Галина Липатова – Летние учения (страница 34)
– Привет, парни! Здравствуйте, сеньор Ринальдо! – радостно возгласил Жоан, размахивая пером живоглота. – Гляньте, что у нас есть!
– А что это? – заинтересовался Алессио, подходя ближе. Пригляделся и охнул:
– Перо живоглота!!! Охренеть!!! Вот это трофей так трофей, аж завидно.
Чампа тоже быстро подошел к ним и цепким взглядом оглядел всех троих:
– Все целы? Ран, ушибов нет?
– Хвала богам, – отозвался Тонио. – Но, сеньор Ринальдо, никто из тех, кто тут уже бывал, ничего о живоглотах не рассказывал. И мне интересно даже не то, зачем он здесь, это как раз понятно, а то, где вы его раздобыли, они же давно вымершими считаются!
Чампа напустил на себя строгий вид:
– В мире, Тонио, есть немало загадочных вещей. А испытание вы все трое прошли и справились отлично, с чем и поздравляю. А ты, Джулио, вообще большой молодец, я даже, признаться, не ожидал от тебя такой прыти и сообразительности.
Джулио польщенно кивнул и поклонился:
– Спасибо, сеньор Ринальдо. Я очень старался!
– Я видел, – улыбнулся его наставник. – И очень тобой доволен. Ну, теперь идите, отдыхайте. Утренней тренировки завтра у вас не будет, только пробежка, и всё.
Рикардо вздохнул:
– Сеньор Ринальдо… должен сказать, что я не буду завтра тренироваться… и вообще что-либо делать. Очень уж утомился. Можете даже меня в карцер за непослушание засадить, все равно я и там спать буду.
Чампа рукой махнул:
– Иди, спи. Я видел, что у вас там происходило, так что понимаю, что тебе нужен хороший отдых. А вы, Жоан, Тонио, Джулио – завтра после завтрака нам подробно доложите. Энрике, Бласко, Камилло – вас это тоже касается. Алессио – ты тоже. А ты, Робертино, побудь пока тут, сейчас вернутся остальные, ты понадобишься.
– Там что-то случилось? – встревожились младшие паладины. Чампа ответил туманно:
– Ничего особенного, кадет Карло попал себе кистенем по яйцам, и Оливио немножко перестарался с яростью. Так, я же сказал – идите уже к себе, не толпитесь здесь.
Неохотно, но младшие паладины и кадеты разошлись, а тут наконец явились и остальные. Робертино первым делом бросился к Оливио, которого несли Маттео и Анэсти:
– Что с ним?
– Пришлось призывать ярость, и он перестарался, – пояснил Дино. – Уже почти два часа вот без сознания…
Робертино быстро осмотрел и ощупал Оливио, потом сказал:
– В лазарет. Карло, ты тоже давай туда, надо и тебя осмотреть.
– Да не надо, я уже в порядке, – слабо запротестовал кадет, но Робертино на него рявкнул:
– Надо! Сейчас в порядке, а завтра всё распухнет так, что ходить не сможешь! Так что давай, живо в лазарет!..
Карло поплелся к лестнице наверх под нервные смешки остальных, а Робертино, вздохнув, посерьезнел:
– Сеньор Андреа, сеньор Валерио… есть ли какие-то особенные рекомендации, что делать с яростным паладином в таком состоянии?
– Никаких, Робертино. Он либо справится сам, либо нет. Но если нет – то ему в таком случае только милость богов поможет, – вздохнул старший паладин Андреа. – Вот когда он очнется, тогда понадобится и твоя медицинская помощь.
Маттео и Анэсти понесли Оливио наверх, в лазарет. А Кавалли повел пленного гнома в карцер, по дороге объясняя Чампе, что вообще там происходило. Чампа выслушал, потом сказал:
– Кто бы мог подумать, что гном-шаман рискнет таким заняться…
Филипепи вздохнул:
– Чего только на свете не бывает! Вот и гном-некромант завелся. Матронам тейга Кандапор будет очень интересно… и, боюсь, неприятно узнать этакую новость.
При упоминании матрон гном громко всхлипнул, шмыгнул носом и зарыдал. Кавалли встряхнул его за плечи:
– Тихо! Перед нами рыдать бесполезно, мы всё равно должны тебя передать матронам. К тому же ты дел наворотил таких, что и по фартальским законам тебе бы светили Кастель Кастиго и кандалы из адаманта, если бы ты был людским магом...
Гром стал рыдать тише, но не заткнулся. А когда за ним закрыли дверь карцера, то принялся колотить в нее кулаками и ногами и что-то выкрикивать. Кавалли начертал на двери запирающий знак:
– На всякий случай. Без своей шаманской палочки он ни на что не годится, но кто его знает… Ринальдо, ты завтра с утра садись-ка на коня да езжай в Башню Скорби, пусть кто-то из мэтров сюда приедет, да и отвезете гнома сначала в столицу, доложите его величеству… а оттуда, наверное, придется тебе еще и в Кандапор его везти. Валерио письмо напишет диру и матронам. Наверняка они кого-нибудь пришлют сюда, чтобы забрать ванну… Последняя матрона Цхали заслуживает правильного гномьего погребения в священной усыпальнице Кандапора, а не сомнительного бытия в роли первого гнома-лича. А я сейчас пойду рапорт его величеству писать и капитану с Манзони… Завтра вечером, Валерио, сходим еще кладбище проверим, все ли печати гном сломал или не все. И подземелье тоже, хотя думаю, что вчера парни последних некротиков там уделали.
