Галина Кор – Адвокатша (страница 27)
Лифт. Мне срочно нужен лифт, а там и до ресепшна рукой подать. И добрая девушка на регистрации вызовет мне такси. Она-то точно адрес знает.
Створки лифта медленно закрываются, но в маленькую щель успевает просунуться белый кед известного бренда, заставляя лифт открыться снова.
В кабину вваливаются счастливые молодожены. И не спится им…
— Привет, — громко кричит вчерашняя невеста. По-моему, Олеся… или Алиса, или Алина… но точно не Карина. А мужа ее, даже вспоминать не буду как зовут, бесполезно. — Ну ты вчера удивила! То рассказывала, что брак — это зло, а через пять минут, уже сама замужем!
Кривлюсь, будто съела лимон целиком.
— Да? Я могу, — грустно подтверждаю, — я такая.
— Но все твои советики я на ус намотала, — чуть наклонившись в мою сторону и понизив голос, говорит та, которую как-то зовут.
— О чем разговор, Лесь? — значит Леся.
— Это наши женские секретики, — и подмигивает. — А где твой-то?
— Да там… еще не встал… Проснулся, но не помылся, — что я несу? Конечно, априори, я несу счастье и радость, но не в эту минуту. Сейчас я несу дичь. — Короче, скоро спустится.
— О! А давайте вместе позавтракаем. Класс, зай!
— Угу, — отвечает Зай. Вообще ему по фиг, он роется в телефоне. Уверена, что уже строчит смс-ку своей любовнице. Рожа у него не вызывает доверия. И что она в нем нашла… Хотя, с ее-то жопой…
— Мы сразу после завтрака уезжаем в свадебное путешествие. На Барбадос. Класс?
— Угу, — я уже, как Зай, отвечаю угуканьем, намекая, что мне не очень это все интересно, но Леся не из доходчивых, поэтому продолжает зае… доставать.
— А вы? Поедете в свадебное путешествие?
— Пока нет, — как разведемся, так и поедем в разные стороны, думаю про себя. Отвечаю немного другое. — Все как-то спонтанно получилось… Неожиданно.
Лифт наконец-то доезжает до первого этажа. Думала все, конец моим пыткам, но нет, Леся хватает меня под локоть и тащит в сторону ресторана. С грустью и тоской смотрю на удаляющийся ресепшен. А свобода была так близка…
— Давай, звони своему, пусть спускается к нам.
И вот что сказать? Что мой — совсем не мой? И что свадьба — просто спонтанное событие, спровоцированное литрами шампанского, и тут же щедро им «обмытое»? В их браке есть хоть выгода, в нашем же — ничего. Ну ладно, есть симпатия, отличный секс. Скажите: «И этого достаточно». Может быть. Но не мне. Потому что я сама не знаю, чего хочу.
Но все же я не решаюсь послать Лесю, плюнув на этикет и любезность, развернуться и уйти, нагрубив, а может даже и послав. Люди они не простые, а мне в этом городе еще работать… Поэтому лезу в свою сумочку за телефоном, и под пристальным взглядом Леси, набираю номер суженного-ряженного.
— Да, любимая, соскучилась? — Никита в образе. Голос ехидный.
— Кх-кх…, — прочищаю голос, — Никита, я тут встретила Лесю и… ее супруга, они любезно пригласили НАС на завтрак. Ты же собирался завтракать? Спускайся, милый, прошу.
— А как просишь? Сильно? Прямо на коленях? — он просто испытывает мое терпение. Я уже на грани.
— Милый, тебе рыбу заказать? Я могу… сибаса… Понял?
— Утром я люблю омлет и апельсиновый фреш, — смешно ему. — Сейчас иду, и не смей даже думать о сибасе.
— Идет, — отчитываюсь перед Лесей, и мне прилетает одобрительная улыбка.
Почему я на все это согласилась? Что делать, а главное — кто виноват? Вот основные вопросы, которые только и возникали в моей голове во время завтрака.
На весь поток ванили, который лился рекой со стороны молодоженов, я пыталась реагировать ровно, снисходительно улыбаясь и вставляя однозначные ответы. После выпитой таблетки от головной боли и похмелья, играть роль счастливой женщины проще, особенно, когда в напарниках народный артист художественной самодеятельности.
Как только Никита откидывается на спинку стула, завершая свою трапезу, спешу с предложением:
— Дорогой, нам пора. Да и ребятам пора на самолет… — делаю телепатический посыл с четким сигналом: «Пора сваливать». И он понимает. Поднимается из-за стола и принимается прощаться. Все-таки мне повезло с мужем.
Глава 30
— Твое молчание, меня пугает.
— Поверь, мое молчание, лучше моих мыслей, — даже не смотрит на меня, бурчит куда-то в сторону.
— Не понимаю, почему ты так грузишься на эту тему? Ну вышла замуж, с кем не бывает? Тем более, кто может еще похвастаться свадьбой за чужой счет? Все ж было круто.
— Никита, ты дурак? Ты думаешь, что я всю жизнь мечтала выйти замуж по пьяни, за мало знакомого мужика? — Лиза наконец-то поворачивается в мою сторону. До этого она тридцать минут сидела полубоком, рассматривая проносящиеся за окном пейзажи. — И как мне может нравится, или не нравится то, чего я не помню?
