Галина Гончарова – Зеркало войны (страница 42)
Они разбились на три двойки. Две направились на место известных лежек степняков, третья двойка прочесывала окрестности. А кто их, паразитов, знает?
Вдруг еще чего нового придумали?
Не хватало еще пропустить кого-нибудь, чтобы сбежал гад, и поднял тревогу в неподходящий момент.
Не пропустили. Третьей двойки не было. Аллодийцам повезло.
Арк Сирс дождался, пока степняк повернется к нему спиной, переглянулся с товарищем – и вырос из травы за его спиной. Обхватил шею локтем, как учили, ладонь закрыла рот, давя крик, и острый нож скользнул под лопатку.
Тело степняка выгнулось в его руках и обмякло. Хрип был и вовсе не слышен.
Рядом так же поднялся из травы его товарищ. Он, правда, бил не под лопатку – в печень, жестко, повернув нож в ране, чтобы быстрее, чтобы наверняка…
Арк дождался, пока прекратились судороги умирающего, и только тогда отпустил степняка. Мало ли…
Бывали случаи. Нет уж, бешеную собаку надо добивать с гарантией…
Арк бросил взгляд на друга, тот ответил кивком, и ночь огласило уханье совы.
– Угу! У-ху-ху…
А теперь досчитать до пятидесяти – и повторить. То же самое.
И доносится ответ слева.
– Угу-у-у! У-ху-ху…
У всех порядок. А что там со временем? Быстрый взгляд на луну дает ответ. Уложились.
Они управились в срок. Командир, наверное, как раз выступает…
– Когда спустимся с холма – сразу налево, – шепнул Роман Виктору.
Друг повторил то же самое для Эрона.
Сегодня ночью три друга задумали бежать. С ними собирались уйти еще шесть человек.
Хватит добраться до Саларина. А там… а, посмотрим, что там наплести!
Роман даже не сомневался, что Торнейский и сам поляжет и всех остальных погубит. И что? Подыхать рядом с ним?
В честь чего?
Аллодию защищать?
Без него справятся, скоро Иллойский подойдет, вот и разберется. У него всяко сил побольше будет. А Роман – самое лучшее, что он может сделать, это сохранить свою жизнь.
Равель?
Да кому нужно все это быдло? Кто успел, тот успел, они и так дали Симону времени больше, чем достаточно. Хватит!
Умный человек в такой ситуации позаботится о себе, так Роман и поступит. А Торнейский пусть помирает! Не жалко!
Так что…
Спускаемся – и налево.
Рид ждал, пока обоз не пройдет мимо него.
Тихо-тихо, совсем неслышно, как призраки, крашеные в черный цвет телеги выскальзывали из лагеря. Хенрик Эльтц оказался мастером своего дела, нигде ничего не гремело, не шумело, не звякало… отлично!
Коснуться образка на груди – и вперед. Только вперед.
Рид дождался последней телеги и присоединился к пехоте. Вот так, нога в ногу, тихо-тихо, оружие обмотано грязными тряпками – меньше шума будет, да и блеск ни к чему. И – вперед.
Ночь кричала совой, подтверждая, что дорога свободна. Молодец, Станс.
Какая там инстанция помогла, высшая или низшая – неизвестно, но отряд Рида выскользнул из окружения и направился в сторону Дорана.
Тревога поднялась, но спустя два часа. Когда какому-то избыточно бдительному степняку (конское копыто ему в… инициативу!) пришла в голову мысль проверить патрули.
Обнаружив дохлых часовых, степняк взвыл так, что услышала вся округа.
Услышал и Мурсун. Примчался как был, в одних шароварах, даже без сапог, по закону подлости, вляпался в навоз (лошади, они так, где идут, там и идут…), выругался и дал команду «На штурм».
Штурмовать оказалось некого.
Холм был пуст, разве что навоз остался, ну и так, по мелочи. Бинты, сломанные стрелы, затоптанные костры…
Кал-ран взвыл еще громче подчиненного, понимая, что с ним сделает каган.
И заорал собираться. Благо, рассвет, не ночь-полночь. Срочно!!!
Разослать отряды по следам, выяснить, куда он ушел, проследить, задержать!!!
Вот ведь гад!
Нет бы честно сдохнуть, а он? Одни проблемы!!!
Увы, одно дело сняться с места отрядом в триста человек, а другое – пять тысяч. Даже с большой убылью.
У Рида-то была регулярная армия, в которой люди понимали, что такое приказ, и как его надо исполнять (молча и бегом!). Степняки этим похвастаться не могли, зато…
В войске не хватились ни Ифринского, ни его друзей. Не те величины.
Ну гвардейцы. И что? Не одни они гвардейцы, а под слоем грязи там уже всем плевать, пехотинец ты, нет, благородный, простолюдин…
Да хоть Восьмилапый! Лишь бы оружие держать умел, а что восемь лап, так это и лучше, больше поместится.
Зато степняки…
Презрительно относиться к ним было большой ошибкой со стороны Ифринского. Пусть они моются не каждый день, ну так что? Где вы в степи много воды видели? Там это драгоценность.
Зато как они следы читают!
Вот и обнаружили, что примерно десять человек ушли в сторону…
А зачем?
Нельзя ли их догнать и это выяснить?
Как оказалось – можно.
Ифринский с приспешниками честно сопротивлялись, когда их настигли, и даже убили человек пятнадцать. А потом их просто повязали арканами и так, на арканах, потащили за лошадями.
Хоть так утешить кал-рана Мурсуна.
Надо сказать, они не прогадали.
Кал-ран Мурсун как раз орал на подчиненных, требуя собираться быстрее… ЕЩЕ БЫСТРЕЕ!!
СЕЙЧАС!!!
Но против такой радости не устоял.
– И кто это тут у нас?