Ринальдо Чампа потер лоб:
– Вот не было печали, называется. Всё, я пойду спать. А всё-таки… признаюсь: я рад, что Джулио и Карло отлично справились.
– Да, мы даже от них и не ожидали, особенно от Джулио, – расплылся в улыбке Филипепи. – Теперь мне любопытно, какую они с Карло себе специализацию выберут.
– Я тебе и так могу сказать, – прищурился Кавалли. – Обычно на этих испытаниях становится понятно окончательно, даже если до того не определились. Думаю, из Джулио неплохой храмовник выйдет, а, Ринальдо?
Мартиниканец кивнул:
– Это точно. Ему всё время придется бороться с искушениями, но в такой борьбе и сила многократно возрастает. А он упрямый, так что… ты прав. Только пока ему не надо об этом говорить, еще испугается, – хихикнул он. – А из Карло сделаем отличного странствующего. И надо будет, Валерио, чтоб ты его как следует поучил с кистенем обращаться. Чтобы больше такого конфуза не случалось, а то паладин с отбитыми яйцами – это, конечно, всё равно паладин, но… засмеют ведь, если кто узнает.
Все трое рассмеялись, да и разошлись – Филипепи письмо матронам и диру Кандапора писать, Кавалли – составлять рапорт королю, капитану и Джудо Манзони, а Чампа – отсыпаться перед завтрашней поездкой.
Оливио в лазарете
Оливио очнулся утром. Сначала ему приснился сон, будто он нырнул очень глубоко и никак не может выплыть на поверхность. Это было очень жутко, он пытался вынырнуть и не мог, дышать уже было нечем, вода давила со всех сторон… Оливио рванулся в последней отчаянной попытке… и открыл глаза. Моргнул пару раз, и наконец зрение вернулось.
Было уже светло, он лежал на кровати у окна, раздетый до исподнего и укрытый тремя теплыми одеялами. Сразу скинул все одеяла, попытался сесть – и не смог, получилось только со второй попытки. Тут же появился Робертино, уложил его обратно и укрыл – правда, одним одеялом:
– Лежи, рано пока тебе вставать.
– Сколько я так валялся? – хрипло спросил Оливио. Ничего не болело, но голова была пустой, а тело – слабым и непослушным.
– Десять часов, – Робертино дал ему чашку с носиком. – Пей потихоньку, голову высоко не поднимай. Ты с яростью перестарался.
– Выхода не было, – глотнув куриного бульона, прохрипел Оливио. – Иначе б нас там завалило…
– Дино рассказал, – Робертино убедился, что Оливио чашку держит крепко и не прольет. – Сейчас лечебный напиток еще сделаю. Вечером уже можно будет поесть поосновательнее.
– Что со мной? Я ранен? – Оливио протянул ему пустую чашку и чуть не уронил ее.
– Нет. Просто очень перенапрягся. Так что еще дня два-три ты вот так пролежишь. А потом еще неделю будешь потихоньку силы восстанавливать.
Оливио улегся поудобнее, чувствуя, что хоть сейчас и не болит ничего, но завтра наверняка всё тело наполнится болью:
– Неужели так будет каждый раз? Интересно, как другие справлялись… Тоже так же пластом валялись?
– Я думаю, это из-за неопытности, научишься еще, – Робертино принялся смешивать лечебный напиток. – Ничего себе у вас там приключения были. У нас-то так, ерунда. Альвы пришлые в лесу обосновались, королевство свое вздумали завести. Я сначала в поединке победил их воина, а потом Рикардо навел свой, сидский порядок... И в пещерах, парни говорили, ничего особенного не было. Зато на болотах, представляешь, пернатый живоглот и черный паразит в нем оказались!
– Черный паразит? – удивился Оливио. – Про них же написано, что их существование не доказано… а некоторые исследователи вообще их вымыслом считают.
– А вот, как видишь – оказалось, что они вполне существуют. Причин не верить Жоану и Тонио я не вижу, да они и сами до того не знали о таком, признались, что «Кодекс сомнительных тварей» не читали дальше середины, он же не обязателен для изучения. А Кавалли по описанию сразу опознал эту дрянь и сказал, что сам когда-то с таким сталкивался, да ему тогда никто не поверил. Доказательств же, как понимаешь, никаких не осталось.
– А на кладбище что было?
– Еще веселее. Парни даже толком осмотреться не успели, как на них два высших лича выскочили и толпа скелетов.
– А-а, вот почему Анэсти такую здоровенную сферу света применил, – уголками губ улыбнулся Оливио. – Надо будет ему рассказать, что из этого получилось… И как это нам хорошо подсобило в подземельях.
– Дино уже рассказал, не переживай, – усмехнулся Робертино и дал ему чашку с лечебным питьем. – В красках расписал все ваши приключения. Очень уж его впечатлили и совмещение паладинских умений, и храмовничьи штучки, и твоя ярость, и гном с големами.