многие думают в несвойственном жизни направлении, – проговорила Патрисия, восхитившись речевым оборотом.

Сегодня, всего за несколько часов, она пусть и немного, но приблизилась к разгадке илинита… того самого «нечто» в их языке. Приблизилась… и осталась от нее далека.

Стар повернулся на другой бок – сейчас он лежал лицом к ней, но глаз не открыл. Она оторвалась от книжки, выжидая, не скажет ли он что-нибудь вслух.

– Синее в тебе очень яркое, – неожиданно произнес мысленно Стар. – Очень… И зеленый тоже… красивый.

Ей показалось, что интонации у него были в этот момент смущенными, как у обычного подростка, впервые делающего комплимент женщине.

– Спасибо… – она крепче ухватилась за книжку, стараясь сохранить непроницаемое лицо, но улыбка все равно тронула кончики губ.

– Кстати, почему я тебя слышу? – спросила она, чтобы прервать неловкую паузу. – Я никогда раньше не говорила так… «прямо».

Она повторила это новое для себя слово из его лексикона.

– Ты – индиго, – в очередной раз, как заезженная пластинка, повторил Стар. – Индиго все умеют говорить прямо.

– Только индиго?

– Нет, не только. Ты же видишь: я – не индиго. Но индиго – умеют. Мама мне объясняла.

– А твоя мама индиго?

– Среди женщин, оставшихся с землянами, нет индиго, – помрачнел Стар и наморщил лоб, вспоминая. – И я не знаю про тех, что ушли в горы… мои ветки не росли в этом направлении. И я не говорю с мамой о тех, кто ушел…

– Подожди, получается, и не все иляне – телепаты?

– Конечно, нет. Мама не говорит прямо, и…

Патрисия внезапно встревожилась, вспомнив о наблюдателях снизу. Не демонстрировала ли она излишнюю заинтересованность, глядя на «спящего» парня?

– Знаешь, давай поговорим позже, – быстро проговорила она. – Нам надо изображать контакт. Тебе пора «проснуться», а ночью поговорим еще.

– Хорошо.

Стар одним плавным, но мгновенным движением сел на диване – она даже вздрогнула от неожиданности, – и уставился на нее.

– Ты проснулся? – произнесла она вслух, растерянно глядя на него.

– Да, я проснулся, – ответил он громко.

Она уже отвыкла от его голоса и такого пристального взгляда.

– Ужинать будешь?

– Нет. Покажи мне свой город.

– Город? – подняла брови Пат. – Я… я не знаю, можно ли нам выходить. Я должна спросить. Жди меня здесь.

***

– Что за ерунда, Пат? Ты только кормишь его и баюкаешь. Когда вы начнете общаться?

Пат стояла в коридоре квартиры этажом ниже, выслушивая справедливые упреки своего однокурсника. Стара тем временем сторожили наверху все четверо охранников.

– А как ты считаешь, надо входить в доверие? – огрызнулась она. – Сразу за грудки – вынь да положь? Пусть привыкнет ко мне, успокоится… Он хочет погулять, посмотреть город. Я могу…

– Нет! Ты с ума сошла, как можно с ним выходить?

– Но кто про него узнает? Он вылитый японец или китаец. Мы поднимемся сразу на крышу и полетим в центр.

– А если сбежит?

– Куда, сам подумай? Да его сразу найдут по чипу.

– Пат! – Семен смотрел на нее как на идиотку. – Ты видела чип у него в ухе?

– Ну… не помню…

Она попыталась представить ухо Стара, есть ли точка-контроллер на его мочке – такая, как у Семена, как у нее самой.

– Вот именно, – кивнул однокурсник. – Мы ввезли его контрабандно. И чипа на нем нет. Как ты себе представляешь – мы приводим его сейчас в Контроллер, и говорим: пометьте парня. Неизвестно, откуда он взялся, откуда прибыл. Это наш приятель из Японии или Индокитая, материализовался прямо из воздуха!

– Подожди… а перевозчик – что, никто не заметил отсутствие чипа?

– Перевозчик был из тех, кто вопросов не задает. Он один, без пересадок, провез нас через все восемнадцать планет. Не хватало еще отмечаться в каждом пункте Вселенной! Мы и останавливались только для того, чтобы заправиться. Хорошо, что у русских обособленное транспортное ведомство, все остальные централизованы через Всемирное Контролирующее. Парня нашли мы и… не стали об этом трубить, как ты понимаешь. А узнай ВКО, этот Всемирный Контроллер, мальчишку бы отобрали и отправили в Хельсинки.

– Но наши власти тоже не в курсе?

– Пат, я тебе уже говорил, конечно же, нет. Мы входим в ВКО, так что это один пень, только сбоку. И… не задавай лучше лишних вопросов, – он невольно оглянулся на неприкрытую комнатную дверь. – Потеряй мы парня – мало не покажется. Это он только выглядит таким ангелочком. Иляне и без гипноза способны на многое. А ты говоришь, гулять…

– На что, например?

– Мы можем только догадываться…

– Тогда как мы загнали их в горы? Взрослых вооруженных мужчин! Будь они всемогущими чародеями, нас бы ветром смело с этой Илии. Если мальчик настолько крут, что мешает ему сбежать прямо сейчас? Но он до сих пор здесь!

– По-моему, – забеспокоился одноклассник, – суть их способностей действительно в другом, но…

– Она права, – произнес тихий голос позади Семена, и перед ней возник Невидимка. – Они никогда не нападают первыми.

Глаза у Семена стали понимающими, и оба ее собеседника переглянулись, неприятно усмехнувшись. Похоже, Патрисия поспешила с выводами, что земляне не поняли нравственного закона илян. Еще как поняли, и… решили этим воспользоваться.

– А зачем же тогда столько охраны и пульт вызова? – поинтересовалась она.

– В основном защита от тех, кто может узнать про парня и похитить его. Ну и на всякий случай, конечно. Кто знает, вбила ли ему мамаша их принципы, или нет.

Нет, ну какие же гады! Гнев распирал ее, но она спрятала его как можно дальше, чтобы себя не выдать. Невидимка тем временем размышлял.

– Пусть погуляют, – наконец, дал отмашку он. – Никуда он от нас не денется. Попробует бежать – мы его парализуем. Надо только выбрать малолюдное место. Супермаркет на окраине. Какой-нибудь парк. Да и некуда ему бежать. Без чипа он даже на транспортный узел не попадет, не говоря уж про космодром. Бегать по стране, не зная правил и языка – голодная смерть.

– И я считаю, – как можно убедительнее сказала Патрисия, – если мы хотим помочь ему сделать нужный выбор, надо показать ему преимущества жизни здесь, то, как он может устроиться, если согласится. И это точно не должна быть тюрьма.

***

В селиплан они со Старом сели вдвоем, но следом за ними летели еще два неприметных корытца с охраной. Пат догадывалась, что в ее блони тоже установили камеры, поэтому летели молча. Стар смотрел вниз, на город, и ни разу к ней не повернулся. Так было даже проще разговаривать. Потому что напряженный, полный вопросов со стороны Пат, разговор, разумеется, продолжался.

– Меня приставили к тебе потому, что я женщина, – вспомнила Пат, – а женщины не могут получить способности от илян. А ваши женщины тоже? Нет, я знаю, что их возможности ограничены, но могут ли ваши мужчины помочь им… научить тому, что умеют сами?

Долгое молчание в ответ. Пат уже начала думать, что она разучилась слышать Стара, когда он очень медленно произнес.

– Женщины могут получить знание и обладать силой.

– Могут? – удивилась Пат. – А наши, похоже, не в курсе.