Галина Кор – Адвокатша (страница 31)
Выспавшись вдоволь, еду к одиннадцати на работу. Сегодня у меня встреча с новым клиентом. Обговорим несколько моментов, среди которых одним из главных пунктов идет мой гонорар. Мне же надо содержать молодую жену… А как без денег?
Вот слушаю его, и диву даюсь, как мужик не первой свежести, на минуточку, ему уже пятьдесят семь, может спокойно менять тридцатипятилетнюю жену, на двадцатилетнюю? Я не могу справится с одной, которой двадцать семь, а он спокойно меняет «шило на мыло» и хочет это сделать с минимальными затратами. Чем он их берет? Ни рожи, ни кожи, ни харизмы… Только бабки.
Да и более взрослые дамы хоть по праздникам, но с кукухой дружат. О чем он разговаривает с молодняком? О Тик-Токе? Или как снять Вайн?
Да и в постели… уверен, что он не ебарь-террорист. Лежит небось кучкой по среди кровати, а те крутятся вокруг него, как мухи, перелетая с одного вонючего места, на другое.
— Так как, Никита, поможешь? — вот еще что меня в нем бесит — фамильярность. Я вижу его первый раз, а такое чувство, что уже успел выпить с ним на брудершафт раз двадцать. — Юнусов, которого ты разводил в прошлом месяце, остался доволен и рекомендовал тебя, как специалиста своего дела, — еще бы он остался недовольным. Я сколько интересного нарыл на его женушку, что там без вариантов… согласилась на то, что дали.
Криво улыбаюсь, «радуясь» его похвале. Как эти боги местного разлива напрягают. Сидит тут такой важный, разложил аккуратненько три подбородка так, что и шеи не видно, и тыкает мне, будто это я к нему пришел на поклон.
— Постараюсь. Знаете, я нацелен на результат, но обещаньями стараюсь не разбрасываться. Прямо сейчас займусь вашей теперешней, но в ближайшем будущем бывшей женой, и начну выискивать компромат.
— Вот это я понимаю, специалист. С низкого старта и вперед, — радостно потирает пухлые рученки мой клиент.
— За это и беру такие деньги… Должен оправдать.
— Тогда не буду мешать тебе работать. Как что узнаешь, звони.
— Обязательно. Буду держать в курсе.
Как только важный гусь выходит из моего кабинета, я звоню одному ушлому пареньку, который достанет любую информацию на абсолютно любого человека на земле, даже если он еще не родился, или наоборот — умер.
На этом мой рабочий день окончен. Дальше в моей программе значится вечернее развлечение, а точнее, романтический ужин, приготовленный собственноручно. Все бы ничего, но готовить я не люблю и не умею. В достижениях великого шеф-повара Никиты два коронных блюда: омлет и разогретая в микроволновке мамина еда. Но это не беда. Для любимой, я готов свернуть горы, а еще, устроить маленький взрыв на кухне.
— Хи-хи-хи, — это я так ехидненько смеюсь на едине, задумывая коварный план.
Затарившись в магазине по ранее составленному списку, смело еду домой к супруге готовить свой кулинарный шедевр. Надеюсь, что после съеденного она не попадет в больницу с отравлением. Хотя… забота о больном члене семьи, еще один «талант» в моем списке плюсов. Я такой ответственный, что все те рыбки, которые сдохли в моем аквариуме, готовы были бы это подтвердить, но… были смыты в унитаз.
Сегодня у меня на кухне двое помощников. Первый — это Генрих, который учуял манящие запахи продуктов, второй — интернет, откуда я буду черпать рецепты блюд. А… ну и трусы-парашюты с принтом из маленьких желтых утят, идут бонусом и выступают в роли талисмана удачи.
Открываю бутылку виски, без допинга никак и, приступаю к готовке.
Сегодня у нас в меню: летний тартин с деревенской рикоттой, авокадо с юж томатным ассорти; филе ягненка в тесте фило с жаренной полентой и пеперонатой; а на десерт — творожный десерт с тартатом из клубники.
— Звучит здорово, — подбадриваю себя, делая очередной глоток вискаря.
Надеваю на голое тело фартук, прихваченный в том же магазине, что и продукты. Только черт меня дернул купить бабский. Точнее, на нем изображено тело девки в корсете и чулках. В сочетании с моими рейтузами — бомба! Аж сам себя захотел. Надеюсь, что и жена заценит.
И все… погнали творить высокую кухню.
Прошло три часа. Три долбанных часа я плясал вокруг плиты. И что я понял? Что кулинария не моё… вот совсем, без Б… Языком работать оно как-то полегче.
Мало того, что я загадил все ковшики, кастрюльки, тарелки, и прочую кухонную утварь, так я еще и полкухни перепачкал своими грязными руками.
А… вот, меня еще и развезло от вискаря. Я не столько выпил, чтобы в хлам, но долбанная жара, что от плиты, что от погоды, не дали мне шанса на трезвость.
И что я по итогу имею? Мои творения явно проигрываю фото в интернете… Потому что там, что-то красивое и аппетитное, а у меня какая-то непонятная хрень в жиже, напоминающей детскую неожиданность.