— Я ж тебе видео показал, — искренне не понимаю, что ее так беспокоит.
— Слушай, — теперь она поворачивает не только голову, но и сама садится вполоборота, — если тебе когда-то показали видео твоего рождения, ты же все равно иногда сомневался, твои ли это родители, особенно в тот момент, когда тебя драли ремнем, или отказывали в покупке чего-то?
— Во-первых, меня в детстве не били… — я не успеваю закончить свою мысль, как она меня перебивает.
— Это, конечно, упущение с их стороны, — ехидно подмечает Лизка.
— Ух, какая ты кровожадная, или жопожадная… Я теперь буду опасаться поворачиваться к тебе задом, — смех разбирает. Взъерошенная, помятая, с больной головой, но все же в боевом настроение. Прелесть, а не жена!
Конечно, я понимаю, к чему она клонит, но ничем помочь не могу. Это мой путь «возмездия», и он только начат. Утешать, рассказывать, что все не так однозначно, обещать рай, беззаботное сосуществование, искать выход из ситуации — я не буду. Каждый взрослый здравомыслящий человек, должен нести ответственность за свои поступки, тем более, если тебя зовут Елизавета Воробьева. Я не подарок, но и не самый отстойный мужик в мире. Мне стоит только бровью повести, и редкая баба устоит перед моим обаянием, симпатичной рожей и накаченным телом, плюсом идет счет в банке. А еще, я не паж ее высочества Елизаветы, которого зовут, если он нужен, и отшивают в грубой форме, когда не удобен. Значит, как заносить хвосты и разруливать проблемы, то Никита угоден и допускается к телу, а как «за бортом не штормит», иди гуляй, мальчик… Хуев, как дров!
Согласен, я сам виноват, что разрешил сесть себе на шею, но вот теперь есть повод обозначить границы дозволенного и скинуть балласт за борт.
— Лиза, стерпится-слюбится… В любой ситуации можно найти плюсы. В некоторых районах нашей страны жених и невеста видят друг друга впервые на свадьбе, и ничего, рожают детей и живут по пятьдесят лет.
— Фух, — громко вздыхает Лиза, — жаль, что я не крокодил какой-то, вот бы тебе повезло. И, кстати, ладно я пьяная замуж поперлась, тебя-то кой черт дернул? Отмазка про маму и ее разрешение, вообще не катит за объяснение. Только, если в письменном виде, и заверенное нотариально, и при участии двух свидетелей.
— А что мне нужно было делать? Ты бегала вокруг гостей, кричала, как ты завидуешь молодоженам, потом публично потребовала меня на себе жениться. И? Какие должны были быть мои действия? Развернуться и уйти; сказать: «Да ну нах…» и сбежать; глупо улыбаться и пятиться к выходу; или придумывать какие-то отмазки…
— Почему я тебе не верю, а? — хитро прищурившись, говорит Лизок. — Почему я чувствую себя обманутой? Прямо чувствую в воздухе пахнет наебом. То, что ты рассказываешь, не про меня, а про какую-то другую…
— Пьяную Лизу, — заканчиваю за нее.
Тут я сворачиваю с объездной дороги в сторону своего микрорайона.
— А куда это ты меня везешь? — вот ведь, автомобилистка хренова, не проведешь.
— К себе домой. Хочешь, даже через порог перенесу?
— А ну-ка поворачивай обратно, иначе как заору! Я не буду с тобой жить! — и эта ненормальная хватается за руль, пытаясь его выкрутить в нужную ей сторону. Резко бью по тормозам. Хорошо, что в полдень воскресенья трасса полупустая.
— Ты наглухо отбитая! — ору, что есть силы. — Ты угробить наш решила? Если тебе замужем хреново, то это не значит, что я готов с тобой умереть в один день. А ну отцепись от руля, иначе перекочуешь в багажник, — со злостью бросаю ей.
Это не Лиза, а разъяренный бык перед красной тряпкой. Ноздри подрагивают, глаза красные от перепоя и недосыпа, губы сжала в тонкую линию и испепеляет меня взглядом.
— Вези меня домой, — рычит, кошечка моя потрепанная.
— Ладно, — быстро соглашаюсь я. А в голове уже созрел новый план. Если гора не идет к Никите, то Никита идет к горе. Переиначено, но суть понятна.
Так даже лучше. Зачем мне устраивать в своей квартире поле боя, когда я могу бой перенести на чужую территорию, а потом победителем вернуться в свое королевство. Гениально!
— Вот так просто, — быстро сдувается Лизок.
— Ну хочешь, я для приличия поломаюсь?
— Нет.
— Тогда сиди молча. И угроза с багажником — не шутка.
Подъезжаем к ее дому.
Что-то буркнув себе под нос, Лиза пулей вылетает из моей машины и мчит к подъезду. Наблюдать за ней — одно удовольствие. Подъезд закрыт, а сумочка с ключами осталась в машине. Бьет себя ладошкой по лбу, резко разворачивается и походкой мужика-забойщика, идет опять к машине. Резкий рывок двери на себя, убийственный взгляд, будто это я виноват, что у нее голова дырявая, хватает сумку и захлопывает дверь. Поворот и…, звук рвущейся ткани. Эта дурында зажала дверью подол своего платья.