— А если выключить свет? — пьяненько интересуюсь у Генриха. — Может тогда все не будет выглядеть так хреново? И не смотри так на меня, — прикрикиваю на него, когда он смерил меня пренебрежительным взглядом. — Сам такой! — Замахиваюсь, чтобы дать коту под зад, но промахиваюсь и ударяюсь любимым мизинцем об ножку стола. — Иииууу, чтоб тебя… блохи покусали, чтоб у тебя корм закончился и остался один хлеб, чтоб тебе постоянно на хвост наступали, — звучит не очень устрашающе, но чем напугать еще кота, я не знаю.
Генрих благоразумно решает испариться из кухни и не вызывать на себя огонь. А я принимаюсь за «замыливание глаз». Нет, я не собираюсь мыть посуду и наводить порядок, так как это и была самоцель… но, необходимо добавить романтики. Куда ж без нее…
Ставлю на стол букет из пяти обычных красных гвоздик. Задергиваю занавески и расставляю свечи, много… но обычные. Такие белые и тонкие, которые продаются во всех хозяйственных магазинах. И вуаля! Чем не романтик!?
Тут слышу, что кто-то скребется. Думал, что Генрих в туалете зарывает свои «дела», но нет… Это крадется моя женушка. Быстро решаю какую позу принять и жду ее появления на горизонте.
У Лизы в квартире все просто, открыл входную дверь, и прямо по курсу в семи шагах кухня. Даже если очень захочется спрятаться, то только в холодильник или под мойку.
Дверь полностью распахивается, являя молодую жену.
Лиза застывает на пороге и долго не решается зайти.
— Прошу, дорогая, проходи, а то мух с подъезда затянет к нам сквозняком. И рот заодно захлопни…
— А что здесь происходит? — Лиза прощупывает почву. Она еще не решила, устроить скандал, или пойти с миром в свою спальню.
— Я решил устроить тебе романтик, — громко сказано, но…
— С чего бы это вдруг?
— Так вам, бабам, вроде это надо? Подарки, шмадарки, брюлики, веники, ик… Пардон.
— Ты что пьян?
— Я что, не могу икнуть в собственном доме?
Лиза проходит на кухню и врубает свет. Жестоко! Мои-то глаза уже переключились в ночной режим, сейчас свет действует на них, как на вампира.
— Это что за…
— Спокойствие… Сейчас привыкну к свету и все тебя расскажу по пунктам, — потер глаза, и разлепил их. — Что конкретно тебя волнует, дорогая, хочешь об этом поговорить?
— Да! Да, твою мать! Я хочу узнать, что случилось с моей кухней! Почему она вся… вся… вот такая!?
— Я готовил для тебя вкуснейшие блюда высокой кухни. Потратил три часа своей бесценной жизни на эти шедевры, — и показываю рукой на тарелки на столе.
— Гренка с салатом, пересушенное мясо в дрысне и компот — это шедевры? И почему на тебе проституцкий фартук?
— Ну, знаешь! А я, между прочим, старался! А ты так… раз, и плюнула в мою ранимую и искалеченную душу. Мы — творческие натуры, не терпим необоснованной критики!
— Никита, иди-ка ты… домой, иначе я за себя не ручаюсь.
— Я уже дома, крошка, — и подмигиваю ей. — Максимум, куда я могу пойти, это спать. — Снимаю фартук и сую ей в руки. Он ей понадобится для уборки кухни.
Я сыт. Я пьян. Я доволен. Вечер удался. Включаю автопилот. Курс на кровать.
— Генрих, — ору на всю квартиру, — спать.
Раз жена не спит со мной, мое одиночество скрасит кот. С ним как-то спокойней, есть вариант, что если Лиза ночью решит меня прибить, то может постесняется при свидетеле. Или, схватив его первым, кокнет, а меня пожалеет… Или…
Глава 35
Половина двенадцатого ночи. Присаживаюсь на стул и что чувствую… боль во всем теле от физической нагрузки. Вот это я дала стране угля… Я с таким остервенением и усердием драила кухню, посуду, пол, что в какой-то момент, очнувшись, побоялась обнаружить дыру в одном из перечисленных предметов.
Пытаюсь размять затекший от неудобной сгорбленной позы шейные позвонки, но хруст и клацанье предупреждают, что рисковать не стоит. Не дай бог свернуть себе шею на радость мужу. Боюсь, что на моих похоронах он так будет «скорбеть», что пустится в пляс или пригласит даму на медлячок.
Руки, как плети, висят ниже колен, напоминая о теории Дарвина. Чешется нос, а сил, чтобы поднять руку и почесать его, просто нет. Мало того, что я сегодня честно отработала на работе, так еще и дома — вторая смена. Капец! Теперь я понимаю, почему женщины, состоящие в браке, живут меньше, потому что мужики пытаются сделать им романтические сюрпризы, а получается вот такая история.
Кстати, о муже… Пока я тут пахала, как папа Карло, он дрых! Без зазрения совести, нагло и с храпом. Да каким! Вокально-инструментальный ансамбль отдыхает. Тут тебе и причмокивания, и соловьиный свист и «буль-буль-буль» в конце…